Олег Окин – Тень Исаака (страница 20)

Таких неприятных головных болей, как на первом курсе и тогда, перед лабораторной работой, у Исаака больше не возникало. Лишь иногда что-то кольнет его тонкой иголкой в совсем неожиданный момент, как бы говоря: «Друг, помни, ты тоже смертен», и тут же исчезнет, как будто ничего и не было. Но Исаак помнил.

Кошмары прекратились, и не ясно, было ли это, как и прекращение головных болей, действием прописанных лекарств, либо же то, что Исаак внутренне начал пытаться быть спокойным и старался принимать вещи такими, какими они представали перед ним. Тем не менее, хоть и кошмары перестали доставать Исаака, один сон по-прежнему настойчиво приходил к нему ночью. Это был тот сон про темно-синие металлические двери, которые Исаак пытался так усердно отыскать. Только теперь чувство ужаса к неизвестности отступило, сменившись на настойчивое стремление догнать кого-то. Этот кто-то стоит перед дверями и вот-вот откроет их в скором времени.

Несколько раз за неделю Исаак ходил в сторону библиотеки, заблаговременно сделав несколько глубоких вдохов-выдохов, размяв суставы и конечности. Однако, даже не доходя до того старинного мистического коридора, его встречала уже другая ограда, более современная, из пластика с ровными черными буквами, говорящая о реставрации библиотеки.

Среди своих немногочисленных документов, запрятанных в далекий угол скромной тумбы, Исаак отыскал то злополучное извещение о приеме в институт в виде мятого, скомканного клочка бумаги. На извещении действительно присутствовал его идентификационный номер учащегося, но он был настолько длинный, что вгонял в ступор, и Исаак даже не стал пытаться запоминать, а просто положил листок в карман своих затертых джинс.

Так он вернулся к горячо любимой, вернее, ненавидимой им информационной стойке для того, чтобы разузнать про открытие библиотеки.

- В библиотечном помещении ведутся реставрационные и реконструкционные хозяйственные работы в книжных отсеках под номерами ноль и семь, - своим неизменным безжизненным голосом сообщила Аполлинария, все так же неизменно и безжизненно заполняя горстку однотипных и безликих бумаг. У Исаака даже на миг возникло ощущение, что никакой недели и не проходило вовсе, и буквально несколько минут назад он добивался от Аполлинарии маршрута к библиотеке.

- А не известна ли дата окончания работ?

- Библиотечное помещение должно открыться в течении месяца. Возможно, если все пройдет удачно — на этой или следующей неделе.

- То есть, у Вас нет точной информации? - спросил Исаак с некоторым нажимом на слово «Вас».

- У меня есть точная информация, но ее Вам знать не положено, - дробью отчеканила Аполлинария.

Исааку показалось, что, когда Аполлинария произнесла ответные слова, стекла у ее строгих очков победоносно заблестели.

- Хорошо, спасибо за...информацию.

Нельзя сказать, что Исаак был удивлен такими ответами. Как раз наоборот, все эти уклончивости и неопределенности только убедили его действовать дальше. Перетерпев пару дней невыносимо скучных практик, Исаак наконец проснулся ранним утром воскресенья, собрался и пошел на пятый этаж.

***

Они с Петром убегали по полутемному коридору третьего этажа от пятерых крепко сбитых, яростных парней. Эти ребята любили каждый вечер ходить в институтский тренажерный зал на первом этаже, чтобы там отрабатывать силовые приемы, накачивать свои мышцы рук, плеч и груди, заниматься физическими упражнениями: в общем, старались всячески аккумулировать и конвертировать свою неуемную жизненную энергию во что-то полезное и прекрасное. Но сейчас они были в гневе.

Эти бравые парни шли, как ни в чем не бывало, со своей очередной тренировки, как вдруг один из них случайно не споткнулся о ногу прислонившегося к темному, чуть заляпанному окну Исаака. Собрав несколько слоев пыли и грязи с затоптанного дубового паркета, уставший и обозленный здоровяк тут же вскочил на ноги.

- Тебе что, жить надоело, урод!?!?

- Я…я дико извиняюсь… - начал лепетать сконфуженный Исаак. - Я просто стоял здесь...думал...видимо, нога съехала...в процессе размышления, а я и не заметил… а тут как раз вы…

- Ой, оставь свои жалкие завывания своей мамочке или какой-нибудь девчонке, - усмехнулся другой парень. - Ну что, как думаете? Еще не устали от тренировок? Можно заняться кое-чем поинтереснее…

- Постойте! Постойте! У меня есть деньги. Я заплачу вам за предоставленные неудобства! - в панике заумолял Исаак.

Прижавшие его верзилы ослабили хватку и начали довольно переглядываться между собой, предвкушая добычу. Исаак спешно полез в рюкзак, немного покопался в нем, достал какую-то непонятную капсулу с крышкой-распрыскивателем и молниеносно распылил жидкость на лица хулиганов.

