Олег Мальцев – Громоотвод как удар молнии. Феномен Каса Д'Амато (страница 10)
Пример с церковью – не единственное совпадение биографических вех в жизнеописании Сальваторе Джулиано и Каса Д’Амато. В 21-м веке можно было бы выразиться так: эти люди словно выпускники одного и того же университета. Этот «университет» предполагает, что католическая религия полезна для человека в определённый момент, а потом программа университета меняется, как на старшем курсе, например, показывая, что она вредна человеку в условиях будущей деятельности. Впоследствии выпускник такого «университета» начинает предпочитать собственную или какую-то другую религию, которая совершенно не похожа на католическую. И у людей таковой формации впоследствии возникает достаточно длительная война в жизни – не просто конфликт и не стрессовые ситуации – именно война. (Как например, война Американской Ассоциации бокса, «наносившей» не один десяток лет всяческие «силовые удары» – от журналистских заказов, до криминальных, лишь бы стереть с лица Каса Д’Амато улыбку победителя). Это тоже явное совпадение, присущее биографиям двух южно-итальянских феноменальных личностей.
Подводя итоги исторического экскурса, определённо хотелось бы сосредоточить внимание читателя на том факте, что в такой части мира как Южная Италия существует уникальное сформированное отношение к жизни, присущее исключительно данному региону. Все вышеупомянутые исторические, антропологические и культурные факторы на деле существенно повлияли на Каса Д’Амато – повлияли на него и как на личность, и как на тренера – и на философию его жизни, и на профессиональную деятельность. Из этой главы читатель сумеет самостоятельно заключить, почему в одном исследовании встречаются в качестве компонентов для сравнительного анализа непосредственно неаполитанское фехтование и стиль Каса Д’Амато. Исторический экскурс ставил своей задачей пояснение причин и того, как Экспедиционная и Исследовательская группа эвристически, логически и документально пришли к заключению о непрерывной связи корней бескомпромиссного стиля Каса Д’Амато и неаполитанского стиля испанского фехтования. С метафорической точки зрения, блестящие плоды прекрасного Дерева, встречаемые на разных континентах, свидетельствуют не о принадлежности к двум разным культурам, но о том, что волей провидения и в силу объективных условий развития, семя Дерева, однажды выращенного на юге Италии, прекрасно проросло, упав на благодатную почву Северного континента по ту сторону океана.
***
ЭКСПЕДИЦИОННАЯ СПРАВКА ОБ ЭКСПЕДИЦИОННОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНСТИТУТА ПАМЯТИ
– Софокл
Сложно представить, сколь долго довелось бы пребывать в неведении и идти на поводу у пресловутого ящика Пандоры, если бы не все возможности и все условия экспедиционной жизни, а также результаты богатой научной практики длиною в 25 лет. Как уже говорилось, я искренний почитатель Каса Д’Амато, его философии, подхода к жизни и, разумеется, особенного стиля, который сегодня хоть и пытаются изучать на уровне не выше нейрофизиологии путём сопоставления множественных фотографий. Парадоксально при этом, но факт: три чемпиона мира по боксу – это явление, достойное если не аплодисментов и восхищения, на что иные и не способны по природе своей, то объективного, сухого и безэмоционального научного анализа, с другой. Впрочем, по целому ряду причин, загадку феномена личности Каса Д’Амато, а также происхождение его эффективного стиля, как считается, проще отнести к категории «единичный феномен истории», нежели провести комплексное, качественное расследование.
25 лет фокусом внимания моей научной деятельности выступает проблематика приобретения навыка – более простым научным языком – вопросы, связанные со скоростью обучения и приобретения нужного навыка для соответствующего запросам личности деятельности. Так или иначе, если бы мне задали вопрос «В чём корень бед человеческих» и попросили предположительно пояснить свою позицию в одно предложение – я бы, не задумываясь ответил: «В скорости обучения. Как скоро человек способен приобрести навык, позволяющий решить нужную или важную задачу». Рассудить такую формулировку для себя без затруднений любой исследователь сможет самостоятельно. Ведь у каждой личности есть стремления и потребности, каждый мечтает о неких образах «быть» и «иметь». Но что мешает перейти пропасть между желаемым и достигнутым? Отсутствие навыка.
Быстрее всего этот жизненный урок в 21-м веке, пожалуй, понимается на примере денежном. Если человек хочет приобрести автомобиль S-класса – такое приобретение требует денег и немалых. Но что делать, если их нет? Первая мысль у индивида обычно «Учиться. Узнавать. Пронюхать» – да что угодно. И вот если было бы ведомо, как научиться зарабатывать нужные суммы денег, например, за 15 минут – безусловно, человек бы, немедля, решил бы поставленную задачу и в течение одного вечера ему бы прикатили из салона новый автомобиль. Но за 15 минут он не знает, как такой навык приобрести – да и спросить некого. А потому и вынужден искать нужное 10, 15–20 лет; и нет никаких гарантий, что в течение отведённой жизни вообще сумеет этот навык приобрести. Бывают и такие случаи, когда навык приобрести можно, но он уже не нужен – например, в 90 лет у индивида меняются требования и запросы по сравнению с тридцатилетним возрастом.
