Олег Кожин – Мистериум. Полночь дизельпанка (страница 67)
– Что тебе, Артур с завода?
– Эти существа забрали мою невесту, Веру.
– Почему ты думаешь, что именно они? – нахмурился Влад.
– Больше некому.
– Нельзя так просто обвинять Древних. Они не требуют кровавых жертв, хотя иногда безумцы и сжигают во имя них ягнят и режут коз.
Артура передернуло.
– Но я вижу, что ты отчаянно нуждаешься в помощи. Поэтому помогу. Сегодня вечером в десять приходи ко мне. Я отведу тебя к тому, кто ответит на твои вопросы.
Чтобы скоротать время, Артур решил пообедать в кафе.
Раньше по воскресеньям он ходил сюда с Верой. Они устраивались на веранде и болтали о том, как однажды уедут отсюда. В кафе подавали чудесные витаминные коктейли, и к каждому заказу предлагался временный респиратор для приема пищи. И меняя свои старые респираторы на другие, они наслаждались несколькими мгновениями, когда могли взглянуть на настоящие лица друг друга. А после Артур снова воображал улыбку Веры под маской.
А теперь он один. И только холодок, пробегающий по спине, составляет компанию. И шелест голоса, зовущего:
– Артур.
Он оборачивается. Но за спиной лишь другие посетители мирно сидят и поглощают пищу. Поглощают, засасывая клапанами на лицах, хоботками, как у мух, шевелят от удовольствия отростками-щупальцами.
Нет. Всего лишь люди. Всего лишь люди наслаждаются жидкой едой через приемники пищи.
– Вам помочь? Что-то не так? – навис над Артуром официант.
– Нет, все в порядке.
Артур расплатился и поспешил уйти.
До назначенного часа еще оставалось время.
Артура привлекли чавкающие звуки из переулка. Там играли дети, грязные, худые, в респираторах. Один из них взобрался на пустой ящик и оттуда вещал, коверкая до ужаса свой милый детский голосок:
– Я буду ужасом, я буду кошмаром, сосредоточением хаоса, бесформенным и всепоглощающим. Я настолько страшен, что мое имя никто не осмеливается произносить. Пип, ты будешь шогготом, а ты – жрецом. Вы должны мне поклоняться и выполнять мои приказы.
«Как они отвратительно наивны».
Артур заспешил прочь, но до него еще долго доносился их смех и завывания.
В условленное время отчаянный механик вернулся к Владу.
Они вышли через черный ход и двинулись по заброшенной улочке между домами и зарешеченной канавой, в которую сливались ежедневные отходы. Местные жители часто подавали прошения, чтобы канаву прокапали глубже и заковали в трубу, но городская управа отказывала: не положено, внизу уже проходят засекреченные тоннели для нужд ученых.
Канава сворачивала и петляла, и наконец вывела путников к заброшенным складам, невысокими холмами сереющим на фоне летнего заката.
– Почти пришли. – Влад толкнул металлическую дверь.
От резкого сладкого запаха у Артура закружилась голова, и, чтобы удержаться, он схватился за дверной косяк. Свыкнувшись с вонью, увидел слизь, покрывавшую стены и пол, а в противоположном конце ангара клубился сизый дым.
И запах, приторный, сладкий. Вдохнешь чуть больше – вывернет наизнанку.
– Что это за место?
– Тут я поклоняюсь Шаб-Ниггурат, великой Темной Матери. Она отзывчива. Она скажет, где Вера. Иди вперед и слушай, а я буду молиться.
– В эту мерзость?
– Это связующее звено между нами и Древними. Постарайся относиться к ним с уважением. Они намного умнее и могущественнее нас. Иди вперед или уходи совсем. Древние не терпят полумер.
Борясь с отвращением, комком застрявшим в горле, Артур шагнул в слизь и утонул по колено. Слизь шевелилась. И она была не вязкой жижей, а сплетением тысяч тонких щупалец, а в центре Артур разглядел огромный рот, утробу с пухлыми губами, которые открывались и закрывались, готовые поглотить, пожрать все, что окажется близко.
