Олег Кожин – Мистериум. Полночь дизельпанка (страница 66)
– Дурная ночь? – телепатически спросил у Артура Мытырыныт, единственный шоггот на фабрике.
Поговаривали, что он был сослан в гнилое местечко за какую-то темную историю, но как Артур ни старался выведать подробности, шоггот ничего не рассказал.
Мытырыныт быстро освоился на фабрике и получил повышение до главного механика, но, несмотря на это, все равно работал в цеху со всеми. Порой Артуру казалось, что шоггот тут скорее, чтобы присматривать за людьми, чем выполнять и перевыполнять план, хотя и работал он продуктивнее остальных.
– Нет, все нормально, – ответил Артур.
Мытырыныт задержал на Артуре взгляд множества глаз, и хотя выражения не разобрать, молодой механик почувствовал недоверие. Что ж, он тоже не верил пришельцу.
Работа не ладилась. Артур все думал о Вере. Они хотели сбежать вместе на одном из дирижаблей, которые останавливаются на ремонт. Конечно, денег на билет нет, к тому же Артур навечно приписан к заводу, пока не отдаст долг государству. Но Вера придумала незаметно прокрасться на дирижабль и спрятаться в каком-нибудь хозяйственном отсеке. Но теперь… Нужный дирижабль остановится тут завтра. Если Вера не найдется, то придется уехать одному. Больно, но не ждать же другого случая?!
– Артур.
Мужчина обернулся на голос, но никого не заметил. Рядом молча и напряженно работали шоггот и другие люди. Не похоже, чтобы кто-то из них говорил. Артуру показалось, что в конце цеха мелькнула невнятная тень, но отходить от конвейера в рабочее время было строго-настрого запрещено и пришлось вернуться к сборке двигателя.
– Артур, – еще раз позвал голос из темноты.
«Потом. Потом», – успокаивал себя механик.
В обеденный перерыв наконец-то можно было снять этот проклятый респиратор. Это не приветствовалось, но и есть с таким громоздким рылом ужасно неудобно. Конечно, существовали и современные респираторы с клапаном у рта, который открывается, стоит поднести ложку, но Артур носил старую модель, поэтому приходилось снимать. И в очередной раз вдыхать отравленный воздух. Есть быстро, рывками, ложка в рот, затем приложить респиратор, пока пережевываешь. Надышаться, конечно, успеешь, и в пятницу идешь к заводской докторше за лекарством от головокружений.
«Ничего, скоро я смогу дышать как обычный человек».
– Артур, – позвал голос.
Обернулся: никого. Только стройные ряды макушек рабочих, поглощающих обед.
– Артур.
Голос шелестел из коридора со стороны раздевалки.
Оставив респиратор на столе, Артур пошел на зов. Раздевалка была такой же безлюдной, какой и должна быть в это время: пустые скамейки и отражающиеся друг в друге одинаковые дверцы шкафчиков.
– Артур, – донеслось из шкафчика.
Он прошелся по рядам. Остановился почти в конце. Голос шел откуда-то отсюда.
– Артур.
Из-за спины.
Обернулся.
В блестящей дверце отражались огромные щупальца, темно-фиолетовые, слизь капала с них продолговатыми каплями, и щупальца все тянулись и тянулись к Артуру. Он почувствовал, как пот струится по хребту, как лодыжку обхватывает холодное, как, чмокая, впивается в ногу. Опустить взгляд – никого. Только кто-то дышит в спину.
Артур отпрянул от шкафчика и, сглотнув, повернулся. Но – никого. Только шкафчик с отражением щупалец теперь за спиной.
Руки скованы, грудь – сдавило. Воздух!
Воздуха не хватает!
Во рту неожиданно привкус крови. И из тьмы вырываются щупальца, ласковые, как безумие, и из невидимого чрева изрыгается кровь, застилая глаза, заливаясь в уши.
Артура окатывают водой. Кто-то хватает его за руку, резко задирает рукав и колет иглой, давит на шприц. Лекарственная жидкость смешивается с кровью и вместе с ней бежит к мозгу. Артура берут за волосы, поднимают голову, мокрой тряпкой протирают рот от блевоты и надевают респиратор.
– Спятил, да? – Это Рикки, старый рабочий, всю жизнь посвятил распроклятому заводу, а тот в награду иссушил его и превратил в сморчок.
– Спасибо.
– Иди в медпункт. Проверься.
