Олег Мальцев – Громоотвод как удар молнии. Феномен Каса Д'Амато (страница 4)
Перефразируя этот принцип языком бокса, приведу объяснение Майка Тайсона из его же интервью: «Самый худший и страшный удар не тот, что самый сильный, а тот, что на несён неожиданно». Как вы думаете, кто подготовил сицилийцев к восстанию, «случайно» приурочив его к великому празднику Пасхи? Венецианцы и генуэзцы. Политически самые сильные игроки, умеющие не только выступать открыто, что мы видим на примере многочисленных завоевательных войн, но и самые богатые финансисты, спонсировавшие и даже кредитовавшие в 13-15-х веках правящие семьи Европы. Игроки, умеющие действовать чужими руками, вовремя передавая науку и оружие в руки нуждающихся. После падения французского режима именно генуэзцы инвестировали и поддерживали деятельность Арагонского ставленника, тем самым укрепляя своё влияние на Сицилийских землях.
КОЛОНИИ ГЕНУЭЗСКОЙ РЕСПУБЛИКИ
***
СЕНТЯБРЬ 2017 ГОДА
Вы когда-нибудь видели абсолютно щедрого человека? Такого, кто готов отдать все свои сбережения и подарить от чистого сердца буквально всё, чем располагает? Даже если вы такого человека не встречали, всё же, можете его себе представить.
Но можно ли представить себе нацию или народность, в составе которой одни «бессребреники», готовые ради всеобщего блага отдавать в дар чужой Короне целые острова? А в придачу к ними соборы, и храмы, и библиотеки, и молитвенные дома? Сложно вообразить такое, верно? «Не верю!» – заявляет призма нашего восприятия, не может быть, чтобы в тёмное Средневековье, когда история писалась силой оружия, политического ума и знания, некая республика была благоразумна и добра настолько, чтобы дарить, например, острова Канарского архипелага?
Генуэзская республика, однако, по каким-то причинам, всё же оказалась столь великодушной.
Monasterio de la Inmaculada Concepción (Garachico)
Это была моя вторая экспедиция в Королевство Испанию – уже более недели мы в составе экспедиционной группы совместно с моим братом, директором древне-испанской рыцарской школы воинского искусства «Ачинеч» Пальмеро Рамосом удивлялись, насколько щедрой порой бывала генуэзская натура. Но ещё раз факт, уже не описанный в книгах по истории, но верифицированный наличием свидетельств, сохранившихся в самих храмах ордена францисканцев, некогда построенными генуэзцами и отданными в благочестивом порыве в дар Испанской короне – то, что и я, и мои коллеги, и мои ученики могли увидеть и проверить собственными глазами – указывало на однозначно крепкую связь Генуэзской республики, самой Генуи и Испанской Империи.
Храм Францисканцев Город Буонависта, остров Тенерифе, Испания
***
2 ДЕКАБРЯ 2017 ГОДА
И вот я в Генуе. Молчаливой, зимней, холодной, неприветливой Генуе – именно так она встретила наш Экспедиционный состав. Некогда это был Центр Великой Завоевательной морской державы – хитрой, агрессивной, мудрой Хищницы – сестры Венеции. Впереди – сложнейшая экспедиция на юг Италии, но сегодня я вспоминаю, с чего же всё началось. Пожалуй, с постановки задачи о реставрации традиции владения генуэзским клинком. В Геную я изначально прибыл, чтобы углубить некоторые познания и обогатить исследовательский арсенал, а также доказательную базу структуры и наполнения фехтовальной традиции Генуи, как сухопутной, так и морской.
Генуя – место волшебное. Как учёный и исследователь, скажу вам, что настолько криминогенного и при этом загадочного с точки зрения истории города я давно не встречал. Но вернёмся к предмету повествования – к Генуэзскому фехтованию. Традиция эта в истории воинской науки стоит особняком – в том числе, пожалуй, и по причине её превосходства и высочайшей эффективности. Именно генуэзская традиция стала оплотом воинского образования сицилийцев и сыграла ключевую роль в событиях Сицилийской вечерни. Нельзя сказать, что традиция генуэзского фехтования береглась, охранялась или оставалась нерушимой на юге Италии. Скорее, её ожидали динамичные проверки на «прочность и эффективность» – обратите внимание на переход сначала острова Сицилия под власть испанского короля, а затем и южно-материковой зоны Италии.
Длительный период времени рыцари – выходцы этих земель, оттачивали свои навыки и мастерство в завоевательных экспансивных войнах Священной Империи Испанской. Средневековые завоевательные войны не только в Европе, но и начиная от Латинской Америке и вплоть до Филиппинских островов отличали мистическую способность испанцев побеждать и эффективно организовывать жителей покорённых земель. Что же им позволяло добиваться такого результативного исхода? Что лежит в основе их подхода? Разумеется, Воинская система – другого ответа быть не может. Вернёмся к Европе: Апулия, Калабрия, Неаполь, Сицилия – в течение 650 лет также находились под покровительством короны Испании в лице разных её королей, графов, военачальников.
