Олег Матвеенко – Судьба в небесах. Книга третья. Тихие реки славян (страница 2)

– Там бабы и дети! – Сергей, выпутавшись из медвежьих объятий, побежал по скользкой дорожке за угол к дому прислуги.

На первом темном этаже дома визжали дети и метались люди. Сергей включил подсветку, и тут же на него налетела расхристанная, в ночной рубахе, жена главного конюха:

– К лошадям! Они к лошадям!

Поняв, что нападавших в доме нет, Сергей выскочил опять на укатанную дорожку. Из конюшни на заднем дворе чужаки выводили жеребых кобылиц. Животные на гололеде упирались как могли.

– Лешка! Стреляй по ворам! – Руслан бежал чуть впереди в маскировке, припорошенной снегом, работая сверкающим мечом, как лыжной палкой.

Один из конокрадов упал у самых задних ворот, сраженный большим болтом с крыши. Двух ближних воров прозрачный снеговик приколол своим удлиненным “Баязидом”.

В конюшне истерично ржали кони, и кто-то рыдал. В коридоре в луже застывшей крови лежал любимец Михалыча – главный конюх. Рядом навзрыд завывал его сын, хватая отца за коченеющие руки.

– Еська, ты цел? – Руслан осмотрел паренька и пошел проверять стойла.

Ни чужих бандитов, ни своих слуг больше не нашел. Вслед за Сергеем, скрипя по снегу валенками, в конюшню вбежала мать Еськи и рухнула на тело мужа. Руслан попытался приподнять ее, но женщина взвыла, и ее сын заголосил еще громче.

– Я за шубой! – Сергей опять выскочил на скользкий двор и побежал обратно к дому прислуги.

– Ко мне ломятся! – завопил по рации из будки на крыше Алексей.

– Спустись на пристройку и прыгай с нее в снег! – крикнул в ответ Руслан.

– Я бегу к тебе! – Сергей свернул к главному дому усадьбы.

Теперь Руслан догонял друга. На крыльце, прислонившись к резным балясинам, сидел раненный из чужих. Руслан на ходу приколол его, а в сенях всадил меч в еще одного бойца, цеплявшегося своими ручищами за молот. Внутренняя дверь была раздолблена и валялась поверх ящиков и лавок. Под скачущим на второй этаж Сергеем стонали ступени лестницы. В уборной уронили что-то тяжелое.

– Вам там медом намазано? – Руслан опять пошел к клозету, укорачивая лезвие меча.

В тесном тамбуре его встретил здоровенный варяг с мечом наготове. Он замешкался, пытаясь кольнуть невидимку наверняка сверху вниз. Руслан отступил, рубанул разгоряченным “Баязидом” по близкому лезвию меча и коротким движением проколол его хозяина.

– Лешка, ты на крыше? Не молчи! – натужно заорал Сергей. – Предупреждай Михалыча!

Лешка начал вопить в эфир всякую чушь, заглушая своих старших товарищей. Руслан отключил рацию. Завалив проем входной двери тяжелым столом, он осторожно, без скрипа, поднялся по лестнице. Лешкина комната оказалась пустой. На пороге Сережкиной лежал на животе толстый мужик, из которого торчал потухший меч. Хозяин меча сплелся в клубок с двумя девицами и одним бородачом. Боевые девки, прихватив ноги недавнего любовника, пытались прокусить их сквозь костюм. Раненый бородатый мужик огромными лапищами тянулся к шее соперника.

– Задушу! Падаль!

Сергей, прижав подбородок к груди, кусал мясистые пальцы с грязными, заскорузлыми ногтями и свободной рукой лупил душителя по виску. Руслан выдернул меч из трупа и отключил на своем костюме маскировку. Девицы, интересно извиваясь связанными телами, поползли от него в разные углы. Руслан, заглянув в отчаявшиеся глаза друга, подошел к нему и вложил оружие в руку. Бородатый мужик тут же захрипел, а Глаши испуганно завизжали.

– Врагов нужно добивать! – назидательно, с нескрываемым злым укором наехал на лежащего товарища Руслан и шагнул было к одной из голозадых девиц.

– Они ломают комнату “Синей Бороды”! – прохрипел, сплевывая откусанные ногти, Сергей.

– Кладовку с железной дверью? – уточнил Руслан и вышел в коридор.

Кладовка располагалась за холодным, захламленным тамбуром, прямо над зимней уборной. Михалыч всегда держал ее запертой и запрещал в нее лезть. В тамбуре три громилы с топорами мучились с неуступчивой железной дверью. Руслан не стал воспитывать дремучих дуболомов. Двоих крайних заколол в спины на уровне сердца, а последнего, увлекшегося ковырянием запора, оглушил сделанным из меча шокером. Отдышался и включил рацию, по которой Лешка орал:

– Бегут! Бегут!

– Сереж, неси веревку. Я тут собеседника Михалычу нашел.

Сложив тела врагов у лестницы, все трое собрались в холодном тамбуре у недоломанной двери.

– Вот что там такое ценное хранится? – Сергей достал меч. – Вскроем?

