Олег Лукошин – Хроники постчеловечества (страница 12)

Всё так, но почему-то рассуждения Варги показались мне достаточно внятными и интересными. Странным образом я вижу в них зерно истины.

Кстати, ты не хотел бы побывать в этих экспериментальных реальностях по завершении всего нашего цикла? Или даже на время прервав его? Подумай.

Что касается очередной нашей реальности, где мы провели двадцать весьма малоинтересных лет, то мой отзыв будет краток.

PRA39604, фантазийная реальность воздушных замков только в рекламном проспекте выглядела многообещающей и привлекательной. Да, жизнь на воздушных островах, каждый из которых обладает средневеково-хайтековским замком, а посетитель реальности выступает его владельцем и повелителем казалась весьма интересной. До того, как я оказалась там лично. На практике всё вышло намного скучнее.

Вот мы поселись в воздушном замке, визуализация превратила нас в этакое подобие эльфов с остроконечными ушами и длинными волосами, в камзолах и забавных штанцах для мужчин, в платьях с корсетами и огромными неповоротливыми подолами для женщин, снова завели детей, которые всё больше вызывают у меня головную боль, нас обслуживала целая свора слуг-ботов, мы купались в роскоши и безделии – и что же? Ничего. Всё очарование испарилось буквально за месяц.

Ну, были там фишечки, связанные с колдовством и магией – ты просто возводишь руки, бормочешь заклинание и всё, что тебе нужно, появляется само собой – еда, одежда, оружие (совершенно бесполезное, кстати). Ну и что с того? Всё это быстро, просто предельно быстро надоело. Рай для бездельников, но не для меня.

Мы путешествовали на драконах к соседним островам и повелителям тамошних замков, плясами на пирах, напивались и наедались – что это дало нам, чему научило? Мы выдали нашу дочь Каролину за парня с соседнего острова, погуляли на разгульной и безудержной свадьбе. Но всё это уже было, было, было во множестве других реальностей, других отражений, других форматах нашей жизни. Мы увидели здесь лишь повторение пройденного, только в новой сказочной оболочке.

Ты извини меня, но пребывание в каждом из пабликов я воспринимаю как площадку для развития. Как некую науку жизни. Как толчок для совершенствования. Как и чему можно совершенствоваться в этих плохо придуманных, плохо выстроенных и надоедливых реальностях? Чёрт, я уже мечтаю о том, чтобы побыстрее разделаться с этой обязаловкой из пятидесяти тысяч пабликов, в которую втянул меня ты.

Прости, я опять была груба. Видимо старею, хи-хи.

Возлюбленная моя Мария!

«PRO46001, Реальность всеобщего равенства, – говорится в рекламном проспекте каталога, – призвана побудить каждого из вас различать за внешней оболочкой богатое внутреннее содержание человеческой личности, видеть человеческие существа такими, какие они есть, понимать и принимать их не за внешний лоск, а за внутреннюю глубину».

В этой публичной реальности, как ты знаешь, все выглядят абсолютно одинаково. Это некая среднестатистическая конфигурация человеческого тела, включающая в себя признаки всех без исключения рас. Женщины – смуглянки с раскосыми глазами, довольно полные по своей физической конституции, что заранее настраивает мужскую половину на преодоление внутренних противоречий и комплексов. Мужчины – мулаты с той же азиатской раскосостью в глазах, тоже далеко не худые. Видимо, программа, создававшая образы для этой реальности, просто соединила все мужские и женские параметры человечества в два универсальных тела, сделав их единственно возможными для жизни в этом мире.

Все носят одинаковую одежду. Мужчины – белые рубашки и чёрные брюки, женщины – розовые блузки и синие юбки. Все дома – абсолютно одинаковы: небольшие двухэтажные здания с травяными газонами и гаражами. Все жители реальности ездят на совершенно одинаковых автомобилях – почему-то ими выбрана жёлтая «Волга» ГАЗ-24 периода существования Советского Союза. Все населённые пункты паблика тоже с абсолютной буквальностью повторяют друг друга – небольшие ухоженные посёлки, состоящие из определённого количества домов, вроде бы четырёхсот восьмидесяти. Так что путешествовать по этой реальности нет никакого смысла – ты везде встретишь один и тот же посёлок с одними и теми же (внешне) людьми, одинаково одетыми и перемещающимися на одинаковых автомобилях.

На первый взгляд, эта публичная реальность – воплощённый кошмар всех авторов книжных антиутопий. Одинаковый мир одинаковых людей. Унифицированное человечество. Ужас одинаковости. Но в этом-то и состоит вся фишка – она в психологических преодолениях условностей.