Влад монотонным голосом читал непонятные слова, из которых Артур разобрал лишь «Шаб-Ниггурат». И тогда он вспомнил рассказы Веры. Она говорила о сумасшедших, которые приносят кровавые жертвы Древним в надежде, что те наградят их знанием и бессмертием. Вера выключала свет, зажигала огарок, забиралась к Артуру на кровать и вкрадчивым голосом шептала: «Они приходят, когда их совсем не ждешь. Они приходят, чтобы уничтожить тебя, чтобы забрать твой разум, твое дыхание, твое сердце. И ты чувствуешь, как их невидимые щупальца ласкают твои ступни, щекочут бока. Ты ищешь их, но они – невидимки, их невозможно разглядеть. Но они всегда рядом, всегда рыщут по твою душу…»
И бледный огонек освещал исхудалое лицо Веры за респиратором, лицо, похожее на лик чудовища во тьме.
Артур попытался бежать, но слизь не отпускала, засасывала, щипала, облизывала сотней языков. Губы чрева смыкались и размыкались, чавкали как голодные собаки. А Влад все быстрее и быстрее выкрикивал молитву, и глаза его горели черным огнем, и смола сочилась из них.
Артур дернулся, упал. Щупальца тут же оплели руки. Они были как болото: чем больше трепыхаешься, тем сильнее увязаешь.
«Расслабься. Позволь забрать себя», – шептал ласковый голос.
– Влад, пожалуйста! Вытащи меня отсюда!
Одна из щупалец схватила Артура за горло и стала давить как давят спелый виноград. Артур хотел схватиться за щупальцу, разорвать склизкую плоть, но терял сознание и немеющие пальцы хватали лишь воздух.
Голова закружилась, подкатила тошнота.
– Пришли, – из тумана донесся голос Влада.
Голова еще кружилась, но темнота перед глазами расступилась.
Они стояли недалеко от обрыва, где зловонная канава водопадом обрушивалась вниз. Чуть поодаль находились заброшенные эллинги с возвышающимися над ними арками. Раньше к этим аркам крепили дирижабли для ремонта днища, но с тех пор, как появилась новая, более современная площадка, о старых эллингах забыли и они обросли темно-фиолетовыми лозами с набухшими ягодами.
– Идем. Мой товарищ уже, наверное, ждет нас.
«Щупальца. Слизь», – вспомнил Артур.
Влад шел впереди, а Артур, чуть отстав, поднял булыжник, облепленный улитками, и со всей силой ударил жреца по голове. Тот пошатнулся и без сознания шмякнулся оземь.
– Я не позволю скормить себя этой богомерзкой твари.
Артур побежал. И не видел, как ворота эллинга приоткрылись и оттуда выползло продолговатое существо с десятком щупалец. Оно остановилось у тела Влада, пощупало его, а затем разинуло неожиданно большую пасть и поглотило теплое тело.
Утром Артур был как на иголках. Сегодня прилетает долгожданный дирижабль, который унесет его к свободе. Без Веры, ну и пусть. Только бы убраться из этого распроклятого городка.
Артур собрал свои скудные пожитки и отправился на станцию дирижаблей.
По громкоговорителю передавали новости: заявлено о пропаже трех человек, среди которых оказался и Влад.
Артур заерзал: вдруг выйдут на него, и он не сможет уехать? Ну, где же ты, дирижабль?
– Артур, – позвал голос.
«Нет, только не сейчас».
– Артур, вот ты где!
Он поднял взгляд. Вера. Короткие светлые, почти белые, волосы, прозрачная кожа.
– Слава богу, ты пришла. Я уж боялся, что придется без тебя улететь.
– Куда улететь?
– Ты забыла? Мы же сегодня улетаем на дирижабле. Подожди-ка. Где твой респиратор? Ты с ума сошла без него ходить?
В ответ Вера лишь улыбнулась и побежала прочь, босыми ногами отталкиваясь от брусчатки и перелетая через лужи. Закинув рюкзак на спину, Артур помчался за ней, врываясь в лабиринт грязных улиц, стен, облюбованных щупальцами.
Они выбежали на свалку, куда городские власти велели сваливать отслужившие свое механизмы. Вера мелькнула у искореженного мотоцикла и скрылась из виду. Артур полез за ней, оступился и упал. Острая арматура прорезала кожаную куртку и впилась и предплечье.
– Черт! Вера, подожди!
Но Веры уже не было, она испарилась туманом. И казалось, все это было сном.
Артур поднялся, осмотрел рану: несерьезная, просто кожа содрана.
Вернувшись в лабиринт улиц, механик понял, что не помнит, по какой дороге попал сюда. По тому переулку, над которым щупальца образовали арку? Или, может. по улице, посреди которой лежит скелет огромной крысы?