Профессор, генерал-лейтенант Григорий Семёнович Попов, гений научной эпохи 30-х гг, всю жизнь посвятил непосредственно исследованию механизмов памяти на предмет изучения методики подходов разрешения вопросов, связанных с постановкой навыка. Именно Попов ввёл такую дефиницию, как «ключевой навык эпохи» – самый главный навык, обеспечивающий возможность существования и жизнедеятельности личности в соответствующий исторический период. Как можно было бы заключить простым слогом – без ключевого навыка человек попросту не способен выжить – и именно вокруг осевой задачи постижения этого ключевого навыка и выстраивается наука эпохи. Соответственно, классифицируя ключевой навык эпохи, достоверно становится известным, какие научные изыскания, направления, даже документы – присущи конкретной анализируемой эпохе – а какие нет.
В силу моей профессиональной и научной практики, исследуя комплексно проблематику методологий работы с навыком, безусловно, моё внимание не мог не восхитить пример Каса Д’Амато. Лишившись в ножевом поединке зрения на один глаз (Том Патти говорил, что у него левый глаз почти не видел, но причины тому он не пояснял, а Майку Тайсону, например, он рассказал четыре разных истории) Кас Д’Амато понял, что бойцом номер один ему теперь не стать – но это был человек стальной воли и несгибаемого характера. И он стал лучшим тренером по боксу, доказав это три трижды – на примере Хосе Торреса, Флойда Паттерсона и Майка Тайсона. Как Касу удалось это сделать? Загадка, дамы и господа, и никто, ни один эксперт или очевидец не смог дать на то квалифицированного, обоснованного ответа. Но всякому явлению есть прояснение в истории. И только тому, кто уважает свою историю и учит её уроки, открывается будущее.
Наша мировая история обладает богатейшим наследием, язык которого, нам, к сожалению, не всегда доступен, не всегда известен, не всегда понятен до конца. И при исследовании различных технологий и методик прошлого, важно понимать ключевой параметр или, говоря языком академика Попова, ключевой навык эпохи как объект научного изыскания. Говоря об эпохе средневековья, следует отметить особую связь между такими категориями, как «условия среды» и «навык», определяемый этой средой. Так вот, как при комплексном анализе научных трудов, изданных в период 15-19 вв., так и при анализе европейской среды и её побудительных факторов, можно достоверно утверждать, что ключевым навыком эпохи выступал навык “держать оружие в руках” – другими словами, фехтование. Для дворянина и аристократа фехтование было первой наукой, с которой он знакомился ещё в трёх-четырёхлетнем возрасте; для крестьянина и простолюдина навык обращения с любым клинком или даже с подручными средствами позволяло, буквально, «подольше пожить» на планете Земля. Вне зависимости от происхождения и собственных личностных желаний, именно навык фехтования в Европе долгое время определял инвестиционную привлекательность и длительность жизни индивида.
И немудрено, по какой причине именно в сфере фехтования возникает несокрушимое, фундаментальное наследие – пишутся книги, монографии, трактаты, критика об «истинном» и «вульгарном» фехтовании, публикуются комментарии и контр-комментарии. Почему? Это самый важный навык. Все остальные в ту эпоху – просто вторичны. В рамках научной деятельности специальное подразделение НИИ Памяти – Экспедиционный корпус – в том числе одной из главенствующих задач рассматривает исследование и анализ исторического, культурного, методологического и технологического наследия прошлых веков. Лишь на первый взгляд, принято выражаться, оперируя устойчивым словосочетанием «тёмное средневековье». На поверку, открывая такие труды как «Философия оружия» Иеронимо де Карранза или «Наука фехтования» Бласко Флорио невольно делаешь вывод, что средние века не имеют никакого отношения к стереотипизации и социализированным шаблонам 21-го века. У мэтров и маэстро есть чему поучиться – например, как самостоятельно проводить междисциплинарные исследования на стыке наук, не требуя привлечения массы экспертов; как осуществлять менеджмент без интернета и мобильного телефона, а самое главное – как воспитать такую плеяду учеников, которые и сохранят наследие, и преумножат – что доказал на собственном примере преемник де Карранзы – Луис Пачеко де Нарваэс, воспитавший пять великих маэстро; или Никола Теракуза и Вентура, воспитанник Антонио Маттея и прочее.