Первые месяцы, а то и годы, всё это казалось действительно угнетающим. Необходимо каждый день интересоваться у встречных на улице людей, действительно ли они наши соседи, или же мы ошиблись. Идёшь по улице, смотришь по сторонам и видишь абсолютно одинаковых женщин и мужчин. Где же среди них ты, моя любимая? Впрочем, не без гордости замечу, что я очень быстро научился различать тебя даже в самой большой толпе. За то неимоверно большое количество лет, что мы провели вместе, я проникся тобой, твоей сущностью, твоей природой и по неуловимым, едва заметным телодвижениям безошибочно выделял тебя среди множества других женщин.

В этом и заключается та большая внутренняя работа, которую каждый из посетителей реальности должен ежеминутно проводить над собой. И, поверь мне, это оказалось чрезвычайно интересно! Через каких-то пять-шесть лет я уже моментально различал всех наших соседей по одному лишь внешнему виду. Да, они одинаковы внешне, но у каждого есть своё уникальное внутренне содержание, которое странным образом вполне реально считать за какие-то мгновения.

Через десять лет жизни я и вовсе на взлёт определял любого жителя нашего посёлка, едва увидев его вдали, и не ошибался. Да и ты тоже, хоть и продолжала упрямиться, называя этот паблик очередной профанацией, ничуть не хуже меня освоила это искусство. Десять лет – да, пожалуй, именно этот срок стал чертой, рубежом, после которого всё стало значительно легче. Внешняя схожесть поблекла, ушла на второй план – а за ней выступила внутренняя сущность, уникальная человеческая личность. Это поразительно!

Ты постоянно твердишь о реальностях, которые бы учили тебя чему-то, изменяли, преображали. Как по мне, эта реальность – просто образец мощнейших внутренних преобразований, причём сугубо позитивных. Она проста по внешней оболочке, но очень мудра и гуманистична по внутреннему своему содержанию.

Мы завели в реальности трёх детей – двух девочек и мальчика. Дети там тоже одинаковые. Настолько одинаковые, что ты утверждала, будто мальчиков и девочек различает лишь длина волос, хотя, по-моему, это всё же не совсем так.

Между прочим, эта реальность, которую ты сгоряча обзывала фашистской, стабильно пользуется популярностью среди паблик-сёрферов. Она неизменно входит в топ-20 самых востребованных публичных реальностей. Это о чём-то да говорит!

Хуан, милый мой!

Мы находимся в GPR, Генеральной публичной реальности, последней из пятидесяти тысяч реальностей каталога Совета Могучих. Нам остаётся всего одиннадцать лет до завершения всего цикла, до почестей и приза, но я сваливаю!

Да-да, ты не ошибся! Я прекращаю всю эту нелепость публичных перевоплощений, ухожу из Генеральной публичной реальности и ухожу от тебя.

Прости меня, но я обязана совершить этот шаг. Я задумывалась о нём уже очень давно, мне было отчаянно страшно совершить его, но сейчас я чувствую, что готова.

Я окинула всю свою долгую, бесконечно долгую жизнь пытливым взглядом и задалась гнетущими вопросами: а что я такое, что у меня есть, что я постигла за всё это время? И все ответы сводятся исключительно к одному – к тебе!

У меня ничего не было за все эти полтора миллиона лет, кроме тебя. Я жила только тобой, дышала тобой, мыслила тобой. Не было ни одного мгновения, когда я могла отстраниться от тебя и занять – хотя бы в мыслях! – какую-то уникальную, независимую позицию.

Уверена, ты тоже испытываешь нечто подобное. Хоть и вряд ли признаешься в этом.

Поверь, милый мой, нам надо расстаться! За все эти годы я ни разу не изменяла тебя. Представляешь, ни разу! Даже с ботами, хотя это мало кем считается изменой. Я просто-напросто не знаю, не понимаю других мужчин. Как я могу быть полноценной личностью без этого понимания?

И ещё вся эта наша гонка по реальностям – она далась мне очень тяжело. Миллион лет перемещений из одного паблика в другой – это очень непросто. Очень и очень. Да, я признаю, что сама идея стоила того, наверняка я захотела бы сбежать от тебя раньше без этого соревнования, много раньше, но всему рано или поздно приходит конец. Так гласит подзабытая, но всё ещё мудрая человеческая поговорка земной жизни.

Сейчас я мечтаю лишь об одном: свалить из этого публичного мира в собственную индивидуальную реальность лет на сто или даже двести. Прийти в себя, собраться с мыслями, выработать какую-то программу действий на будущее. И – двигаться дальше после моральной перезагрузки.

Не расстраивайся, дорогой! Может быть, мы ещё встретимся.

Непременно дойди дистанцию до конца! Ты сможешь, остаётся всего ничего. Дойди, получи приз – он имеет определённую ценность и даже может послужить началом для какой-то новой карьеры – и построй свою собственную публичную реальность. Пусть ты никогда не занимался дизайном, но я уверена, что ты справишься! Ты чуткий и талантливый человек.