Олег Кондратьев – Удар невидимки (страница 35)
Она тут же протянула рацию Анатолию.
– Визирь! Визирь! Отвечайте! Вызывает Альхамир.
– Рад слышать вас, мистер Смит, – произнес Толя, отчего трубка на время замолчала. – Очень сожалею, что не пришлось попрощаться лично: катастрофически не хватает времени. Но не теряю надежды, что мне или моему другу еще выпадет счастье увидеться с вами в более непринужденной обстановке.
После небольшой задержки из мембраны раздался ровный голос с заметным английским акцентом:
– Вы и ваш друг очень талантливые… журналисты. Я вас недооценил. Это непростительный промах с моей стороны. Уж вас-то, Анатоль, мне стоило хорошо запомнить еще с Олимпиады. – При этих словах Толя вздрогнул. – Вы удивлены? За эти долгие годы я очень сильно изменился внешне, и совсем не похожу на того юного Смита из сборной Великобритании, с которым вам пришлось в перестрелке решать судьбу золотых медалей. Тогда Фортуна оказалась на моей стороне. Как видно, сейчас она решила извиниться перед вами и подарила шанс. Поверьте, мне совсем не хотелось бы отпускать вас именно теперь, но другие дела… А может, мне все-таки стоит подняться наверх?
– Разве что во главе похоронной команды здесь для нее найдется много работы. А вот мы вряд ли вас дождемся. Знаете, другие дела… Да, я не узнал вас в теперешней ипостаси, зато характер, привычки, натуру запомнил на всю жизнь!
Оборвав связь, Анатолий отшвырнул рацию и скомандовал:
– Быстро сбрасывайте с рельсов эту ручную тачку и выкатывайте на основной путь автодрезину. Уйти вовремя – это тоже великое военное искусство. А уж если имеешь дело со Смитом, просто насущная необходимость. Это, – он кивнул в сторону мертвого Василия-Визиря, – не последний его козырь. Очень сильный козырь, но слишком поспешно и неумело извлеченный из рукава. Это нас и спасло…
– Ни хрена! Нас спас Севка.
– О, работничек ножа и топора наконец-то облачился в мужской костюм.
Тут вмешалась Гюльчатай, закончив делать инъекцию:
– Знаешь, Толя, – она внимательно оглядела подошедшего Вадима, – раньше я была не права: тощие, кривые и волосатые ноги все-таки очень украшали этого самца…
Вадим шутливо замахнулся на нее кулаком:
– Выпорю!
– Только обещаешь!
В перепалку пришлось вмешаться Анатолию:
– Ребята, у этого человека, – все без уточнений поняли, кого он имел в виду, – дьявольски коварный, извращенный ум. Если мы еще тут задержимся, новых сюрпризов от мистера Смита будет не избежать. И уж теперь они станут во сто крат опаснее. За работу!
Вадим, Галя и Сева ловко и быстро выкатили автодрезину на основной путь, уложили потерявшего много крови Анатолия на мягкие скамейки внутри кабины и, приготовив на всякий случай оружие, выехали из пещеры-ангара.
Глава 13
До «дома» они добрались быстро и без происшествий. Гюльчатай еще раз, уже в спокойной обстановке, осмотрела и обследовала рану Анатолия. Края обоих отверстий – входного и выходного – были чистыми и невоспаленными. Это замечательно сработала почти моментально проведенная «в полевых условиях» дезинфекция и своевременно наложенная повязка. Даже кровь уже практически перестала сочиться, свернувшись и образовав надежный тромб. Для верности Галя еще обработала рану антисептиком, крепко перебинтовала, и закрепила руку на груди с помощью повязки-косынки, перекинутой через шею, а сделанная ею повторная инъекция обезболивающего препарата окончательно вернула Анатолию хорошее настроение и почти полную работоспособность.
Однако сама Галина все больше хмурилась и покусывала свои нежные пухлые губы.
– Эй-эй, доктор, нельзя делать такое озабоченное лицо в присутствии пациента! – Здоровой рукой Толя попытался разгладить появившиеся морщинки над переносицей девушки. – Это может отрицательно сказаться на его самочувствии…
– Да как же! На твоем самочувствии отрицательно сказывается только недостаток жратвы и длительное отсутствие практических упражнений в стрельбе из короткоствольного оружия! – Вадим, расположившись в кресле, внимательно и даже удивленно разглядывал свои штаны. – Скажите, пожалуйста, они же на мне лучше собственных сидят, удобно и… комфортно. Не поверите, но я ощущаю в них какую-то особенную ауру, что ли…
Тут даже Гюльчатай не смогла удержаться от улыбки:
– Бедненький мой! Аура – это больше к голове относится, а штаны, они вовсе на другое место натянуты, хотя…
– Стоп! Молчать!! Ты, Галка, договоришься у меня! Убью на фиг! Теперь Толик вполне сможет обойтись без сестры-сиделки, а мы все только отдохнем, наконец, в нормальном мужском обществе.
– Да я-то, конечно, обойдусь без сиделки. Только вот всем нам никак не обойтись без единственного участника нашего боевого коллектива, который относительно спокойно может теперь показаться на улице, – Анатолий не принял шутливого тона разговора и был озабочен никак не меньше Гюльчатай.
Та согласно покивала головой и добавила:
– Положение у нас, ребята, хуже некуда.
– Вот еще! Руки-ноги целы… Пардон! Что-то я зарапортовался. Наверно, чертово докторское зелье не до конца выветрилось. Поймаю паскуду – засажу все ампулы ему в ж…живот! Руки-то наши как раз и…того-с, не совсем как бы и целы: у Тольки, вон, к шее пристегнута, а моя еще со времен «Обнинского радиоактивного похода» не совсем нормальна.
– Это как это, а? Я сколько времени с вами и ничего не заметил. – Сева со своего стула удивленно переводил взгляд с Анатолия на Вадима, потом на Галю. – Это шутка такая, да?
Лицо Вадима просто засветилось от удовольствия и возможности подробно и красочно описать столь дорогие его сердцу события, но опередил его Анатолий:
– Вадик, честное слово, я вовсе не хочу лишать тебя такого бенефиса, но не время сейчас, – и, обращаясь уже к Всеволоду, коротко объяснил. – После сложного ранения руки Вадиму сделали множество пересадок сухожилий, мышц, даже встроили какие-то фантастические импланты, и теперь его рука по подвижности не уступает обычной человеческой, а по силе даже превосходит ее. Так что, Вадик, это твое преимущество вполне компенсирует мою временную нетрудоспособность. Тем более ты знаешь, что я абсолютно одинаково владею обеими руками.
Вадим все-таки надулся, больше для порядка, но проворчал:
– Нам не только стрельба понадобится, а если поднять-поднести чего или лазать где…
Толя лишь сокрушенно отвел в сторону здоровую руку.
– Ладно, мальчики, теперь поговорим серьезно. Прежде всего нам необходимо выбраться из города. – Вадим пренебрежительно хмыкнул. – Во-первых, это будет вовсе не так просто, как некоторые думают. А во-вторых, решение этой первой проблемы само по себе ну никак не приближает нас к успешному завершению всего задания. Командир недавно сказал мне, что мы не можем вступать в открытое противоборство с силовыми структурами целого государства. К тому же на его территории. Они раздавят нас. Но, похоже, нам не оставляют выбора. Мы обязаны прорваться. Любой ценой. Не считая противника, не беспокоясь о всякой там политкорректности и возможности межгосударственных осложнений…
– Тю-тю-тю, да в тебе, оказывается, прятался горячий революционный трибун. Прямо Жанна дʼАрк и Роза Люксембург в одном флаконе.
Девушка неожиданно смутилась и замолчала. Вадим тоже сразу понял глупость своей издевки и притих. Сглаживая возникшую неловкость, Сева негромко и спокойно поинтересовался:
– Как ты, Галя, правильно сказала, выбраться из города – это необходимое, но вовсе не достаточное условие. А что же дальше? Ведь нам практически ничего не известно…
– Вот тут ты как раз и ошибаешься! – Анатолий поудобнее откинулся на валик дивана, подложив под раненое плечо небольшую подушечку-«думку», – добавляйте, если я что-нибудь пропущу или не так интерпретирую…
– Да уж, и постарайся «инпетритировать» дальше простыми и понятными русскими словами.
Толя лишь серьезно кивнул на ехидное замечание Вадима:
– Нам известно, что должно произойти, – теракт. Известна цель – американский авианосец «Ройял Стар». Даже способ известен – торпедная атака с подводной лодки. Мало того, мы знаем, что среди исполнителей этого теракта находятся Талеев и Редин. Это все вам никакие соображения не навевает?
– Да ни командир, ни Серега никогда не допустят подобного скотства! Уж они-то найдут возможность помешать ублюдкам.
– А если им не оставили для этого ни единого шанса, а?
– Ну, для этого их надо было непременно убить, расчленить на сотню кусочков и закопать в разных местах земного шара на глубине с километр!
– Красиво! Но, зная мистера Смита чуть лучше остальных, могу сказать, что он непременно уже давно сделал бы это, не колеблясь, если бы не придумал другой, наверняка безобразно-коварный план, во все нюансы которого не посчитал почему-то нужным нас посвятить.
– Да, кстати, мальчики, вы же какое-то время провели у него «в гостях». Вам, случаем, никто ничего не рассказывал, не намекал?
– Знаешь, красавица Востока, нас почему-то все больше спрашивали! Притом с особым пристрастием, черт побери! – Вадим всерьез раскипятился, но быстро обмяк под многозначительным взглядом друга.
– Да нет, Галчонок, пребывание «в гостях» не принесло в этом плане никакой пользы. Но не так уж и трудно самостоятельно домыслить некоторые детали. Вот, смотрите.
Анатолий развернул рядом с собой на диване любимый командирский атлас. Сева подошел со стороны окна и встал рядом с сидящей у ног раненого Галиной, а Вадим «подъехал» прямо с креслом.