Олег Неверов – Капитал против зомби (страница 15)

— Ну да. Очень убедительно. Главное – поверить в это самим.

Репточка встретила их привычным запахом — дерево, пыль, кабели, дешёвый кофе и табачный дым из коридора. Промзона, кирпич, железные двери — место, где музыка звучала так, словно пыталась пробиться сквозь старые стены.

«Антуан» давно не был подвальной группой. Они спокойно собирали зал на полтораста человек без магии и «друзья, зайдите хотя бы для поддержки». Их знали в своей нише, их любили и ждали. И Андрей понимал: это не только его заслуга и не заслуга Антона. Это заслуга Марины, которая умела из голого энтузиазма сделать афишу, из афиши — повод, из повода — людей, отрывающихся в такт их музыке.

Сама Марина уже была в комнате отдыха.

Она сидела не на диване — а на крае стола, как на сцене. Одна нога согнута, другая свисает и медленно качается, словно метроном. Девушка держала в руке телефон и чему-то улыбалась.

Одежда — как всегда у Марины: обтягивающая, полупрозрачная майка, на грани того, что в приличном офисе назвали бы «нарушением дресс-кода». Никакого белья под майкой, естественно, не было. И Марина даже не пыталась это скрывать. Наоборот, она будто выставляла это как знак уверенности, гордилась своим телом и не стеснялась демонстрировать его. Впрочем, фанаты только радовались этому.

Елена сидела на диване, листала новости. Готический макияж, чокер на тонкой шее, браслеты с металлическими пряжками — она выглядела словно героиня девчачьих журналов про готику, эмо и прочие мрачные субкультуры.

— О, — сказала Марина, не поднимая глаз. — Явились, герои. Вы опять пропадали «по делам»?

Антон прошёл к холодильнику, достал бутылку воды. Андрей повесил куртку и постарался выглядеть расслабленным.

— Есть немного, — коротко ответил Антон.

Марина подняла глаза — и в этих глазах было что-то неприятно злое.

— Закрой дверь, — сказала она Андрею.

Он молча послушался.

— Отлично, — Марина спрыгнула со стола и подошла ближе. Очень близко. Настолько, что Андрей автоматически отметил интригующие мужской разум детали: тонкую ткань, то, как она четко облегает выступающие части ее тела.

Он отвёл взгляд.

Марина тут же ухмыльнулась — довольная, как ребёнок, поймавший взрослого на смешной слабости.

— Андрей, — сказала она почти ласково, — ты же вокалист. У тебя лицо — инструмент. А ты краснеешь как школьник, который впервые сиськи одноклассницы увидел.

Елена тихо фыркнула в телефон.

Антон бросил взгляд на Андрея, покачал головой, но промолчал.

— Марин, — сказал Андрей, — давай без…

— Без чего? — Марина подняла брови. — Без того, что я выгляжу так, как я хочу? Или без того, что вы оба пялитесь и едва глаза не сворачиваете?

Она чуть наклонилась, будто проверяя, насколько хватит их выдержки.

— Ладно, — она вдруг стала серьёзной. — Давайте к делу.

Марина сделала шаг назад — ровно настолько, чтобы слегка разрядить обстановку и снизить давление на парней.

— Вы оба стали нервными, — сказала она. — И это не «осень», не «устали на работе» и не «мандраж перед концертом». Это другое.

— Мы действительно просто устали, — сухо ответил Антон.

— Да? — Марина повернулась к нему. — Тогда почему ты вчера на репетиции три раза проверял замок на кладовке? Ты думаешь, наши гитары украдут? У нас, извини, не «Страдивари», у нас Dingwall и ESP — да, дорого, но ты их не вчера купил, чтобы так трястись.

Антон стиснул зубы:

— Привычка.

— Привычка, — повторила Марина. — Понятно. За последние пять дней ты воспитал себе хотя бы одну полезную привычку – заботиться о стаффе группы.

Она посмотрела на Андрея:

— А ты вчера разговаривал со мной по телефону так, будто ты шпион и звонишь мне из вражеского штаба.

