Олег Мушинский – Ангелы постапокалипсиса: Голод (страница 32)

— Глаз! — тихо позвал Факел.

Я оглянулся через плечо. Инквизитор раструбом огнемета указал вперед. Вначале я подумал, что он указывал на пол площадки. Там валялись черепа и кости. Человеческие. За время боев я на них насмотрелся, поэтому узнавал мгновенно и не задерживал на них взгляд. Мертвецы и мертвецы. Не живые и даже не пригодные для того, чтобы ими стать, они обычно не могли похвастаться вниманием к себе — как правило, было банально не до них.

Однако мой глазастый напарник углядел и кое-кого еще. В левой стене была сделана ниша, перекрытая толстой решеткой. За решеткой сидел босой человек в старом солдатском мундире с новенькими полицейскими погонами. Погоны у полиции были как наши, армейские, только армейские на четверть шире. Он не шевелился, да и вообще больше походил на мертвеца, чем на живого человека.

— Прикрой меня, — шепнул я Факелу, и осторожно перешел через площадку к решетке.

Человек за ней сидел, повесив нос. Его некогда несомненно пышные усы уныло обвисли. Ну да как ему физиономию разукрасили, не мудрено и загрустить. Небось не всякой боксерской груше так доставалось. Глаза человека были закрыты, но, когда я приблизился, он резко вскинул голову. Аж затылком о стену приложился, но даже не поморщился.

— Инквизиторы! — воскликнул он. — Наконец-то!

— Тихо ты! — шепнул я. — Кто таков?

— Рядовой Егор Парамонов, — быстрым шепотом представился тот. — Полицейский здешний… То есть, не тутошний, — он быстро обвел площадку взглядом, но явно подразумевая всё гнездо. — Из Дубровника я.

Ну хотя бы этого нашли.

— Имею доложить, — громким шепотом продолжал полицейский. — Нечисть основала в этом логове переход с того света для вызова подкреплений и намеревается его сегодня открыть.

— Да, мы уже знаем, — отозвался я, окидывая взглядом решетку.

Прутья были металлические и в два пальца толщиной. Даже если бы у нас было чем их перепилить, возиться пришлось бы долго. Снизу решетку удерживал амбарный замок.

— А где этот переход? — спросил Факел, подходя к нам.

— Думаю, там, — полицейский, с трудом приподняв правую руку, указал на вход в подземелье. — Сам я его не видел, но слышал, как они о нем говорили. И это единственное место, куда нас не допускали.

— Нас? — переспросил Факел.

— Они использовали пленных для работ по зданию, — сообщил полицейский. — Я составил план здания, но только в голове. Там нигде нет прохода, по которому мог бы пройти демон, а из подземелья к главному входу ведет широкий проход. Вот там прошел бы.

— И где другие пленные? — спросил я.

В нише за решеткой без труда разместилось бы человек десять. Полицейский печально вздохнул, и сообщил, что кости вокруг — это всё, что осталось.

— Мутант пожрал, — прошептал он. — Прямо тут при нас и обедал. И кое-кто из пленных беженцев со страху на сторону врага перебежал. Не знаю, что с ними сделали, но они какие-то странные стали, словно бы и не люди вовсе.

— Одержимые, — подсказал Факел. — Много их тут?

— Таких странных… — полицейский на секунду задумался, потом уверенно начал перечислять. — Главный их, с дюжину попроще, пятеро из наших и… еще машинистка старосты нашего. Ольга Львовна. Она меня сюда и заманила, шельма.

Мне вдруг подумалось, что и нас тоже. Всё-таки очень уж удачно она попалась нам на пути. Хотя, конечно, хотелось верить, что наша встреча на болоте вышла всё-таки случайной.

— Ладно, давай-ка вытащим тебя отсюда, — сказал я. — Где ключ — знаешь?

— Так точно, — он снова указал на вход в подземелье. — Где-то там, но недалеко. Кто ходил, мигом оборачивался. Только вы там поосторожнее. Там логово у мутанта. Сам он сегодня не приходил, но мало ли что.

— Да мы вообще сама осторожность, — немного ворчливо ответил я.

Факел усмехнулся. Наверно, подумал, что я пошутил. Нет, пошутил я, когда сказал полицейскому:

— Жди здесь.

— А что мне еще остается? — ответил он.

Разве что переползти в угол, откуда хорошо просматривался вход в подземелье, что полицейский и сделал. Полз он медленно. Мы с Факелом, впрочем, тоже не спешили.

Коридоры в подземелье не могли похвастаться даже окошками. На стенах горели факелы, но света от них было заметно меньше. Я хотел было прихватить один с собой, да у него вся рукоятка оказалась обвита розовыми прожилками. Беловатые жгутики с прожилок тянулись к свету и дрожали в такт пламени.

— Можно их аккуратно выжечь, — предложил Факел, поднимая раструб огнемета. — Рукоятка металлическая, на самом малом, даст Бог, не расплавится… Только держать будет неудобно.

Это еще мягко сказано! Я помотал головой, и направился дальше. Логово мутанта можно было отыскать и по одному только запаху.

Из первого же отнорка в нос шибануло так, что я прикрыл лицо рукавом. На стене горел факел. В его свете я разглядел крохотную пещерку с каменными стенами. Из дальней стены торчал крюк, на котором висел один-единственный ключ. Всё это весьма походило на ловушку.

