Олег Новиков – Агора. Попаданцы поневоле (страница 44)

Нами и некоторыми другими развитыми цивилизациями было принято решение переместить часть приговоренных эпидемией людей на эту планету.

С тех пор прошло около 2500 лет, местное человечество благополучно заселило планету и создало на ней несколько весьма самобытных очагов цивилизации.

Мы до последнего времени почти не вмешивались в жизнь и обычаи обитателей планеты, однако всегда сильно ограничивали их технический прогресс, чему есть своя причина.

Дело в том, что на Агоре до той самой планетарной катастрофы существовала база одной очень древней цивилизации, мы называем их «Неведомые странники» или просто «неведомыми», потому что очень мало о них знаем. Однако те крохи познаний, которыми обладаем, позволяют нам говорить о них, как о могучей сверхцивилизации, способной на многое: в частности, на открытие пространственно-временных порталов, искривлению пространства в своих интересах, ну и так далее.

Перед самой катастрофой база была эвакуирована, но на планете остались несколько зон или, вернее, точек, опасных для простого человека, нахождение в них пагубно влияет на психику и может привести неподготовленных людей к безумию и даже к смерти. В любом случае, почти все люди теряют там сознание, механизм воздействия на живых существ в этих зонах, в чем-то схож с тем, что человек испытывает при переходе через пространственно-временной тоннель.

Основная закрытая территория, где располагалась база «неведомых», находится в малодоступной местности на отдаленном северном архипелаге. Так что добраться до нее, не имея высокотехнологических средств невозможно. Любое вторжение в закрытый периметр зоны без специальных ключей и кодов влечет за собой активацию системы безопасности на самоуничтожение, что неминуемо приведет к гибели всего живого на планете.

Ну, а если же ее не тревожить, то система совершенно безопасна. Поэтому, ограничивая доступ людей Агоры к научно-техническому прогрессу, мы спасаем их жизни, и жизнь на планете в целом.

Однако каждая медаль, как говорят у вас, имеет и обратную сторону.

Отсутствие серьезной научной и производственной базы привело к тому, что на планете сохраняются примерно те же социально-экономические формации, которые были характерны для начала ее колонизации. Безусловно, они эволюционировали, централизовались и создали пять устойчивых этнокультурных очагов со своим политическим и военным влиянием, со своей гегемонией. Плюс к этому существует множество племен, племенных союзов, кочевых орд и мелких государств, так или иначе взаимодействующих друг с другом.

Повторюсь, так было до недавнего времени.

Сейчас же, по нашим расчетам, может появиться возможность избавить планету от опасных для местного человечества зон и прекратить искусственное торможение науки и техники. Это кардинально улучшит жизнь аборигенов, позволит им свободно развиваться и со временем создать развитую цивилизацию, кстати, не без вашей помощи. Вы же и ваши потомки сможете занять ключевые посты в местном общественном устройстве. Иными словами, мы предлагаем вам работу прогрессоров, но при одном условии: вы в течении ближайших лет будете под нашим контролем выполнять определенные задачи, которые мы вам поставим.

Прежде всего, нас интересуют три артефакта, составляющие недостающий ключ к кодам базы «неведомых».

В детали вашей будущей работы будет посвящено ваше командование, от остальных членов группы мы ждем согласия или … – впрочем, не буду вас обманывать «или», как таковое, не предусмотрено. Сейчас же я включу режим конференции и дам всем желающим высказаться.

Буквально в первые секунды Кириллов уловил огромное количество мыслеобразов, посылаемых в пространство, но почти все они сводились к одному:

– Чего тут думать, соглашаться надо.

–Выбор-то без выбора.

– Коли нас спасли, так и мы должны помочь, тем более, дело-то стоящее…

Правда были и опасливые голоса:

– Пусть объяснят, что за работа?

– Темнят, что инопланетяне…

Но в основном преобладали:

– Помирать, так с музыкой…

– Хуже, чем было, уже не будет, соглашаться надо,-

– Ввяжемся в драку, а там – как фишка ляжет…

Таких было большинство, и, недолго думая, Кириллов заявил от имени всего отряда:

– Мы согласны, Эола, посвящайте в детали.

– Другого я от вас и не ожидала, – ответило изображение, – итак, Евгений Николаевич. Я выберу несколько человек из числа присутствующих, которых мы бы хотели видеть в руководстве вашей группы.

– Выбирайте, это, я так понимаю, ваше право, – согласился Кириллов.

– Хорошо, отозвалось Эола. – Я оставляю следующих людей: Кириллов Евгений Николаевич, Головачёв Виктор Сергеевич, Вяземский Владимир Викентьевич, Жуков Леонид Витальевич, Денисов Сергей Дмитриевич и Игнатьев Андрей Максимович.