Андрей хотел отшутиться, но понял: не выйдет. Марина не собиралась шутить. Марина пришла, чтобы услышать ответы на свои вопросы.

Елена подняла глаза:

— Ребят… правда, я тоже заметила. Вы как будто последнюю неделю сами не свои. Будто постоянно чего-то опасаетесь.

Марина кивнула, чувствуя ее поддержку.

— Вот. И второй момент: оборудование. Вы начали говорить про серьёзные вещи. Цифровой микшер, беспроводные системы, персональный мониторинг. Это не «по сто рублей скинулись». Это вложения. С чего вдруг вы снова вернулись к этой теме? Я помню, еще два года назад мы это обсуждали и решили, что пока сможем обойтись без таких трат. В конце концов, нам нужно сначала выпустить следующий альбом.

— Я… наткнулся на объявление, с распродажей оборудования с одной студии, — сказал Андрей осторожно. — Ну и я подумал, что если там все нормально, то можно как-то собрать денег и купить то, о чем мы мечтали. В конце концов, мы же не бедные панки, которые играют в переходе метро ради бутылки пива.

— Я знаю, что вы не бедные, — отрезала Марина. — Именно поэтому я и спрашиваю аккуратно. Потому что, если бы вы были бедные, я бы подумала «ну, нашли подработку». А вы… вы стали вести себя так, будто у вас либо внезапно появился ресурс, либо внезапно появился страх этот ресурс потерять.

Тишина.

Марина подошла к столу, взяла свою кружку, сделала глоток — и вдруг сказала буднично, как будто между делом:

— Вы сегодня на дачу ездили.

Антон замер.

Андрей почувствовал, как внутри всё проваливается.

Марина заметила — и улыбнулась. Не зло. Скорее устало.

— Песок, мальчики, — сказала она. — У тебя, Антон, вся машина в песке. И точно так же, машина была в песке в прошлые выходные, когда я с трудом вытащила вас на репетицию. И я помню, что тогда, по твоим словам, вы были на даче Андрея.

Антон хотел что-то сказать, но Марина подняла руку:

— Не оправдывайтесь. Я не следователь. Я просто наблюдательный человек. Но сейчас вы делаете так, что я чувствую себя не человеком, а мебелью в вашей истории. Красивой мебелью, да? — она усмехнулась и нарочито расправила плечи, будто напоминая, что «мебель» здесь вообще-то с характером.

Елена снова фыркнула, но уже напряжённо.

Марина продолжила, теперь уже без шуток:

— Я вкладываюсь в группу. Мы не подвальная группа, а вполне себе заметная. Любая странность — и слухи полетят быстрее, чем ваш быстрый соляк. И если вы собираетесь делать резко что-то изменить — мне надо понимать, что за топливо у нас в баке и на сколько его хватит.

Андрей посмотрел на Антона. Тот молчал, опустив глаза.

Марина тоже молчала, но это было самое тяжёлое молчание — ожидание ответа.

Елена тихо сказала:

— Вы во что-то вляпались? Ребята?

Андрей медленно выдохнул.

— Да, — сказал он. — Мы… нашли кое-что. И это… не та тема, которую можно обсуждать легко.

Марина не улыбнулась. Она не чувствовала, что победила. Она просто смотрела, и в её взгляде смешалось всё сразу: злость, облегчение и страх.

— И сколько там этого «кое-чего»? — спросила она.

— Достаточно, чтобы изменить все наши планы и наше будущее, — ответил Антон наконец.

Марина кивнула.

- Наше? Ты имеешь в виду – группы? Или – только вас с Андреем?

- Марина, мы – это группа. Ты прекрасно знаешь, что с того дня, как я создал «Антуана», эта группа олицетворяет собой самое важное, что есть в моей жизни! – резко ответил ей Андрей.

— Хорошо. Тогда давайте договоримся, — сказала она. — Завтра после репетиции вы расскажете мне ровно столько, чтобы я могла работать и не подставить группу. Без подробностей — окей. Но я должна понимать, на что мы можем рассчитывать, какие у нас риски и что вы хотите сделать.

Она сделала паузу — и добавила, глядя прямо на Андрея: