Олег Красин – Невидимый рубеж. Книга третья. Долиной смертной тени (страница 7)

– Хорошая идея! – одобрил Шумилов. Он вытащил из пачки сигарету, закурил.

Сергей улыбнулся.

– Всё не можете бросить?

– Несколько раз пробовал, ну ты же помнишь. Теперь уже и не пытаюсь.

– А у меня получилось.

– Так я теперь на тебя плохо влияю? Ну, извини, брат! – с усмешкой бросил Шумилов. Он поднялся из-за стола, вышел на крыльцо, оставив после себя облачко сизого дыма, висящего в комнате без движения, как воздушный шар на привязи. Сергей поднялся и пошел следом, чтобы подышать чистым воздухом. Он встал возле Николая Поликарповича, с той стороны, откуда дул ветер, уносящий сигаретный дым вдоль стены дома, и продолжил разговор.

– Так вот, об Орехово-Борисово. Тот сотрудник, Дима Ковалев, его сейчас прикомандировали ко мне. Теперь разбираемся, кто устроил покушение.

– Прикомандировали? – поднял брови Шумилов.

– Ну да! Руководство решило сконцентрировать силы и средства для удара по московским ваххабитам. У Ковалева я был на днях в больнице, сейчас он потихоньку приходит в себя.

Забелин мелко постучал по деревянному столу три раза, чем вызвал удивление Шумилова. Но тот промолчал и не озвучил, готовую сорваться с языка насмешливую реплику о странной суеверности своего бывшего подчиненного.

Сергей перехватил его взгляд, криво усмехнулся:

– Станешь поневоле суеверным.

– Его тоже ваххабиты? – поинтересовался Николай Поликарпович, затягиваясь сигаретой.

– Вряд ли! Там наркогруппы работали, и он попал под раздачу…

Они проговорили почти до утра и легли спать, едва в окне забрезжил рассвет. Но Забелин долго не мог заснуть – лежал с открытыми глазами. Думал о предстоящей работе, о своих теперешних коллегах – молодых операх. Справятся ли они, смогут ли противостоять возникшей угрозе? Для них это дело новое – раньше курировали совсем другие линии. Хотя почему новое? Оперативная работа, по сути, является универсальной, потому подходы в ней используются одни и те же. И здесь всё равно, чем занимаешься: борьбой ли с наркодилерами, коррупционерами разных мастей или уничтожаешь террористов.

Он повернулся на бок, услышал, как на улице залаяла собака, живущая на соседней даче. Хозяина там не было – не приехал на выходные, вот пес и скучал, бегал по двору, заглядывал через дыры в изгороди к соседям. «Встать что ли, дать ему мяса?»

Сергей поднялся, взял со стола остывшие куски шашлыка, вышел на крыльцо. Он сразу услышал слева от себя, поскуливание и хруст деревянной изгороди. На улицу медленно наплывал рассвет, и фонарь, подвершенный на кончике козырька крыльца, казался совсем бесполезным – и так было видно достаточно хорошо.

Забелин спустился с крыльца, пошел на звук и чем ближе подходил, тем явственнее слышал собачье сопение. По звуку определил, где прыгает пес, подошел туда и забросил через изгородь мясо. Серый пес резво прыгнул, схватив зубами кусок. Но не отошел назад к будке, а поднялся и поставил лапы на доски забора, словно ожидал, что Забелин примется с ним играть.

– Ну-ну, – вслух произнес Забелин, – играть, дружок, я с тобой не буду. Спать пора!

Собака, и он видел это в рассветном воздухе, смотрела не него умными глазами, наклонив голову бок, как бы оценивая.

– Не уговоришь! – ухмыльнулся Сергей.

Он пошел назад к дому, к крыльцу, оставляя за забором скучающего пса.

Из полей, окружающих дачный кооператив, медленно наползал белесый туман, заволакивая дымкой редкие доски забора, соседский дом и пса, просунувшего голову в щель между столбами. Забелин взялся за ручку двери и хотел уже войти в дом, как услышал звук подъезжавшей машины. В тумане показались два лучика света, неторопливо ползущие по грунтовой дороге между домами. Сергей задержался на крыльце.

Он увидел, как мимо дома Шумилова медленно проехали «Жигули», показавшиеся в тумане окрашенными в молочный цвет, наверное, это был светло-бежевый. Забелина охватило любопытство – что делает здесь машина почти в четыре часа утра. Он спустился с крыльца, сделал несколько шагов и подошел к калитке.

«Жигули» уже остановились возле того трехэтажного кирпичного дома, который они обсуждали в момент приезда Забелина. Показались два человека, которых Сергей Павлович не рассмотрел в тумане. Хлопнули дверцы и люди скрылись за высоким забором.

«Чего они делают в такую рань?» – запоздало пришла в голову Забелина здравая мысль – всё это время он только наблюдал за незнакомцами. Впрочем, какое ему дело, куда люди ездят по ночам? Наверное, на заработки – сейчас многие подрабатывают таксистами. В любом случае, эти вопросы не для него и нечего занимать ими голову под утро.