Война очистила воинский стиль испанцев и вернула на земли юга Италии настоящих победителей – хозяев своих Земель, мастеров такого испанского стиля фехтования, который Маэстро Никола Терракуза и Вентура называет «цветком всех наций» – самой мощной школой, которая не ведает страха и поражения. И это – Неаполитанская школа Фехтования.
Никола Терракуза и Вентура – выдержка из трактата «Истинное неаполитанское фехтование. Маэстро владения шпагой» (1725 год):
Именно Неаполитанская школа фехтования – очищенная сквозь множественные фильтры войны, восходящая к Дестрезе, к наследию Генуи и венецианским знаниям науки побеждать – явление родное и аутентичное, принадлежащее именно югу Италии – Калабрии, Сицилии и Апулии – родной земли, домом семьи Розато-Д’Амато – семьи будущей легенды.
И уже в Генуе, анализируя технические элементы генуэзского фехтования, в очередной раз развернув фокус исследовательского внимания на ящик Пандоры, пытаясь вскрыть его, я знал, что ответов на американском континенте мне не найти. Стиль Каса Д’Амато – это следствие целой вереницы исторических реалий и перипетий – но и у каждого следствия есть свои первопричины – и они пришли на американский континент с наследием мигрировавшей итальянской семьи. А кто знает причины – тот ведает истинным знанием, о чём справедливо заметил ещё Галилей.
***
Напомню, что объектом исследования книги «Громоотвод как удар молнии» выступает загадка происхождения стиля Каса Д’Амато. К разрешению данного научного вопроса мы приступили ещё в Нью-Йорке. Но поскольку не существовало никаких материальных, документальных свидетельств, кроме переписи населения (о чём подробнее речь будет идти в соответствующей главе), всё, что мы могли анализировать, всё, что было доступно на тот момент времени – это факты из биографии легендарного тренера и описание личности Каса Д’Амато.
С точки зрения подхода прикладной науки и прикладной психологии в частности, стоит отметить, что система координат любого человека математически строится из восьми элементов. Другими словами, ежели мы анализируем ящик Пандоры, то чтобы его вскрыть, необходим особый «пин-код»; прийти к разгадке этого пин-кода можно методом комплексного анализа и расследования восьми элементов системы координат человека.
Исходя из этой данности, «поневоле» в качестве первой линии анализа была выбрана психологическая линия. Выбор этот был очевиден, поскольку, находясь в США, другим материалом мы с членами Экспедиционной группы попросту не располагали и, следовательно, объективно анализировать иного не могли. Безусловно, мне как учёному, кандидату психологических наук, ближе всего было начинать рассматривать личность Каса Д'Амато именно с психологической стороны. Что и говорить, я не имел возможности анализировать самого Каса Д’Амато (то есть у меня не было пациента, или клиента, или испытуемого в виде Каса Д’Амато); но всё же на тот момент вре мени целесообразным было решение анализировать доступную информацию о легенде бокса – и стоит отметить, наш Научно-Исследовательский институт памяти старательно отобрал все достоверные источники.
Изначально источники информации о Д’Амато были поделены на несколько категорий. 1. На источники информации, полученной от людей, которые лично знали Каса Д’Амато;
2. Второй тип – это люди, которые до меня исследовали личность тренера-новатора;
3. Третий блок информации, который надлежит вынести на рассмотрение – это факты. Подразумеваются такие факты, которые описаны, например, в виде статьи в газете, или журнальной статьи, в которой спикер дословно отображает, что именно говорил и демонстрировал Кас Д'Амато в интервью.
Возможно, у некоторых читателей заготовлен поспешный вопрос: «Почему автор при написании данного научного труда не работал лично с Майком Тайсоном?» Дело в том, что Майк Тайсон – а это весьма резонная причина для научной общественности – самый ангажированный источник в конкретном исследовательском случае. Несмотря на некоторые посылы и рекомендации извне, я посчитал, что у Майка Тайсона с Касом, как с тренером и отцом были особые отношения, которые распространялись только на Тайсона и больше никого. Поэтому комплексно проанализировать информацию и сделать объективные (а не субъективные) выводы при таком подходе вряд ли представляется возможным. Более того, уместно акцентировать внимание на том, что замечательный эксперт Ларри Слоуман совместно с Майком Тайсоном до меня уже проделал эту работу весьма квалифицированно и качественно, поэтому не было смысла повторять сей путь и проделывать его еще раз. Поэтому в разделе источников информации, полученной от людей, которые знали Каса лично – значится, в обязательном порядке, Ларри Слоуман и его книга «Стальная воля». Замечу, что книга была написана до постановки исследовательской задачи относительно поиска разгадки происхождения стиля Каса Д’Амато. На сегодня книга «Стальная воля» доступна уже и на русском языке в нашем институте, а значит, интересующиеся могут с ней беспрепятственно познакомиться лично.