Олег Кондратьев – Тайный груз (страница 49)

– Внимание! – Талеев встал со стульчика. – Все слышали, что в доме Азер. Сергей его, конечно, узнал по фотографии и будет настороже. Возможно, что бандит присутствует лишь на случай каких-нибудь осложнений в переговорах. Но мне лично в это мало верится: Азер сам – уже серьезное осложнение. Поэтому приказываю разобрать оружие и быть готовыми к немедленному штурму дома.

В это время из динамиков раздался звук, очень похожий на стук в дверь.

…– Да-да, войдите, не заперто, – Вирский взглянул на Азера: тот сидел с каменным выражением лица, – странно, я никого больше не приглашал.

В комнату шагнул мужчина в элегантном костюме явно иностранного производства, за ним еще двое, высокие, крепкие, в темных пиджаках с галстуками. Мужчина огляделся и остановил взгляд на хозяине:

– В вашем офисе мне сказали, что вы принимаете дома высокого российского гостя.

– Простите, не имею чести…

– Ах да. Я помощник норвежского губернатора острова. Моя фамилия Ларсен. Это мои переводчик и телохранитель. – Он усмехнулся. – Протокол, знаете ли. Пусть вас не смущает мой русский язык: моя бабушка была одной из первых советских поселенок Шпицбергена.

– Прошу вас, господин Ларсен, присаживайтесь.

Вирский пододвинул неожиданному гостю стул, продолжая оставаться в полной растерянности: он абсолютно не помнил этого человека в свите норвежского губернатора. Случайно его взгляд упал на руки вошедшего. Господи! Тонкие пальцы небрежно постукивали по небольшому плоскому черному ящичку-рации, точная копия которого покоилась в секретном сейфе самого Вирского! «Это Он!»…

В припаркованном микроавтобусе журналист приложил палец к губам, но все присутствующие и так обратились в слух. Негромкий голос слегка в нос, еле уловимый акцент, «книжное» построение фраз… Неужели?!

Но как столько людей могли незаметно попасть в дом? Талеев взглянул на Вадима, и тот озадаченно пожал плечами.

… Когда Вирский начал говорить, его голос против воли подрагивал:

– Эт-т-то большая честь для нас. П-п-почему же вы без п-предупреждения, господин Ларсен?

– Не всегда получается действовать в разумных интересах. Имеет место… – помощник губернатора щелкнул пальцами, – …форс-мажор, йес? Вот господин Редин тоже прибыл без предупреждения.

Мужчина в упор посмотрел на Сергея светлыми «рыбьими» глазами. Редин спокойно произнес:

– Причина и цель моего визита касаются внутренних производственных взаимоотношений на объектах Российской Федерации. Поэтому и мне странно видеть вас здесь, господин Ларсен.

– Ошибаетесь! Комплексной поисково-разведывательной экспедиции, – Ларсен склонил голову в сторону Вирского, – мы разрешили производство определенных мероприятий на всей норвежской территории, каковой является Шпицберген. Потому что имеем свой… бизнес, йес, согласованный с представителями российских властей еще в Москве, а ваш приезд можно квалифицировать как недопустимое вмешательство в интересы норвежской стороны. Сомневаюсь, что правительство России отважилось бы на такой шаг.

Сергей равнодушно пожал плечами, не желая вступать в полемику.

– А вот ФСБ отважилась! – Голос Ларсена внезапно сорвался на крик. – С каким заданием вас сюда прислали?

Редин обратился к хозяину дома:

– Что это за спектакль, господин Вирский? Мне казалось, мы понимаем друг друга. – Он встал со стула, но был тут же остановлен двумя попутчиками Ларсена и силой усажен обратно. После этого оба дюжих молодца встали по сторонам стула и положили свои тяжелые ладони на плечи Сергея.

– Так-то лучше, Редин. Кстати, в названии моей должности есть еще одно слово: помощник губернатора ПО БЕЗОПАСНОСТИ. И о вашем появлении здесь нам стало известно еще до того, как вы сошли с трапа самолета.

«Кто же ты такой, черт побери? Последней фразой ты выдал свою полную информированность о том, что мы стремились „втюхать“ Вирскому. Значит, эти знания пришли к тебе от него. Но он-то тебя не знает, это видно! А если он талантливо притворяется? Непохоже. Как можно передать данные человеку, никогда не видя и не зная его? По заранее условленному номеру телефона. Но тогда ты, уважаемый, и есть Саллах! А ведь похож, как это я сразу не обратил внимания? Наверно, сбили с толку светский лоск и элегантный европейский костюм».

Мозг Сергея работал с поразительной скоростью, точностью и хладнокровием.

«Ларсен» продолжал:

– Я предлагаю вам добровольно рассказать о связях с группой Талеева-Усольцева. Какие инструкции вы должны им передать? Какие действия… э… планируются? На данном этапе для вас лично еще возможен вполне приемлемый выход из сложившейся ситуации. Все зависит только от вашей откровенности.

– Вы будете отвечать за свое беззаконие на международном уровне! – крикнул Редин.