Он вернулся в дом, упал на кровать и сразу заснул, глухо, без сновидений.

Москва, ФСБ РФ, СЗКСиБТ, Управление по борьбе с терроризмом и политическим экстремизмом, кабинет начальника Управления генерал-майора Васильева А. А., 26 июня, 17.38

Генерал-майор Васильев вернулся от начальства озабоченный и недовольный – перед ним ставили новые задачи, а он еще и со старыми не успел разобраться. Опять подняли вопрос о ваххабитах, мол, сочинская олимпиада на носу, а у Васильева по московским ваххабитам сплошные пробелы – ничего конкретного, всё приблизительно и туманно.

И потом, совершенно непонятно, чего так долго возится Забелин с созданием группы, почему он не избавился от неподходящих для этой задачи людей. Сергей Павлович вообще-то славился четкостью и оперативным выполнением всех поручений, а тут его будто подменили.

Это тоже поставили в вину Васильеву.

Что же, любого начальника винить можно за многое, на то он и начальник. Однако среди всплывших в ходе разговора упреков можно найти и рациональное зерно, не всё там было на эмоциях.

У Васильева вдруг заныло в области желудка, и тупая ноющая боль напомнила, что он год назад лечился от язвы. Сейчас он был полностью здоров, не считая мелких рецидивов, но иногда для профилактики принимал лекарства, предписанные врачами. Васильев поднялся, налил в стакан воды, запил ею таблетку. Через пару минут отпустило.

Он вообще редко жаловался на здоровье. Сухощавый, подтянутый, без грамма лишнего веса, Сан Саныч вызывал зависть своих коллег – таких же начальников Управлений, которым, как и ему было под шестьдесят, но которые давно утратили стройность фигуры.

Остановившись возле зеркала и машинально оглядев свою физиономию, генерал пригладил рукой шапку седых волос. Его мысли вернулись к Забелину.

Почему Сергей Павлович не избавился от Ковалева из Управления «Н»? Васильев узнал, что Ковалев в больнице, уже пару недель приходит в себя после взрыва, устроенного, скорее всего, наркодельцами. А ведь он едва не погиб там, возле машины. Ну, какой сейчас из него оперативник? Ему кроме хирургов надо бы еще и к психиатру заглянуть, подумать о реабилитации психики, ведь такие вещи не проходят бесследно. А ну как возьмет пистолет и начнет стрелять по всему, что движется, как печально известный милиционер Евсюков? Между тем Забелин возится с ним, нянчится как с малым дитём.

В глубине души Васильев, конечно, не верил, что у раненого оперативника «поедет крыша», но никто не застрахован от срывов, особенно на их напряженной работе.

Выбор опера из Управления «П» тоже выглядел странно. С этим Гонцовым расставаться надо, если по-хорошему, несмотря на его прошлые заслуги. Алкоголик, разгильдяй, безответственный человек. Непонятно, почему его держит руководство Управления!

В любом случае, эти вопросы стоили обсуждения.

Сев за стол, Васильев позвонил Забелину и пригласил в свой кабинет. Когда Сергей Павлович появился, генерал довольно резко высказался о темпах создания группы и кандидатурах, на которых остановился Забелин. Тот в ответ пробовал возражать, объяснять свои мотивы, но потом прекратил, уяснив, что начальник сегодня не в духе.

– Каково положение у тебя сегодня, на данный час? – выплеснув, наконец, недовольство, Васильев повернул разговор в спокойное русло.

– Гонцов и Ракитин изучали материалы, постепенно вникают.

– Что с Ковалевым?

– Ожидаю его появления на днях, к середине или к концу недели. Думаю, в конце недели он будет точно.

– Хорошо! Пусть сразу включается в работу. Нам как воздух нужны источники в этом, так называемом, джамаате, без них мы слепы и глухи. Согласен?

– Да, Сан Саныч, но подобраться сложно. Сейчас прорабатываем варианты, может, будет легче завербовать кого-то со стороны, а потом внедрить в группировку.

– Действуйте по обстановке! Кстати, возможно, у нас там есть агент, – Васильев сделал паузу, – но связь с ним утрачена.

– Как утрачена? Наверняка, в личном деле есть его контакты, надо их возобновить.

– В том то и дело! – генерал нахмурился и удрученно констатировал: – Нет никакого личного дела. Оперативник, который вербовал, уволился и уехал за границу, а в подразделении регистрации не нашли следов. Имеется только непонятная запись об исключении из агентурного аппарата, но, как я уже и сказал, личного дела нет, хотя сам знаешь, по приказу оно хранится достаточно долго.

Покачав головой, удивленный Забелин признался:

– Знаете, с таким я не сталкивался. Хотя… – он замолчал на минуту, – что-то подобное у нас произошло в Уральске, когда я там служил. Мой приятель Саша Цыганков завербовал одного из крупных криминальных авторитетов, и чтобы его не светить, документально вербовку не оформлял – начальник Управления разрешил.