Кириллов почему-то не удивился такому выбору: – Вяземского, Денисова и Игнатьева он уже знал, Головачёв – моряк, капитан 2 ранга, считай, равный ему по званию, а кто такой Жуков? Ну да ладно, чего гадать, познакомимся, в конечном счете, им виднее. Кто, как говориться, платит, тот и девушку танцует. Так, а что с остальными, куда их теперь?– и с некоторой тревогой подумал :

– А как же груз? Я и Игнатьев здесь, а груз-то там. Осадчук, ты где, старшина?

Эола прочла его мысли.

– Не беспокойтесь, Осадчук уже получил инструкции по охране вашего груза, он отвечает за него в ваше отсутствие, как вы и условились перед боем. Груз под охраной направится с остальными членами отряда.

– А остальные, куда они?

– Остальные члены группы будут сейчас же направлены на Агору. Им предстоит до прибытия руководства разобраться с материальным имуществом и животными, перемещёнными из зоны захвата и окружавших ее территорий. Прежде всего, было перенесено некоторое количество техники, оружия, боеприпасов и снаряжения, которое пригодится вам в дальнейшем. Все это имущество должно было погибнуть вместе с его бывшими хозяевами, а теперь послужит вашему, о простите, уже нашему общему делу. Поверьте, вы будете приятно удивлены его разнообразию и количеству.

– Хорошо, за сохранность груза и имущество отдельное спасибо.

– Ну что вы, какие счеты между партнерами и, я надеюсь, друзьями, это мелочи по сравнению с вашим переходом сюда.

– Тонкий намек на нашу зависимость от них, – подумал Кириллов и тут же осекся, – она же читает мысли.

– Хорошо, что вы это понимаете, Евгений Николаевич.

Кириллову показалось, что фраза была произнесена с усмешкой, но что делать, выбора-то не было.

Эола вновь отключила режим конференции, при этом экран в мозгу Кириллова погас, он погрузился в тишину и кромешную темноту.

Когда экран включился вновь, в сознании был только он один, остальные, судя по всему, были в отключке. Шлема на голове уже не было, он лежал на низком столике рядом с креслом.

– Колпак кто-то снял, пока был в безсознанке, – мелькнула мысль. Кириллов огляделся вокруг: он полулежал в своем кресле в полутемном овальном помещёнии с высоким сводчатым потолком. Кроме него в комнате находились его соратники в лице Вяземского, Игнатьева и Денисова, они были без сознания. Взгляд Кириллова упал на лицо Вяземского:

– Что это, что произошло, что-то изменилось?

Кириллов сразу даже не поверил своим глазам:

– О черт, внешность, возраст! – изменение возраста на Игнатьеве было почти не заметно, но на Вяземском…, – Невероятно!

Перед ним был отнюдь не шестидесятилетний с гаком мужчина, а человек средних лет, от силы сорока-сорока пяти, куда-то делись залысины, ушла часть седины и дряблость кожи лица.

– Интересно, как я выгляжу в свои тридцать шесть, может, совсем мальчишкой? – подумал Кириллов и лихорадочно ощупал свое лицо. – Похоже, тоже омолодили. Здорово, конечно, здорово, не обманули хозяева местной жизни. Что будет дальше?

Кириллов с неподдельным интересом продолжил осматривать своих товарищей.

Они, как и он, полулежали в весьма удобных креслах слева и напротив от него, а справа находились ещё два кресла с неизвестными Кириллову людьми. Оба человека были одеты в весьма странного вида костюмы: явно зимние, состоящие из теплых, похоже, прорезиненных, по крайней мере так показалось Кириллову, штанов оливкового цвета с накладными карманами и такого же цвета теплой куртки с капюшоном.

– Скорей всего, непромокаемые или водоотталкивающие, – подумал он, – и точно не нашего пошива, надписи-то на иностранном языке. А вот обувка точно наша – лётные унты. В таких и на полюсе не замерзнешь. Запарились, наверно, сидеть-то тут? Хотя вряд ли, здесь, думается, всем комфортно.

Кириллов продолжал рассматривать незнакомцев:

– Мужчины лет под сорок, впрочем, кто сейчас может определить точный возраст присутствующих? Явно широкоплечие, возможно, спортивного вида, под этими куртками не разобрать. Тот, что ближе ко мне, среднего роста, с правильными чертами лица, коротко стрижен, русые волосы, славянский тип. Второй – высокий, широколицый. Наголо бритый. Круглое, чуть скуластое лицо со сломанным носом боксера и шрамом на щеке, в дополнении всего – черная аккуратно подстриженная бородка. Колоритный тип, один раз увидишь – не забудешь.

– Сдается мне, что первый из них – Головачёв, или я все-таки ошибаюсь?

Углубившись в свои размышления, Кириллов только сейчас заметил, что уже не совсем один в этом помещёнии, Вяземский тоже начал приходить в себя, подавали первые признаки жизни и Игнатьев с Денисовым.