Олег Моисеев – Во имя искусства (страница 25)

– Ты там что-то нашёл? – спросила Ника, склоняясь поближе к монитору.

– Не знаю, – ответил писатель. – Но эта запись сделана второго числа.

– За день до её пропажи, – кивнула девушка.

– Она пишет, что собирается на какую-то классную выставку малоизвестного художника, – проговорил Герман. – Адреса, конечно же, нет…

– Когда тебя это останавливало?

Герман молча продолжил свои поиски.

Через пару минут перед писателем был список всех выставок живописи, прошедших вечером второго числа.

– Те что в больших галереях можно сразу отметать, – сказал Герман. – Если художник не особо известный, то там его точно не выставят… А вот это уже интересно…

– Ох… – произнесла Ника, взглянув на монитор. – Это не шутка?..

Дисплей ноутбука окрасился в алые тона, открыв перед ними объявление о некоем художнике. Его выставка прошла поздним вечером в одной мелкой галерее. Образцы картин, размещенные на сайте, больше напоминали иллюстрации к извращенному фильму ужасов. С монитора ноутбука на Германа воззрились изломанные человеческие тела с пришитыми к ним головами животных с оскаленными пастями. Большая часть картин была изображена на черном блестящем фоне, словно эти существа пытались дотянуться до смотрящего на них прямиком из бездны, где они были долгие годы заточены. С клыков тварей капали крупные рубиновые капли, орошая их уродливые тела или монструозные когтистые лапы. Герман слышал о художниках, работающих в таком стиле. Последователи Френсиса Бэкона и ему подобных, коих было не так уж и много.

– Мне ведь не показалось, – остановила его Ника. – Вернись чуть-чуть назад… Нет, это точно какая-то шутка.

В том месте, которое указала девушка, говорилось о том, что художник добавляет в краски кровь… И не уточнялось чью… Возможно, это было лишь хитроумным пиар ходом, чтобы привлечь посетителей, но…

– Значит с него мы и начнём, – сказал Герман.

– Я, конечно, понимаю, что эта… живопись очень похожа на то, что мы видели в том подвале, но… – Ника умолкла, задумчиво разглядывая картины на дисплее ноутбука.

– Но живопись это не тоже самое, что и скульптура? – закончил за неё писатель.

– Да.

– Я тоже об этом подумал, но ты сама посмотри, – Герман ткнул пальцем в монитор. – Некоторые тела на картинах тоже сшиты. Плюс упоминание о крови…

– Но эти звериные морды…

– Возможно он только учится. Ты же помнишь, что первые жертвы вообще не были похоже на скульптуры. Так что до зверей он может попросту ещё не добрался.

– Думаешь решил поменять вид деятельности?

– Сложно сказать, – ответил Герман. – Может мы вообще впустую тратим время и это совсем не тот, кто нам нужен. Мне очень непривычно искать живых, да к тому же ещё и таких психов… Но других вариантов у нас пока нет. Этот художник рисует всякие ужасы кровью, и погибшая девушка вполне возможно была на его выставке до того, как её похитили. Слишком уж много совпадений. Даже если эта ниточка ведёт в никуда нам всё равно нужно её проверить.

– Есть идеи как нам его найти?

– Конечно, – кивнул Герман. – Сейчас посмотрим… – он вновь погрузился в поиски, вороша интернет страницы. – Смотри-ка…

– Что там?

– Нам с тобой везёт, – улыбнулся писатель. – Этот чудик проводит выставки ещё в паре галерей, причем одна из них уже завтра.

– Дай угадаю – выставка поздно вечером?

– Ну разумеется.

– Значит нам с тобой будет чем себя занять. Никогда раньше не бывала на выставках живописи.

– Тогда позвольте вас пригласить на выставку одного малоизвестного, но многообещающего художника, – сказал Герман.

– Ой, даже не знаю… Если у меня будет время. Я девушка занятая, знаете ли, – подыграла ему Ника.

– Завтра поздним вечером вас устроит? Я могу заехать за вами после девяти часов.

– Хорошо, я согласна.

– Обещаю, что вашей чести ничего не угрожает. Я – порядочный мужчина.