– Обыщите его! – По этой команде молодцы быстро и профессионально произвели обыск: были не только вывернуты и прощупаны карманы, но и расстегнуты рубашка и брюки, опытные руки пробежали вдоль всего тела. Кроме обычных мелочей ничего не было. Тогда один из крепышей неожиданно и сильно ударил Сергея кулаком в живот. Тот, согнувшись от боли, едва удержался на стуле, но тут же был сброшен на пол ударом в затылок. Потом его подняли, кое-как бросили на стул и ловко связали за спинкой руки его же брючным ремнем.

– На этом мои добрые советы заканчиваются, а вопросы я уже задал.

Господин «Ларсен» прикрыл глаза, и тут же удары посыпались на Редина со всех сторон. Было ощущение, что он попал в бетономешалку вместе с несколькими десятками крупных булыжников.

Момент потери сознания Сергей не уловил, но очнулся от едкого запаха нашатыря, проникшего в самый мозг. Он закашлялся и с трудом открыл глаза.

– Весьма и весьма прискорбно. Ведь сотрудники вашей службы хорошо осведомлены, что мы не остановимся на этой легкой демонстрации. У нас разнообразный арсенал. Далее последуют более изощренные методы допроса. Но сначала…

«Ларсен» протянул руку, и неожиданно выросший у него за спиной Азер вложил в нее пистолет с глушителем. Длинным стволом террорист надавил на подбородок Редина, заставив его голову повернуться влево.

– Смотрите внимательно!

Последовал резкий поворот кисти и раздался негромкий хлопок выстрела. Стоящий в трех шагах Вирский удивленно опустил голову и посмотрел на расплывающееся на его левой стороне груди красное пятно. Потом поднял глаза, раскрыл рот в желании что-то произнести, но вместо этого только протяжно выдохнул воздух, опустил плечи и мертвым свалился на пол.

«Ларсен» тут же вернул оружие Азеру:

– Именно так поступает ФСБ с врагами своей Родины в любой точке планеты. И ОГПУ, и НКВД, и КГБ тоже. Лично я считаю это абсолютно правильным. Враг должен умереть! Будь это Троцкий в Южной Америке, Бандера в Европе или вот – Вирский на Шпицбергене. Такой ничтожный человечишка, а попал в столь представительную компанию! Вы, Редин, безусловно все поняли: специально присланный из Москвы убийца-чекист ликвидирует скрывающегося от российского правосудия преступника, а заодно не допускает нежелательного перехода в частные руки государственной собственности России. Затем он сам погибает в кровавой схватке с его телохранителем. – Он кивнул на Азера. – Или лучше за своего шефа вступится начальник транспортного отдела, случайно оказавшийся поблизости? Пожалуй, так. А сам «незаметный герой» погибнет в неравной схватке. Как живописно! А главное, все умерли. Вот только лично вам, Редин, еще предстоит мучительно дожить до своей долгожданной кончины. Это будет весьма болезненно и непросто. Я напоминаю вам свои вопросы…

Первые секунды, когда пропал звук из динамиков, в салоне микроавтобуса царило смятение. Галя начала стучать по ним пальцами, а потом и кулаком, Вадим чертыхался, и даже спокойный Анатолий подошел к девушке и несколько раз нервно пощелкал тумблерами. Остановил надвигающуюся панику Талеев:

– Отставить! – Все замерли. – Микрофон поврежден во время избиения. Начинаем штурм. Редин должен быть жив! Вперед!

Машина опустела моментально. Коррективы в действия Гера вносил уже на ходу:

– Толя и Вадим, «гости» наверняка позаботились о тылах, поэтому обойдите дом сзади, отсеките охрану на улице и в машине. Уничтожить всех. Потом ты, Вадим, по крыше веранды проникнешь на второй этаж – там обязательно кто-то есть – и спустишься в холл по винтовой лестнице. Толя, через французское окно гостиной подстрахуешь наши действия в доме. Внутрь не заходить. Блокировать возможный отход бандитов. Действуете каждый своим любимым оружием. Никаких гранат не применять! Мы с Алексеевой проникаем в дом через парадный вход. Я – номер первый! В кабинете, Галчонок, твоя левая половина. Всем: при первой возможности выводить из-под огня Редина. Приступаем!

Группа разделилась и двумя темными пригнувшимися к земле парами начала охватывать особняк в клещи.

На открытие входного замка Гера потратил 11 секунд. В прихожей никого не было, однако на неожиданный скрип приоткрывающейся двери из коридора выглянул охранник с автоматом. Талеев распластался на полу, а из-за его спины с негромким низким гудением вылетела короткая и толстая арбалетная стрела, вонзившаяся точно в кадык террориста. Гера прыгнул вперед и успел подхватить выпадающий из мертвых рук автомат. Тихо!

Одна створка двери в кабинет была распахнута, и оттуда доносились протяжные, мучительные стоны. Талеев сжал зубы и осторожно начал продвигаться вперед. У самой двери он оглянулся влево, на винтовую лестницу, ведущую на второй этаж. Никого. Но чуткое ухо уловило постороннее шуршание, а потом тихий хрип и даже утробное бульканье. Тут же все стихло, а с верхних ступенек закапал тонкий ручеек крови. «Плюс два».