- Аааааа...я ослеп...помогите...что это!?!! Мои глаза!!! - начали истошно вопить спортивные парни, спонтанно размахивая руками по сторонам, попадая друг по другу и сталкиваясь корпусами.

Эффект от ослепления длился не более полуминуты. За это время Исаак успел вырваться из ослабших тисков паникующих и юркнул за ближайший поворот в узкий проход, соединяющий коридор с переходом на лестничную площадку. В это время парни уже стали быстро приходить в себя и желали отомстить. Они гурьбой ринулись в проход и начали падать, валиться с ног, кубарем катиться вниз по лестнице.

За поворотом Исаак с Петром растянули тонкую, едва видимую, но очень прочную бечевку, об которую еще не совсем хорошо ориентирующиеся в пространстве парни падали, как кегли в боулинге при хорошем броске.

- Ахахаха! - жизнерадостно смеялся Петр. - Видишь, я же говорил, что это сработает. А ты боялся!

Они успешно скрылись от погони, спрятавшись в небольшом, но просторном для нескольких людей помещении.

- Да, но это все равно было достаточно рискованно, - смущенно улыбался Исаак. - В какой-то момент я испугался и чуть было не запаниковал: а вдруг они не поведутся и не захотят получить деньги, а просто начнут меня колотить?

- Да ладно, все вышло абсолютно прекрасно. Мало кого деньги не поведут за собой под руку.

Несмотря на некоторое внешнее смущение, у Исаака все горело внутри от триумфа. Пусть и под четким надзором Петра он все-таки смог дать отпор, не стушевался и наказал хулиганов за их жадность и грубость.

- Видишь, Исаак? - проговорил сияющий Петр. - Когда ты был один, над тобой постоянно измывались. Но вместе мы уже не такие легкие мишени, в сердца которых можно попасть с закрытыми глазами. Вместе мы можем организовываться, давать отпор и оказывать сопротивление. Найти бы еще больше таких адекватных маргиналов, как мы, ахахаха! А вообще, мы с тобой вроде и так не плохо справляемся. Главное, запомни — с тобой всегда должен находиться рядом человек, на которого можно положиться. А если такого человека нет, то его нужно найти и держаться вместе. Иначе в этом неуютном обществе разделенных можно и с ума сойти.

Исаак запоминал и радовался. Казалось тогда, что они вдвоем могли горы свернуть. Казалось, что лучше этого момента в жизни у Исаака еще не наступало. Казалось, что это только начало чего-то вдохновляющего и доброго. Но это все только казалось.

***

Довольно быстро Исаак отыскал жилую комнату под номером 593. Дверь у комнаты состояла из более качественного дерева, чем у Исаака (которую недавно еще и подпортили неизвестные вандалы). Поверхность был покрыта ровным красивым лаком, а рядом, на уровне лица, располагался простой, но к месту звоночек в виде круглой черной кнопочки. Недолго думая, Исаак три-четыре раза позвонил и для убедительности на всякий случай пару раз постучал. Часы в коридоре показывали девять часов утра. Изнутри послышались звуки неловкого и спонтанного движения, и через несколько секунд дверь открылась.

У Фриды было чуть осунувшееся, заспанное лицо. Она пару раз похлопала своими светло-голубыми глазами, словно не до конца проснулась, протерла их тонкими пальцами, как будто хотела убедиться, действительно ли какой-то Исаак приперся к ней отвлекать от заслуженного, но редкого выходного дня.

Фрида была одета в легкую белую футболку из хлопка, заправленную в короткие домашние шортики, которые в очередной раз подчеркивали ее упругие и красивые спортивные ноги. Короткий рукав футболки выдавал на левом плече черное тату с изображением какого-то узорчатого символа, но какого именно проницательный Исаак не смог разглядеть.

Чуть бледное лицо, небольшие синяки под заспанными глазами и распущенные, немного хаотичные волосы придавали внешности Фриды некое особое очарование, которое Исаак для себя не мог никак объяснить. Более того, без ее типичного недовольно-кислого выражения лица Фрида казалась намного симпатичнее в такой естественной обстановке.

Спохватившись, что снова начинает засматриваться, Исаак поспешно начал диалог:

- Извини, что отвлекаю от дел, но мне нужна твоя помощь.

Фрида полминуты оценивающе смотрела на Исаака, и ей явно хотелось сказать какую-нибудь колкость, но, немного подумав, она ответила как можно более примирительным тоном:

- Какого рода помощь? Я тут немного спала, видишь ли…

- Мне нужно, чтобы ты сходила со мной в библиотеку.

- Эээээ...что? - такой просьбы Фрида явно не ожидала. - Это какой-то новый вид фетиш-свидания или что? Ты заведешь меня в библиотеку, чтобы там сделать какие-то свои извращенские штуки? Ну нет, знаешь ли. Ты очень странный.