Олег Мушинский – Аэлита. Новая волна: Фантастические повести и рассказы (страница 72)
— Так ты на Севере живешь? — немедленно поинтересовался Алексей.
— Я живу от тебя через три подъезда, — даже вроде бы оскорбилась Надя. — А в тайгу меня Старейшая отправила.
— А родители как?
— Они же в Семье.
— А… Ну да… Раз в Семье… Слушай-ка… А эти ваши Старейшие… Они что, ни разу не ошибались? — он уже стоял с полотенцем на пороге кухни.
— В чем?
— Ну, в этом… Наведении на Цель.
Надя наморщила лоб.
— Нет, — ответила она. — Хотя… Ошибались… Верно… Когда тонул «Титаник», Проводников оказалось слишком мало…
Алексей хмыкнул и присел напротив нее.
— Хорошо. Только ответь, пожалуйста, на вопрос. Сразу. Ты тут про «Титаник» излагала. Как же ваши Проводники на него попали? Или они заранее закупили билеты оптом?
— Я же уже рассказывала, — с досадой произнесла Надя. — После того, как Проводник получает человека, способ доставки до него роли не играет. И, кроме того, любой, даже самый начинающий, владеет телепортацией.
— Ага, — кивнул Алексей удовлетворенно. — Значит, ты тоже?
— Да, — просто ответила Надя.
— Давай, — сказал Алексей. — Продемонстрируй.
— Зачем?
— Тогда я во все поверю.
Надежда усмехнулась и легко поднялась с табуретки.
— Значит так, Алексей Петрович, — торжественно произнесла она. — Убеждать вас в чем-либо совершенно не входит в мои задачи. Главное я вам сказала. Я — ваш Проводник. Ровно через два дня вы впадете в депрессию и в сильном алкогольном опьянении шагнете из окна вашего шестого этажа вниз. Все эти дни я буду присматривать за вами. Бежать от меня, отправляться к магам средней руки за защитой, даже пытаться убить меня — бесполезно. Я все равно буду рядом. Все произойдет точно и в срок, так, как и запланировано. И кстати, не пытайтесь покончить с собой раньше срока, — у вас, дорогой вы мой, абсолютно ничего не выйдет. А теперь, — она очень не по-доброму улыбнулась, — воспринимайте меня, как вашу долгожданную белую горячку.
И, с негромким хлопком, стремительно растворилась в воздухе.
— Э… — произнес Алексей, тупо глядя на покинутую ею табуретку.
Потом провел по еще теплому дерматину рукой.
— Ни фига себе похмелье, — тупо произнес он в гулкой и опустевшей кухне.
Первое собеседование прошло нормально.
Цель, как и ожидалось, проявила абсолютное недоверие к идее Сопровождения.
Надеюсь, особых проблем не будет, хотя очень сильно смущает факт неприятия Целью проблемы наведения. Цель высказала явные и недвусмысленные желания произвести Сопровождение самостоятельно, причем в не установленные для Перехода сроки.
Основываясь на всем вышеизложенном, в месте обитания Цели были проведены все необходимые процедуры в соответствии с регламентом № 18/34-бис.
3
Холодное пиво обычно всегда проясняет разум до кристальной чистоты. В особенности, когда за плечами только что закончившаяся неделя беспощадного запоя.
— Все, оказывается, распланировано, — пробормотал Алексей, смакуя второй стакан. — Наведение, Проводники… Девочки, шляющиеся с плеерами по тайге… Кто это там планы строит на мою жизнь?.
Идея родилась моментально.
«Сейчас-то все и проверим, — подумал Алексей. — И про Смерть, и про планы. Сразу, раз и навсегда».
Хотя…
Если это все-таки утомленное алкоголем воображение преподнесло такой номер?
А собственно, что мне терять?
Жены нет, детей орава, работы тоже пока не предвидится… Вот только родители… А что — родители? Они, блин, тоже хороши… Дали пинка под зад, без внуков — ни ногой… Эх… К черту!
Он поднялся, большими глотками допил стакан и с размаху швырнул его в раковину.
— Счастья, тебе, кретин, — пробормотал он, слушая звон разбивающегося стекла.
Теперь оставалось дело за техникой.
Именно за ней, за «Сонькой», которая верой и правдой вот уже лет пять скрашивала семейные и не очень попойки. С магнитофоном наперевес он ввалился в ванную, оглядел поле боя и включил воду. Технологию самоубийства с помощью электричества и воды он представлял себе смутно, в основном по фильму «День сурка», где несчастный горемыка убивал себя каждый день и никак не мог убить до конца, однако был совершенно уверен в том, что такая комбинация сработает.
— А если все-таки горячка? — подумал Алексей с неожиданной тоской, глядя на свое затягивающееся паром отражение в зеркале. — Если сразу — и все?
Вода гулко билась в ванне.
— Тебе и вправду тут уже ничего не осталось, — ответил внутренний голос, с которым иногда у Алексея проходили редкие, но горячие дебаты. — Что тебе терять?
— Но жизнь…
— Хочешь успеть осеменить еще пятерых, не способных к деторождению?
— Но ведь, в принципе, они могут быть после этого счастливы.
— А ты? Что с тобой, неистребимый сперматозоид?
Алексей протер зеркало.
— Значит, жизнь любого человека бесполезна, — произнес он вслух. — Она пуста и глупа, как выпитая бутылка пива?
— Хм, — ответил внутренний голос. — Жизнь любого человека ценна делами. Что сделал ты? Переехал в бабушкину квартиру после ее смерти? Сделал ремонт и поменял старый унитаз на новый? Жизнь любого человека ценна достижениями. Как там у тебя с ними, а? Неоконченный, но много раз обещавший быть оконченным институт? И, наконец, жизнь любого человека ценна детьми. Что сделал ты? Шесть раз женился и шесть раз развелся? Наплодил пятерых детей? Хм… Это, конечно, достижение, дружище… Только вот какая проблема… Тебе не нужны эти дети. Ты ненавидишь их. Ты не можешь видеть когда-то любимых тобой женщин из-за этой маленькой и, в общем-то, незатейливой причины. Ты — одиночка. И ты никому не нужен.
— Да? А родители?
— Значит так, — рявкнул внутри него голос. — Ты либо прыгаешь в ванну, либо нет. Надоело мне с тобой дискутировать! Тем более… Хм… О вещах, тебе самому известных… Так ты прыгаешь?
— Тогда, зануда, это наш последний разговор.
Голос помолчал.
— Наверное, только мне и будет тебя не хватать.
Алексей всмотрелся в свое отражение.
— Да, — произнес он, — только мне и будет.
Потом решительно перечеркнул рукой свое лицо в зеркале.
Розетка для электрической бритвы оказалась очень удачно расположена. Он воткнул в нее шнур магнитофона, скинул халат и неторопливо залез в горячую воду. Потом взял «Соньку» в руки.
— Поехали, — произнес он, опускаясь в ванну и включая магнитофон.