Олег Новгородов – Рассказы (страница 109)
На несколько секунд прошлое явило ей лицо мужчины, покрытое потом; он всего-навсего упал с высоты своего небольшого роста, но при падении сломал себе ногу, а его кепка отлетела на несколько шагов. Лежа на спине, мужчина вытянул из кармана военных брюк папиросу, стиснул ее зубами… Он испытывал сильнейшие мучения, но лицо его оставалось злым и неподвижным.
Почти такое же лицо Анжела видела совсем недавно, но где же?...
***
…Специалиста районной ИФНС проводили в последний путь с почестями. Коллеги возложили цветы и произнесли сдержанные слова прощания. Хороший парень был, настоящий профессионал. Да, частенько ошибочно начислял штрафы и пени, но не ошибается тот, кто не работает, а он себя не щадил и трудился на износ. Особо требовал с пенсионеров, вечно не доплачивающих в казну. Как его занесло на старый гравийный тракт, к заброшенной деревне? Ответа не было ни у коллег, ни у полицейских. Ну не налоги же он там собирал!
Молодой инспектор имел привычку фиксировать все события своей жизни на смартфон, но гаджет так и не нашли. Последняя локация сим-карты совпадала с местом, где обнаружили труп.
Кто-то припомнил: инспектор мельком упоминал, что его дед (а то и прадед) родом из Карлухино. Однако сам он не отличался сентиментальностью, и едва ли стал бы тратить время на бесполезный визит. Он находился там по веской причине, но по какой? Была ли у него назначена встреча с убийцей (а, скорее, с несколькими убийцами-изуверами), или все произошло случайно? Почему КМС по боевому самбо даже не пытался защищаться, почему травматический пистолет валялся в бардачке разряженным? Припомнили также, что и отца, и деда инспектора постигла весьма схожая участь, но вслух этого не обсуждали.
Инспектор лежал в гробу в маске и в темных очках, но те, кто участвовал в опознании, держались в задних рядах. Всем было одинаково не по себе, и все думали одними и теми же словами: "Огонь и воск. Полный рот воска, даже челюсть сломалась. За что же его так? Больные уроды, кто это сделал".
Сотрудники покинули кладбище, и могила осталась одна. Ветер небрежно трепал траурные ленты, и уходящим казалось, что какую-то жуткую тайну ведает, но никогда не выдаст надгробье с надписью "Звенягин Роман Никитьевич".
Но даже если бы кто-то умудрился воскресить инспектора, толку от него бы не добились. В последние полминуты жизни, собираясь броситься в погоню, он тоже увидел огонек свечки, но гораздо ближе, чем его видела Анжела - посреди луга. Крутанувшись на шум сминаемой травы, инспектор принял боевую стойку и уперся взглядом в бесформенный силуэт. Незнакомое прежде чувство сильнейшего страха парализовало волю к сопротивлению…
____
А днем позже волонтеры городского поселения Пшиманка расклеили на столбах и разослали в чатах объявление:
"Ушла из дома и не вернулась!
Осипова Екатерина Никодимовна, 1942 года рождения. Была одета предположительно в серое пальто, синие тренировочные штаны, при себе имела клетчатую сумку на колесиках. В последний раз видели на остановке автобуса Пшиманка - Тверь. Особые приметы: плохо видит. Если вы встретите эту бабушку, просьба обязательно сообщить в штаб социальной защиты. Не будем равнодушными друг к другу!"
____
***
В начале октября коллекция слухов на шоссе Петля пополнилась новым, не вполне типичным для здешних суровых характеров. Добрая Даша Махова возила запойную Анжелку куда-то на святой источник или на моленье, и у той совсем отбило охоту к выпивке. Это подтвердили несколько человек, видевшие Анжелу ранним утром у подъезда: она якобы попробовала врезать стакан, и ее чуть наизнанку не вывернуло.
Но Опольцево - не какая-то там деревня, и слухи здесь долго не живут. Вскоре трагическую, но банальную историю о женском алкоголизме затмила настоящая сенсация: печально известный борец за нравственность Леха Кондрик появился на публике с костылями и со сломанной ногой. Сам он утверждал, что на него навели порчу. Но многие старожилы района, потягивая айкосы, вели дискуссии о Высшей Каре, постигшей Леху за его чрезвычайно длинный язык. А иные склонялись к мнению, что до Лехи добралась нечистая сила. Так или иначе, без волшебства тут не обошлось.
Колян Махов и Олег Аклевцов, возможно, знали об инциденте побольше прочих (совет гражданской бдительности всегда знает больше). Но на расспросы, не связана ли травма Кондрика с одной из жутких легенд, столь почитаемых на районе Опольцево, они лишь загадочно пожимали плечами, а Колян принимался насвистывать "Марсельезу". Что, естественно, давало пищу для дальнейших пересудов.
Не минуло и двух суток, как местные мудрецы предложили отличную, достоверную гипотезу.