– Не надо! – Лешка подхватился со своего места. – Во-первых, он уже подъезжает, а во-вторых, понятно будет, что вскрыли мы.

– А меня больше волнует вопрос: кто сюда этих наемников послал за тем, чего даже мы не знаем? – Руслан задумчиво перенастроил “Баязида” из шокера в лом.

– Почему не знаем? – Лешка загадочно сверкнул своим пучеглазым взглядом. – Я таскал пару раз датчики.

– И что там? Золото?

– Металл есть, а золото это или серебро, по Сканеру не определишь… – Лешка взял небольшую паузу для интриги. – А вот какая-то аппаратура просматривается… и гроб.

– С телами убитых любовниц?

– Сережа! Не глупи. – Руслан недовольно поморщился и повернулся к Алексею. – Так какой гроб?

– Не знаю. Какие гробы священники любят? Большой, электронный и, может быть, даже хрустальный.

– Электронный гроб! – взвизгнул Сергей и осекся.

– Точно! Он Саркофаг сюда притащил! Но кто ему дал? – Руслан офигел от таких догадок. – А главное, кому он так нужен?

***

Михаил Михайлович сидел в кожаном кресле в холле, укрытый одеялами. Грелся. Сергей с Русланом осматривали столы и лавки. Целые ставили вдоль одной стены, сломанные складывали вдоль другой. Наспех восстановленная дверь скрипнула по-новому. Старый хромой слуга, избитый, но живой, принес промороженные, обледеневшие дрова. Бросил пару поленьев в большую печь с железной заслонкой. Мерзлые дрова сразу начали, захлебываясь, шипеть и даже стрелять. Михалыч недовольно сморщился.

– Петрович, а сухих дров не запас?

Старик страдальчески отмахнулся здоровой рукой и ушел через две скрипучие двери на мороз.

– А давайте доски от разбитых дверей пожжем, пока эти поленья оттают, – Лешка тут же подхватился за старым слугой, не дождавшись реакции взрослых.

– Петровичу следить за хозяйством уже тяжело. Сменщик ему нужен, – Руслан переложил промороженные поленья ближе к горячей печке.

– Он в этой усадьбе лет тридцать крутится, и даже больше. Его еще княгиня Ольга привезла. Молоденьким. Время летит, ужас! – Михалыч достал из-под одеяла фляжку и чуть развернулся к Сергею. – Значит, молчат твои полюбовницы?

– Да что они скажут, перепуганные глупые бабы? – Сергей снял с крюка шубу и накинул ее на плечи. – Вы же их пытать не будете?

Монах неопределенно хмыкнул и открутил крышку фляжки.

– У Вас реально там Саркофаг припрятан? – решил уточнить Руслан, присев на ближнюю лавку.

– Ну не пулемет же! – немного с хрипотцой возмутился Михалыч, прихлебнув из фляжки. – Хотя он бы сейчас о-очень пригодился. Большой отряд собрали. В наших диких краях это почти войско.

– Как они к нам дошли в такие морозы? Или это соседи?

– Это не соседи. Таких мастеров в этой глухомани нет, тем более в таком количестве. Их притащили специально из далека через все сугробы. Знали про ваши мечи, но с костюмом просчитались. Кто мог подумать, что с такими девицами Сережа одетым останется.

– Дак холодно, а он в нашем деле совсем не мешает…

– Понял, давай без подробностей. – Михалыч еще раз отхлебнул и занюхал рукавом.

– Если они были в курсе про нас, то почему не взяли еще бойцов?

– Причин много. На поверхности: дорого. Зимний поход – это очень дорогое неудовольствие. Потом большая дружина либо померзла бы в пути, либо закоптила кострами всю Свапу, а у меня в округе своя агентура.

– Сквозь которую прошла целая свора головорезов.

– Ты прав. Даже зимой надо выставлять охранный периметр. – Михалыч сделал пометку мелком на фляжке. – Руслан, а ты меня удивил! В такие годы и уже бессонница. Кошмары или стареешь?

– Погода плохая. Ноги крутит и кости ломит. Знал бы, что есть Саркофаг…

– Тех, кто знает про Саркофаг, здесь можно посчитать по пальцам на одной руке. А там… – Михалыч ткнул пальцем в небо. – На одной руке фрезеровщика.

Все инстинктивно глянули в потолок, хотя понимали, что речь идет о Станции.

– Я его у Семен Семеновича еле выпросил, когда вернулся с Каспия. – Михалыч сделал глоток, сморщился. – Когда меня вернули с Каспия. Межплеменная резня только закончилась, а новая уже назревала. Нужен был наследник. Вот княгиня про меня и вспомнила. Память у нее, дай бог каждому… была.

Монах опять приложился к фляжке и надолго затих, согреваясь. Дрова в печи наконец занялись и стали гудеть, нагоняя жар. Опять скрипнули по очереди двери. Вошел старший дружинник Филипп. Он нескладно согнулся и тихо зашептал монаху в самое ухо. Михалыч согласно кивнул и отпустил докладчика.

– Уходить будем? – спросил немного осоловевший от тепла Сергей.

– Уходить? Куда зимой можно уйти?

– К Афанасию, – с ходу влез в разговор вернувшийся Алексей.