Олег Окин – Тень Исаака (страница 18)

Фрида пропустила этот выпад мимо ушей, как будто и вовсе не было никакого диалога, и продолжила читать дальше, не меняя своего вдумчивого выражения лица. Исаак недовольно начал пить кофе, чтобы успокоиться и наконец закончить эту спонтанную встречу, отправившись дальше по своим делам.

- Что читаешь? - не выдержал Исаак.

Фрида упорно молчала, как будто была погружена в себя и вовсе не замечала существование Исаака перед собой. Тот не стал долго с ней церемониться, пожал плечами и начал собираться. Казалось, это дало некоторый эффект, и Фрида закрыла книгу, сняла свои стильные очки и посмотрела на Исаака. К своему удивлению Исаак встретил ее взгляд спокойно и твердо, не отводя взор к какому-нибудь предмету интерьера или одежды, как это было всегда с Алисой.

- Я читала книгу про старика, который бросил вызов миру и заставил его смеяться, - произнесла тихо Фрида.

- И как же он это сделал?

- О, гениальным способом. Старик заявил, что он рыцарь благородных кровей, и пошел воевать с ветряными мельницами будучи одетым в древние доспехи, взяв с собой старое ржавое оружие и хромую клячу.

- Действительно, звучит смешно. Но почему же он бросил вызов всему миру?

- Он создал собственный мир. Мир рыцарства. Мир благородства и отваги. Мир помощи слабым и угнетенным. Мир великодушия и доблести. И этот мир вступил в такой конфликт с другим миром — миром подавляющего серого большинства — что остальные люди того «основного» мира тут же его отринули, отвергли, отклонили, посчитав бредом и сумасбродом и уйдя в защитную стойку шуток, веселья и издевательств. Казалось, этот старик просто попал не в то время, не в то место, когда переходил из одного состояния в другое.

У Исаака не хорошо кольнуло одновременно в правом виске и в левой груди, чуть выше сердца. Спешно глянув на время, он сказал извиняющимся тоном:

- Прости, что прерываю тебя, но мне надо еще успеть на занятия. Спасибо за то, что поделилась своими рассуждениями и мыслями. До встречи!

Фрида сидела и молча смотрела, как Исаак покидал столовую. По ее лицу решительно нельзя было понять, была ли она расстроена, разозлена, или просто Исаак облегчил ей жизнь, сэкономив время на ненужные объяснения никому не интересной книги.

Исааку пришлось снова спуститься на первый этаж, чтобы в очередной раз начать свой путь до библиотеки, но уже по заданному маршруту. С первого этажа он поднялся по лестнице на второй с восточного крыла. Там повернул налево, прошел по коридору метров десять прямо, на третьем повороте повернул еще налево и зашел в проулок, откуда чуть пройдя, повернул за вторым поворотом направо, где прошел несколько пролетов, чуть углубившись вперед... А дальше начались проблемы.

До боли знакомый, но в то же время далекий монотонный гул настиг слух Исаака и крепко обосновался в его ушах. Гул не был громким, однако он неизменно действовал на Исааку нервы, заставляя их расшатываться, расстраиваться, терять лишь недавно восстановившуюся гармонию. Ни прикладывание ладоней к ушам в попытках приглушить, ни прочистка раковин пальцами никак не помогали избавиться от гула. Он звучал ровно, независимо от того, что делал Исаак, и, казалось, источник звука находился либо где-то под ним, либо над ним, и неустанно следовал за Исааком. «Отлично, теперь еще и слуховые галлюцинации добавились», - возникли нехорошие мрачные мысли в голове.

Пока Исаак искал финальный коридор перед библиотекой и старался не отвлекаться на раздражающий звук, его грубо толкнула темная фигура, полностью облаченная с головы до ног в мантию обсидианового цвета. Лицо у фигуры было скрыто за непроницаемым капюшоном. От толчка Исаак чуть не впечатался в ближайшую стену коридора, а плечо от удара начало сильно саднить.

- У тебя нет тени, - произнес хриплый голос из-под капюшона и исчез за ближайшем углом.

Исаак был в шоке. Его не столько заботил ушиб и неожиданная стычка в коридоре, сколько облик этого таинственного человека и его слова. Уже больше года он находился тут, но ни разу не видел такого наряда ни у кого, даже у самых экстравагантных студентов, а уж тем более у профессоров и высших специалистов. Странная фраза грубого прохожего проникла внутрь Исаака, как острый кинжал сквозь мягкую шелковую ткань, вонзилась крепко, источала тоскливый яд тревоги и не отпускала.

«Что значит - у меня нет тени? Какой-то бред», - подумал с тревогой Исаак и суеверно обернулся назад, чтобы посмотреть, не выглядывает ли этот зловещий капюшон из-под угла, затаившись в беззвучном злобном смехе, а еще, как будто увидеть действительно свою тень, словно ожидая услышать от нее условное: «Да все в порядке, я тут, Исаак. Да и куда мне деваться? Что-то ты подустал, дружище. Не пора ли тебе отдохнуть от всего этого?»