Темным вечером, рыская позади домов в поисках наркоманских проклятущих закладок, Кондрик пересекся с самим Мясорубщиком… Кому-то припомнилось, что Леха неоднократно позволял себе негативные высказывания по адресу сей исторической персоны, ничуть не стесняясь в выражениях. И каннибал из Рязанской области вновь наведался на район, чтобы заставить Леху ответить за слова. Причем Кондрик еще очень легко отделался! Ведь Мясорубщик сначала вынет из тебя потроха, затем сварит из них похлебку, а после отправит тебя, мертвого и холодного, погулять во дворе, дабы в одиночестве вкусить пищу. Он не из тех парней, чье имя можно безнаказанно поминать всуе, и любые шуточки про него - глупые, не смешные, а, бывает, что и последние.
И нет покоя даже там
И нет покоя даже там
В пятницу после полудня служебный долг завёл Васю Пуцего в необычайно живописное место: лесопосадку шириной полтора километра. Ну не совсем, конечно, долг всему виной, а стремление срезать по-короткому в сочетании с топографическим кретинизмом. Это был второй по счету косяк, а первый Вася Пуцый допустил, ввалившись в прихожую клиентки и распинав всё, что стояло там на полу: коллекцию лабутенов, пакет с мусором и гламурный саквояжик крокодильей шкуры. (За свои слоновьи манеры Вася регулярно порицался начальством, но к лучшему ничего не менял). Клиентка многословно поведала Пуцему, кто он и что он. «Да ты хоть знаешь, сколько трэвел-кейс этот стоит?! Да он стоит, как твои обе почки!».
Наоравшись, она отобрала коробку с ноутом, сходила за улетевшим саквояжем, вытянула из него с десяток купюр и потребовала сдачу. Взбешенный и огорченный, Вася вместо остановки автобуса пошел тупо в противоположную сторону. Он вообще имел репутацию человека, не ищущего легких путей. И вот теперь он шагал через лесную чащу, а в раскидистых ветвях над его головой весело чирикали птички и угорали, какой он лох.
Чудесное заповедное место носило название «Шоссейный Лес» (Вася узнал об этом, откопав в недрах своего походного рюкзака атлас Москвы и Московской области) и находилось как бы не в Москве, но как бы и не в области. За лесом лежала территория, отмеченная на карте плюсиками, из чего Пуцый резонно заключил, что там математическая школа.
Преодолев лесопосадку, Василий вкусил благ цивилизации: взял в ларьке бутылку пиваса и уселся на скамейке в тени деревьев. Вкушение благ цивилизации в разгар рабочего дня запрещалось инструкцией, но Вася плевать хотел на предрассудки, к тому же, он перенес стресс. Август почти доплыл до тридцать первого причала, но еще радовал хорошей погодой, не жалел тепла и красок и шептал всем в уши: отрешись от суеты, выпей светленького.
Едва путник утолил жажду, к нему бочком подсел изрядно помятый тип, бледный, как клиническая смерть. Но, прежде чем завязался разговор, Пуцый обозрел окрестности и обнаружил, что разбил бивак напротив кладбищенских ворот, и никакой школой там и не пахнет.
«Кладбище Лосиная роща», прочел он надпись над воротами.
- Хмм… это… - обратился к Пуцему мятый тип. – Сигареты не будет?
- «Ява» пойдет?
- Ну давай. И зажигалку.
Вася хотел спросить, не завернуть ли что-нибудь еще, но мятый уже скурил сигарету в пять затяжек и растоптал бычок. Он явно психовал – его трясло, и скамейка тряслась вместе с ним.
- Эй, блин! – завопил Пуцый. - Пиво мне прольешь!
- Смотри! – Мятый схватил его за рукав. – Во, видишь, там?... Мужики здоровые на «бэхе»…
Вася присмотрелся. Точно: у въезда в Лосиную рощу шарились трое шкафообразных амбалов; четвертый сидел за рулем черного «БМВ».
- И че? – спросил Вася.
- Че-че, через плечо… Бандиты это. Меня ищут. – Он спрятался под скамейку и прошептал: - Дай еще сигарету. Такая тема, - продолжал он, с чавканьем затянувшись. – Батя мой тут похоронен. А это его охранники бывшие. Они его грохнули, точно тебе говорю!
- А на кой ты мне это говоришь? – нетрудно понять, что при этих словах Вася слегка напрягся. – Мне, может, вовсе это знать не надо!
- Надо! – заверили его из-под скамейки. – Ты - моя последняя надежда.
- Я не твоя последняя надежда! - возмутился Пуцый. - Я тут проездом, и я не желаю…
- Глохни, паскуда! - рявкнул мятый тип и продолжал, как ни в чем не бывало: - Если они меня в багажник засунут и увезут, сразу в милицию беги, всех ставь на уши. Отец банкиром был, уважаемым человеком. «Региональный Банк Развития Древесины», слыхал?