Ника лишь грустно улыбнулась в ответ. Эта игра очень быстро перестала её забавлять и заставила вновь почувствовать, что им с Германом уже никогда не удастся сходить на настоящее свидание… Максимум на что она теперь была способна это иногда проникать в его сны, чтобы хоть на пару часов оказаться с ним рядом, почувствовать его прикосновения… Но это всего лишь иллюзии в их воображении, которые при помощи её призрачных сил могут переплетаться между собой, когда Герман крепко спит. К глубочайшему сожалению, Ника мертва и ничто в этом мире не способно этого изменить… Кроме одного…

***

Майор Волков поднимался по ступеням широкой лестнице роскошного пригородного дома местного чиновника на второй этаж, в сопровождении младшего лейтенанта, которого к нему не так давно прикрепили в качестве стажера. Парень был совсем зелёным, недавно окончившим академию МВД, но, по мнению руководства, подавал большие надежды. Волков с этим соглашался не до конца. Ему уже не раз доводилось брать под своё крыло неопытных сотрудников и этот стажер, возможно, и не был худшим из них, но про большой потенциал говорить довольно рано. Парень ещё не прочувствовал на своей шкуре всей опасности, что может грозить во время их службы.

– Злоумышленник проник через окно, – сказал лейтенант.

Волков молча слушал.

– Осколки стекла внутри помещения, значит окно разбили снаружи, – продолжил парень.

Майор лишь кивнул в ответ.

– Дверь в кабинет пострадавшего изнутри подперли диваном, так что жертва явно пыталась забаррикадироваться…

– Лёша, – остановил его Волков. – А ты уверен, что здесь есть жертва?

– Ну…

– Я понимаю, что всё вроде как очевидно, но не забудь потом, что тебе ещё рапорт заполнять, а официально мы пока ничего не можем подтвердить. Только не в данном случае.

Волков не был в восторге от того, что им пришлось иметь дело с чем-то подобным. Загородный дом принадлежал жене одного чиновника средней руки, пропавшего накануне ночью. Всё говорило о том, что кто-то проник внутрь особняка и похитил мужчину, пока тот был один, но, как и всегда, в делах, связанных с представителями правительства, нужно быть осторожными. Любое неверное слово может вызвать самую настоящую бурю в местных новостях. В соцсетях так и вообще может начаться самый настоящий хаос. Рано или поздно – это всё равно начнется, так что лучше было не усугублять. Слухи и так уже наверняка поползли в разные стороны от этого роскошного дома – у пострадавшего есть соседи, которые наверняка не могли не обратить внимание на скопление полицейских машин, да и некоторые из сотрудников внутренних органов не умеют держать язык за зубами, рассказывая всякие мелочи своим друзьям и близким. Достаточно и этого – остальное додумает людская фантазия.

– Что с охраной? – спросил Волков.

Они уже дошли до дверей кабинета. Массивные полотна из толстого дерева стояли прислоненными к стене. Чтобы проникнуть внутрь пришлось снимать их с петель. Замок на двери кабинета был простой, но подпиравший двери диван стал непреодолимой преградой, так что специалистам пришлось импровизировать. О сохранности имущества, к легкому удовлетворению Волкова, особо никто не заботился. Дорогие дубовые двери практически с мясом вырвали из косяка. Ничего непоправимого, особенно если учитывать насколько глубоки карманы хозяев дома.

Внутри самого кабинета царил относительный порядок, если не считать длинных глубоких царапин на дорогом паркете, оставленных ножками дивана, россыпи битого стекла возле подоконника и бесчисленного количества отпечатков ботинок на полу.

– Итак? Что там у нас с охраной? – повторил вопрос майор.

– Ночная смена охранников… – лейтенант запнулся. – Все мертвы.

– Причина? – спросил Волков.

– Пока неизвестно, но подозревают отравление.

– Ясно.

Волков внимательно осмотрел стоящий возле окна письменный стол. В целом-то ничего примечательного, кроме ровных рядов с пачками новеньких пятитысячных купюр, занимавших добрую половину стола. Без сомнения, кто-то их тут пересчитывал, потому деньги и были так аккуратно разложены.

– На ограбление тоже не похоже, – сказал молодой лейтенант.

Волков взглянул на него.

– Я… Ну это… – парень занервничал, явно понимаю, что сказал очевидную вещь. – В том смысле, что в доме всё на месте. Я не имел в виду только эти деньги…

– С чего такие выводы?

– Это со слов хозяйки, – затараторил лейтенант. – Осмотр был беглый, но она утверждает, что ничего не пропало.

– Деньги на столе, я так полагаю, тоже принадлежат ей? – Волков переключил своё внимание со стола, загруженного пачками денег, на оконную раму.

– По её словам они хранились здесь в сейфе, – ответил стажер. – В столе у пострадавшего.

– Вот как? – Волков подошёл поближе к окну, не обращая никакого внимания на своего помощника. – Хозяйка сейчас здесь?

– Нет. Уехала. Оставила своей адрес и телефон.

В этот раз майору пришлось повернуться и взглянуть на несчастного лейтенанта.

– Я ничего не мог сделать, товарищ майор. Приехал какой-то полковник из главного управления и всех разогнал.