Усилием воли Исаак взял себя в руки и свернул в последний на маршруте коридор, который будет заканчиваться помещением «3786». Коридор выглядел пустынным и необыкновенно длинным, сильно уходящим вдаль. Он отличался от других привычных, обшарпанных коридоров института. По бокам не находилось никаких дверей, ведущих в кабинеты и учебные помещения. Вместо них повесили картины разного рода качества, в основном, написанные маслом на холсте.

Здесь висели как обычные спокойные пейзажи полей, лугов, лесов и прочих спокойных мест, так и изображения различных природных катаклизмов, будь то бури в море, извержения вулканов на каком-нибудь теплом острове или землетрясения в древних старинных городах, уничтоженных тысячелетия назад. Исаак шел и разглядывал эти картины с некоторым равнодушием: в конце концов непрекращающийся гул мешал в полной мере оценить живопись, да и сам Исаак не был каким-то знатоком прекрасного искусства. «Алиса бы точно оценила», - невольно проскочила ненужная мысль у Исаака.

Вместо окон и люминесцентных ламп источниками освещения выступали располагающиеся на своих бра небольшие факелы. Если в других коридорах преобладал желто-зеленый цвет в окружении, который придавал (не везде) ощущение безопасности и минимального комфорта для прохожих, то тут под горящими факелами мрачно плясали бесноватые блики на темно-бурых, покрытых старинным узорчатым орнаментом стенах и словно предостерегали о том, что задерживаться тут лучше не стоит. Вместо обычного затоптанного коридорного паркета здесь был расстелен во всю бесконечную длину коридора красный плотный ковер, по которому, судя по отсутствию следов и грязи, довольно редко ходили люди.

«Такое ощущение, что этому коридору просто не захотели делать обновление, оставив в другом веке, а потом и вовсе забыли о его существовании», - подумал, чуть съежившись, Исаак. Убедившись под одним факелом, что тень все-таки у него присутствует, Исаак, немного успокоившись, пошел дальше.

Исаак шел. Он шел. Шел несколько минут. Шел минут десять. А конечная дверь, которая виднелась где-то вдалеке, все не приближалась. Исаак пробовал ускорить шаг. Он пробовал оборачиваться, чтобы оценить пройденное расстояние. Расстояние было пройдено. Но дверь не приближалась.

-АААААААА!!! - взорвался Исаак. - Да вы издеваетесь???? Очередной привет моей психике!?!? Ау??? Что я должен сделать, чтобы добраться до цели? Изучить каждую картину? Найти лишнюю?? Или, может быть, я просто возьму факел и сожгу их все??

К его удивлению, отчаянный приступ гнева возымел некоторый эффект. В ушах перестало гудеть, однако, судя по всему, гул унес и все другие звуки с собой в неведомую страну шума. Исаак перестал слышать и трескающиеся звуки огня, и свои шаги, да и даже собственный взволнованно-горький голос. Однако ему было на это наплевать. Он наконец стал приближаться к заветной цели, причем довольно быстрыми темпами.

Менее чем за минуту Исаак практически добрался до роскошной, дубовой старинной двери орехового цвета, на которой в верхней части была прикреплена медная табличка со строгой гравировкой «3786». Никакой надписи, указывающей, что в этом помещении располагается библиотека, здесь не имелось. Однако, вместе с охватившей Исаака сиюминутной радости, в нем, как снежным комом, нарастало отчаяние, когда он увидел, что проход к двери перекрыт деревянной оградой. Грубо сделанная, тем не менее, она плотно закрывала доступ к заветному помещению. На ограде висела наспех сколоченная вывеска. Грубыми и уродливыми буквами на контрасте с медной гравировкой кто-то начеркал: «Закрыто на ремонт. По всем вопросам о сроках работ обращаться в информационную стойку».

- АХАХАХАХА! - в истерике засмеялся Исаак. - Хорошо. Очень хорошо. В информационную стойку…

«Попытка — не пытка, тем более я все равно уже тут», - подумал Исаак и попробовал преодолеть ограду. Сначала он попытался на нее вскарабкаться, но тут же оцарапался, и кровь небольшими точками выступила не спеша, но настойчиво в разных уголках ладоней. Выругавшись, Исаак попробовал пролезть через небольшую брешь, оставленную из-за таблички, в центре ограды. Однако, только он начал протискивать голову, как мощный сильный ветер откинул его небрежно на несколько метров назад.

Тут, к Исааку вернулся его слух, но вернулся с воющим шумом и мощными стучащими шагами, неумолимо приближающимися с той стороны двери №3786. Его снова настигла леденящая кровь паника, как тогда, в кошмаре, который он пытался забыть. Чувства Исаака обострились до предела, к нему подступила дрожь вместе со склизкой тошнотой. Звук шагов становился все отчетливее и отчетливее, а к ним в такт добавились стучащие откуда-то за стенами барабаны, на которых можно было только играть на боевых маршах.