Олег Лукошин – Аптечная философия футбольных ставок (страница 6)
Изобретение Хиршфилда и его агентства вошло в историю беттинга под названием «Линия Миннеаполиса» (именно в этом городе распологался офис агентства). Хиршфилд выписывал для своих сотрудников газеты со всех Штатов, хоть мало-мальски писавшие о спорте, из которых его капперы черпали информацию для выставления кэфов. На протяжении почти трёх десятков лет, до начала 60-х годов Хиршфилд был безусловным лидером в мире спортивной аналитики.
В 1931 году спортивные ставки были легализованы в штате Невада. Как известно, этот штат почти целиком состоит из пустыни, поэтому он становился объектом то для военных задач (здесь с момента изобретения ядерной бомбы регулярно проводят её испытания), то для разного рода экономических экспериментов. Развитие игорного бизнеса в Неваде – это ведь тоже был экономический эксперимент. Вот, мол, решили какие-то мальчики-экономисты из правительства, территория депрессивная, упадочная, пусть хоть игорный бизнес её оживит. Достаточно сказать, что в Рено, крупнейшем на тот момент городе штата, проживало всего 15 тысяч человек. В Лас-Вегасе и того меньше – 5 тысяч.
Америка, как известно, страна пуритан. И
Голливудский кинематограф подарил нам огромное количество фильмов о начале и развитии игорного бизнеса в Неваде, обо всех этих брутальных гангстерах, которые стояли за ним, изящных красотках рядом с ганстерами и всей прилагающейся «сладкой» жизни: роскошных автомобилях, бассейнах, кокаиновых дорожках и стрельбе средь бела дня. Впрочем, легализация игорного бизнеса не касалась легализации ставок на спорт. Она случилась лишь в 1951 году. Однако ещё до легализации спортивных ставок в Неваде была подготовлена почва для будущего появления здесь центра ставочного бизнеса в Штатах. Но до этого момента мы ещё доберёмся.
Коэффициенты на игры представляли собой примерно ту же самую систему математических вероятностей, которая применялась в Британии. Штаты, однако, отличались тем, что здесь было разрешено делать ставки на одиночные матчи (что в Британии не допускалось вплоть до 60-х годов – там строго действовала система пулов, предусматривающая как минимум три матча в одной связке). Система вероятностей на одиночные матчи, как ни странно, приносила порой букам убытки. Если в скачках участвует куча лошадей, что само по себе даёт букмекеру серьёзные математические гарантии от убытков (всё-таки разброс ставок на лошадей от игроков будет достаточно значительным), то в одиночном матче могут случаться и финансовые провалы. Корректировки кэфов в зависимости от сумм (попросту говоря, «прогруза») тогда ещё не существовало, и если буки выставляли очень уж оптимистичный кэф на фаворита, а значительная часть народа ставила по своему наитию на андердога, то букмекер мог выходить в серьёзный минус. Разумеется, он отбивал этот минус на других матчах, но подобные периодические потери господ букмекеров серьёзно беспокоили. Они желали иметь прибыль в любых ситуациях и при самых неожиданных исходах матчей.
Его Величество Сатана, управляющий миром игр и азарта, пришёл им на помощь в 40-х годах. Через своего верного слугу, профессионального игрока и букмекера Чарльза Макнила (со стопроцентной достоверностью не доказано, что это был именно он, но большинство историков беттинга сходятся именно на его личности) Князь Тьмы принёс в этот мир систему
Любой ставочник прекрасно знает, что такое форы, и я не собираюсь подробно вдаваться в описание этого математического явления. Заострю внимание лишь на том, что с помощью фор букмекерам удалось выстроить стройную (для них, а не для игроков) систему игрового плеча, при которой каждый матч принимал множественные формы вероятностей. Для ставочников появилась возможность играть не только на чистые исходы, но и на победу в несколько очков и голов, обрамляя их в минусовые форы, а то и на проигрыши, подкрепляя их форами плюсовыми. О самой математике ставок я поговорю и порассуждаю в отдельной главе, здесь же упомяну, что система фор, как опять-таки известно всех игрокам, разнится в зависимости от регионов. Есть форы европейские, цельные, есть азиатские, дробные. Вы так же прекрасно знаете и о существовании разных форматов записи коэффициетов – американский, британский, европейский. Разъяснять их в рамках этой книги я не собираюсь: описания их в великом множестве вы найдёте в интернете. Да, собственно говоря, подавляющему большинству читателей они не нужны, так как этот урок давным-давно ими выучен и освоен. Я же больше размусоливаю здесь о другом: о философии ставок, о мистике, а также о способах подчинения этой стихии своей власти…
До изобретения фор букмекеры с целым рядом матчей просто не работали, потому что в них было всё предельно очевидно: очень слабый, против очень сильного. Форы же создали возможность многократно дробить матч на вероятности и тем самым обманывать игроков. Ставить на чистую победу фаворита за возможный копеечный выигрыш – стрёмно, а вот рискнуть на минусовую фору или на плюсовую на андердога – очень даже привлекательно. Форы принесли в игры благословенную для буков зыбкость, когда один-единственный гол (или же очко) могут огорчить значительную массу ставочников – или же порадовать другую. Скользко, призрачно, зыбко – именно то, что нужно букмекерам. Именно то, что создаёт вариативность, а на самом деле затуманивает мозги игрокам.