В медпункт идти не хотелось. В прошлый раз его уложили в исследовательскую капсулу, подключили несколько проводов и мелких щупалец, которые сосканировали его данные; очень неприятное ощущение, будто легонько током бьет. Докторша сказала, что все хорошо за исключением небольшой расшатанности нервной системы, и прописала лекарства. Таблетки Артур, конечно же, не пил: Вера не велела, – а Вера умная и знает, что говорит. Наверняка эти таблетки – споры какого-нибудь древнего существа, жаждущего вселиться в человеческое тело. Вера боялась и ненавидела Древних. Она обвешивала карнизы связками чеснока и полыни, рисовала под ковриками символы и на ночь горячо молилась, шепотом убаюкивая Артура.
Голова немного кружилась, подташнивало. Волей-неволей Артуру пришлось идти в медпункт и выпрашивать освобождение на неделю. Узнав, что случилось, врач лишь покачала головой.
– Ты хорошо спишь?
– Нет.
– Так я и думала. Мне сказали, что ты вел себя так, будто видел то, чего нет. Это правда?
Артур пожал плечами.
– И по ночам тоже кошмары мучают?
– Не знаю.
Докторша нахмурилась, но выдала несколько пузырьков с лекарствами.
– И еще я бы посоветовала тебе записаться на прием к мверзям. Тебе надо зайти к доктору Вюллеку. Синяя улица, дом пять. Он знает, что делать.
– Я подумаю.
Сев в трамвай, Артур покатил к своему любимому месту в городе, единственному, которое ему нравилось.
Площадка дирижаблей располагалась на выступе, построенном из бетона, железа и иноземного материала, и как острый нож выдавалась вперед в сторону севера. Сюда прибывали пассажирские суда, рядом находился ремонтный док и грузовая палуба, куда захаживали длинные воздушные гусеницы, грузили разработанные на заводе детали, там же останавливались на отдых и военные корабли, но редко. Последний военный корабль показывался тут года два назад. Солдаты летели патрулировать границу и в промышленном городке задержались ровно настолько, сколько требуется для замены деталей летательного аппарата.
Но площадка дирижаблей нравилась Артуру по другой причине: если подойти к оградительной балюстраде и прижаться к сетке, то можно увидеть проплывающие внизу грязно-желтые облака, а в погожие дни и лежащую внизу землю. Обычную землю.
Снизу к парящему городу тянулась щупальца-трос, отросток ужасного монстра, притаившегося глубоко в земле. А город был бородавкой на щупальце. Артур с ужасом ждал того дня, когда чудовищу надоест питать город и он его уничтожит. Кошмары не бывают милыми и добрыми самаритянами, которые заботятся о беженцах.
– Ну конечно! – вдруг осенило Артура. – Одно из этих чудовищ и забрало Веру.
Но как ее спасти? Как проникнуть в сознание зла и узнать, где оно держит принцессу?
Во всем городишке был лишь один человек, который не чурался неизвестного, не боялся заглядывать бездне в глаза. Звали этого человека Влад. Человек с горящими глазами, называющий себя пророком, единственной ниточкой между земным и непознанным.
Дом Влада находился недалеко от центральной площади, как раз под носом у главы городской управы. Но тот был либо слеп и не замечал странных увлечений соседа, либо же сам пособничал кошмарам.
Артур постучал в дверь и стал ждать.
Влад или его предки, наверное, были важным птицами, потому что обитал жрец не в маленьком чуланчике, как Артур, а в полноценном доме с кирпичными стенами, водостоком, покатой крышей, флюгером и грубыми чугунными решетками на окошках подвала, откуда, разинув пасть, смотрит нечто склизкое, похожее на огромный комок мокрой шерсти.
Тысяча глаз вперилась в Артура: большие черные зрачки, глазки, увязающие в слизи, обвитая болотной тиной лапа, которая тянется и тянется…
– Кто там?
От пронзительно-скрипучего голоса Артур вздрогнул.
– Меня зовут Артур, я работаю на заводе. Мы с вами не знакомы, но я бы хотел посоветоваться.
– О чем это?
– Это касается той области, в которой вы эксперт.
Артур взглянул вниз, но из подвала уже ничто не высовывалось.
– Подожди.
Шестеренки на двери завертелись, заскрежетал замок, и дверь открылась.
– Заходи.
В берлоге Влада царил полумрак, у плинтусов – полусгоревшие свечи, закапавшие воском весь пол. У потолка точно паутина. Капля слизи упала Артуру на нос, и он решил больше не смотреть наверх, опасаясь встретить живое, дышащее порождение тьмы.
– Идем.
Влад проводил гостя в гостиную. Тут было чуть светлее, и Артур рассмотрел хозяина дома: тронутые сединой всклоченные волосы, безумные ярко-синие глаза, точно ненастоящие, и шрам от операции под подбородком. Артур слышал, что иногда рождаются дети, люди, с щупальцами под подбородком, но простое волшебство хирурга способно все исправить. Артуру еще не доводилось видеть таких существ.