На полу пещерки, кстати, валялись чьи-то останки. Я оглянулся на Факела. Инквизитор был слишком крупным, чтобы пролезть в узкий проход. Стало быть, добывать ключ придется мне. На секунду я пожалел, что я не лихой ковбой из североамериканских романов, который с легкостью снял бы этот ключ одним ударом кнута. Впрочем, кнута у меня с собой всё равно не было.

— Жахни разок, — попросил я.

Жахнуть у инквизитора два раза просить не приходилось. В пещерку ударила струя ослепительного пламени. Останки вспыхнули и уехали в угол. Пламя облизало каменные стены и, не найдя за что тут еще зацепиться, быстро угасло.

— Вроде никого, — констатировал Факел.

Я согласился, что похоже на то, и влез в отнорок. Передвигаться тут можно было разве что на четвереньках, а сподручнее всего и вовсе ползком. Пол был еще теплый на ощупь. В пещерке сверху капала вода. В потолке была труба, выходившая наружу. Скорее всего, для вентиляции. Без нее в пещерке даже нечисть задохнулась бы один момент. Это ж даже не вонища, это, как говорил профессор в госпитале, уже миазмы. Я тогда не понимал разницы, просто запомнил красивое словечко, чтобы щегольнуть при случае, а теперь прочувствовал. Тут самые настоящие миазмы и были.

Причем большей частью тянуло откуда-то снизу. Пятую часть пола закрывала металлическая решетка. В городах похожей решеткой обычно закрывали дождевые стоки, но под такой размерчик здесь должны были бы реки крови протекать. Хотя, возможно, они тут и протекали. Миазмы поднимались из-под решетки.

Я подполз к ней и заглянул вниз. За решеткой стояла беспросветная тьма. Из нее на меня с любопытством уставился красный глаз. Он был размером с мой кулак. Может, чуть больше. В этой тьме не за что было зацепиться, чтобы прикинуть размер в сравнении. Да и некогда было прикидывать.

— Факел! — крикнул я. — Заметили!

Сорвав с крюка ключ, я швырнул его назад. Ключ звякнул о камень. Красный глаз дернулся. Ключ проехал по полу и выехал в коридор. Факел наступил на него ногой.

— Поймал, — объявил он, наклоняясь за ключом.

Я быстро пополз обратно. Красный глаз проводил меня взглядом, воспарив к самой решетке. Пожалуй, он был всё-таки крупнее кулака. А еще где-то там должен был быть рот, поскольку из-за решетки раздался протяжный вой.

Факел затопал обратно по коридору. Когда я выполз из отнорка, он уже был у клетки с полицейским. Клацнул замок. Затем он же звякнул, небрежно откинутый в сторону. Громко и противно лязгнула решетка, но ее лязг тотчас утонул в злобном шипении горгулий. Вскочив на ноги, я рванул ко входу в подземелье. В сеть под куполом лезли горгульи. Ярко-розовый змей с красным гребнем вдоль спины уже пролез внутрь и шустро спускался по стене. С него мы и начали.

Едва я поймал змея в прицел, как он тотчас сорвался со стены. Однако на то, чтобы оттолкнуться от нее, он потратил пару мгновений, а мне больше и не надо. Пуля, правда, прилетела ему не между глаз, как я наметил, но всё же голову зацепила. Коротко вякнув, змей кувырнулся через голову, и рухнул вниз, а тут его уже поджидал Факел с огнеметом. Змей шипел громче, чем пожиравшее его пламя, и яростно хлестал вокруг себя шипастым хвостом, но последнее шипение осталось за огненной стихией.

Тем временем я наметил следующую жертву. Это была старая на вид горгулья в парике из седых волос. В башке под париком оказались мозги. Они фонтаном брызнули вверх, когда горгулья с яростным шипением ринулась вниз и встретилась с германской пулей. Этой даже добавка из огнемета не потребовалась. Хотя, надо признать, тут она сама удачно подставилась.

Зеленая горгулья с изумрудным узором на груди продемонстрировала наличие мозгов, шустро убравшись прочь. Думаю, я бы успел ее подстрелить, но именно в тот момент я краем глаза заметил Ольгу Львовну. Она еще больше потемнела с нашей последней встречи, но еще была вполне узнаваема. Ольга Львовна сунулась было между двумя балками, но едва я повернулся к ней, отдернулась обратно. Я всё же выстрелил, но пуля ушла в небо. Надеюсь, в небесной канцелярии не восприняли это на свой счет.

— Что же вы, Ольга Львовна?! — громко спросил я. — Говорили про свободу, а как хозяин окликнул, так сразу готовы голову за него сложить!

— Не за него! — прилетел шипящий ответ.

Не уверен, что это прошипела именно Ольга Львовна. Внутрь между балками проскользнул змей. По внешнему виду — женского пола, и с настолько темной синей кожей, что она поначалу показалась мне черной. Тварь заплясала в воздухе, не давая в нее прицелиться. Ее хвост извивался, словно уж на сковородке. На конце его дрожал костяной шип с зазубринами. Такой запросто мог прошить человека насквозь. Возможно, мне ответила эта тварь.