Итак, в 1951 году Конгресс Соединённых Штатов Америки принял постановление о введении 10-процентного налога на все спортивные ставки, что стало моментом их легализации. До этого времени разрешёнными считались спортивные лотереи с пулами, одиночные же ставки на матчи принимались лишь подпольными букмекерами. Это не означало тотального и всеобъемлющего разрешения на букмекерскую деятельность – она в Штатах до сих пор жёстко ограничена законами каждого отдельного штата. Спортивные ставки было разрешено принимать лишь на той территории, где была легализована игорная деятельность – в Неваде.
Ставками на спорт сразу же стали заниматься мелкие заведения, которые назывались в народе turf clubs («газонные клубы»). Это были совершенно непритязательные по части внутреннего убранства заведения, где помимо приёма ставок продавали алкогольные напитки и кое-какие закуски. Атмосфера была в них соответствующая: пьяненький народец, клубы сигаретного дыма, крики, а то и драки. Матчи и коэффициенты расписывались мелом на досках.
К тому времени, как аналитическое агентство Лео Хиршфилда по не вполне объяснимым причинам стало загибаться, его высокие идеи и задачи перехватили шустрилы из Невады. Среди них выделился некто Джимми Снайдер по прозвищу «Грек», который выбился в лидеры в сфере составления спортивных линий. Он был владельцем не аналитического, а пиар-агентства, однако подхватил знамя Хиршфилда и, более того, благодаря своим талантам в «паблик рилейшенс» вывел распространение спортивных линий на всеамериканский уровень. Он начал не просто рассылать линии подписчикам – он взялся публиковать их в газетах, а кроме этого сумел проникнуть в качестве одного из ведущих в спортивную программу на государственном канале CBS, которая была посвящена обзору предстоящих футбольных (имеется в виду американский футбол) матчей.
Телевидение – вот это был прорыв так прорыв! Сидит такой чувачок в телепрограмме, которую смотрит вся страна, и знакомит общественность со своими коэффициентами на предстоящие матчи. Через телевидение можно внедрить в общественное сознание самую несусветную чушь и самые дьявольские истины. Стоит ли говорить, что число людей, делающих ставки на спортивные матчи, после таких передач существенно выросло. Однако, справедливости ради, надо отметить, что подвержена спортивным ставкам всё-таки достаточно ограниченная часть населения. По современным данным, в Штатах ставки регулярно делает 15 процентов населения. В основном, естественно, мужчины. Это много, но не столь катастрофично. Букмекерам предстоит ещё непаханое поле работы, чтобы втянуть в свои игрища как можно больше народа. Проблема для них лишь в том, что многие люди (и не только женщины) совершенно не любят и не понимают спорт, считая его пустой и бестолковой забавой. Втянуть в ставки любителя спорта несложно, а вот если человек категорически не желает погружаться в спортивный мир – этот барьер сломать трудно.
Ну что же, силы добра ещё имеют в борьбе со ставочным дьяволом обширные ресурсы. Бог им в помощь!
Возвращаемся в Великобританию. В 1960 году здесь, во многом под влиянием частичной легализации ставочного бизнеса в США, был принят так называемый Betting and Gambling Act («Закон о ставках и азартных играх»). В отличие от американского аналога, который лишь приоткрыл занавес для легальных ставок, британцы подошли к делу со всей европейской ширью и честностью: если разрешать – то разрешать полностью!