Олег Кондратьев – Удар невидимки (страница 37)
– Да вот как раз поэтому-то все и происходит!
– Возможно-возможно… Что же тогда такое вы тут отчебучили? Сожгли на площади портрет Президента? Или плевались в сторону мечети, когда с нее вопил муэдзин? А может, изнасиловали весь гарем местного олигарха или самого градоначальника?!
– Ну… не такие уж мы гиганты…
– Ничего-ничего, Вадимчик, не стесняйся. Раз уж есть, чем похвастаться, не обращай на меня никакого внимания. Бедная, неопытная девушка стремительно краснеет и стыдливо прикрывает свои пунцовые ушки…
– Вот и прикрой свои «локаторы»! И помолчи, женщина, когда джигиты беседуют!
– Слушаю и повинуюсь, мой повелитель! Только вот последний джигит ускакал куда-то в море, а бедную девушку оставил надзирать за своими тупыми и ленивыми соратниками. О-о-о, Аллах!
– Веселитесь? Эт-т-то хорошо. Коллективное помешательство, да? А я-то все никак не мог себе объяснить тот странный набор предметов, которые вы попросили доставить. Дикость какая-то! Инвалидная коляска, плотные паранджи, какая-то униформа Армии спасения, грим, парики… На сцену собрались? В национальный театр? Так вы ж ни бельмеса по фарси не смыслите, за исключением дамы. А для уличных факиров слишком жирноваты. Тьфу ты, черт побери, это я уже начинаю вашими интонациями разговаривать! Неужели здесь все так заразно?
– Да нет, конечно, уважаемый Юрий! Ребятки волнуются, напряжение снимают…
– Э-э-э-х! В моей юности напряжение снимали другими способами…
– Ну-ка, ну-ка, поделитесь опытом, любезный! Только начинайте сразу не с водки, а с женщин, пожалуйста. – Вадим всем телом изобразил необычайную заинтересованность.
– Все. Повеселились и будет! – Анатолий тоже повернулся к присевшему на стул Юрию. – Вас тоже в пути останавливали, проверяли? Не обратили внимания на какую-нибудь излишнюю заинтересованность, на необычные детали?
– Ну, тут, как говорится, «не было бы счастья, да…» Это я к тому, что мой приезд в Джаск абсолютно официален, замотивирован – лучше некуда. Самое крупное российское представительство в этом городе «Роспосэл» буквально затерроризировало наше консульство откровенными сигналами бедствия и просьбами о немедленной помощи. Конечно же, их можно понять: в течение буквально считаных дней погибает в автокатастрофе директор фирмы и пропадает его заместитель, или технический директор. Совершенно бесследно, средь бела дня. Оба – русские! Конечно, весь персонал в панике. Люди боятся за свои жизни. Практически не знают, что им делать, как работать. Пока дождешься реакции Москвы, как это говорят: рак засвистит? Вот наш Консул и направил меня, вероятно, как самого опытного и еще старшего юриста, чтобы со всем разобраться на месте, успокоить людей, утрясти, если надо, всякие недоразумения с властями и полицией… Вот такое несчастье, которое нам помогло.
Тут гость заметил, как Анатолий переглянулся с Гюльчатай:
– Та-а-а-а-к, соратники. Подозреваю, что знаете вы гораздо больше, чем незаинтересованные сторонние наблюдатели. Или даже приложили к событиям свои умелые ручки? Все-все, умолкаю!
Толя удовлетворенно кивнул и поинтересовался:
– Вы все сумели доставить, что я просил?
– Безусловно. Что бы ни случилось, я же помню «красный штрих». Вот только на документы – не обессудьте. Слишком мало времени было. Хотя бланки удостоверений подлинные…
– Ничего-ничего, Юра, мы уж тут все сами до ума доведем, – деятельная натура Вадима просто требовала немедленной загруженности работой.
– Юрий, мы с вами по телефону начали обсуждать одну очень занимательную тему, да вот, опять же, не хватило времени. А нам были бы очень интересны и полезны ваши оценки внутриполитического положения, так сказать, подковерная борьба в высших эшелонах власти, некоторые закулисные интриги.
– Я понял-понял. Просто, вам же нужны, скорее, практические выводы из всего перечисленного, а чтобы их сформулировать, мне, безусловно, понадобилось время. Благо в пути такая возможность представилась. Так что теперь я, пожалуй, смогу удовлетворить ваше любопытство. Но, конечно, не стоит принимать мои обобщения как некую истину в последней инстанции, – гость очередной раз прошелся платком по лбу и шее и спрятал его в карман брюк.
– Восток – это, вообще, отдельная малоизученная Вселенная… – судя по такому началу, всей Команде предстояло выслушать как минимум трехчасовую лекцию об особенностях развития всей восточной цивилизации с незапамятных времен. Однако сам Юрий мгновенно уловил только еще зарождающееся на лицах слушателей выражение вежливой заинтересованности, призванное не столько скрыть, сколько продемонстрировать «докладчику» откровенную скуку и настойчивое желание максимально сократить «процесс познания». Он понимающе хмыкнул и совершенно другим тоном продолжил: – …вы не пояснили мне конкретной направленности своих «внутриполитических изысканий», но нетрудно догадаться, что у вас есть насущная необходимость, говоря по-русски, смыться. Но не просто сбежать или спрятаться, а двигаться… м-м-м… в определенном направлении. Нет-нет, это не вопрос, – Юрий заметил, что девушка порывается что-то сказать, – это логический вывод, причем безо всякой личной заинтересованности. Кстати, мое путешествие к вам весьма обогатило предлагаемые ниже выводы.
Так вот, вы, дорогие мои, ощутимо «прищемили хвост» кому-то из сильных мира сего. Вычислить это не так трудно: к обычным крупным деятелям в сфере государственной политики и экономики, как водится в Европе, здесь обязательно надо добавить религиозных лидеров и высшее руководство силовых структур. Как я понял, первые вас не интересуют, а вот из вторых…
Знаете, Иран вовсе уж не такое военно-полицейское государство, как, например, соседний Пакистан. У нас, наоборот, особенно последнее время, считается модным подчеркивать свою близость к Европе, стремление к идеалам демократии, свободы и другим ценностям цивилизованного общества. Но, Восток…
– …дело тонкое! – хором откликнулись Вадим и Сева.
– …есть Восток, – договорил Юрий. – Армия, полиция, спецслужбы – это наиболее влиятельные силы общества. Недаром же, например, иранская разведка считается одной из лучших в мире.
Теперь о том, что я видел сам и что додумал. Налицо заметная концентрация полицейских сил по мере продвижения с севера на юг страны. Здесь, в Джаске, она просто зашкаливает. Что это значит? Ну, во-первых, что «обидели» вы какого-то силовика, способного так быстро мобилизовать на ваши поиски и поимку огромные полицейские и спецсилы. Во-вторых, произошло это, конечно, здесь, на юге, предположительно в самом Джаске. В-третьих, ваше продвижение на север считается маловероятным, там вас почти не ждут.
А еще есть нюансы…
– Господи, к этому всему еще и нюансы?!
– Нюанс такой, что людей с европейской внешностью и без знания языка в стране вообще-то не так много. Поэтому, сказать, что любые ваши перемещения трудно осуществимы, было бы неправдой: они невозможны. Даже, думаю, что при том маскараде, который я вам обеспечил, сколь-нибудь длительные передвижения обречены на провал.
– А если, как в том анекдоте: блызэнько и нызэнько, а?
– Ну… – Юрий только развел в стороны руки, а потом обратился к Анатолию и Гале, – позвольте, я предложу некоторые свои рекомендации?
– Конечно же, Юрий, – мгновенно отреагировала девушка, а Толя сделал приглашающий жест рукой.
– Кажется, я как-то уже говорил вам, что при всей мощи и влиятельности силовые структуры весьма… м-м-м… обособленны. Они не представляют единый организм, каждое ведомство считает себя главным и борется за единоличное господство. Распри, склоки, подкуп, предательство – полный букет восточной изощренности…
– Ну, и… – нетерпеливо перебил Вадим, опасаясь возможности возврата к лекционному многословию.
– Вероятно, на этом можно как-то сыграть, использовать в своих интересах…
– Так-так-так, – заинтересовался Толя, – в этом есть какое-то рациональное зерно, точно. Юра, а каких бы ты выделил особенно непримиримых соперников?
– Понимаю, что вас интересует. Если, с одной стороны, взять разведку, ну, или контрразведку, то самые заклятые ее соратники – это, бесспорно, таможенная служба. Да вообще, таможенники держатся в этой стране очень обособленно, как бы одни против всех.
– Неужели удается?
– Ну, не сказать, что они побеждают. Но уж не проигрывают – это точно. У них есть один очень весомый аргумент, этакая «охранная грамота», обеспечивающая не только неприкосновенность и расположение со стороны официального руководства страны, но и прямую заинтересованность последних в успешной работе этого ведомства. Догадываетесь, что за аргумент?
– Конечно, деньги! – молниеносно среагировала Галя.
– Очень умная девочка! Взнос таможни в бюджет государства, даже по официальным данным, превышает доходы от большинства других отраслей хозяйства. Ну, а по не официальным… Из этой кормушки «живут» большинство высших чиновников и даже религиозных деятелей. Так что воевать с ними – себе дороже выйдет. И поэтому туда, где они правят бал, стараются не соваться ни полиция, ни спецвойска, ни даже разведка.
– А это – вокзалы, аэро– и морские порты, все перевалочные пункты железных дорог и еще, еще, еще…
На каждое новое определение Гюльчатай следовал согласный кивок удивительно круглой массивной головы Юрия, а потом он продолжил: