Олег Кондратьев – Не гневи морского бога (страница 20)
В кают-компании повисла продолжительная тишина, которую, пренебрегая субординацией, опять нарушил Серов:
– Я, конечно, благодарю за теплые слова в мой адрес, но обучить за месяц… обезьяну…
Замполит неожиданно вспыхнул снова, привскочив из своего кресла:
– А ты был не обезьяна?! Ты ж руками за талевый гак боялся взяться! Так что учи, Володька! И Жилина задействуй по полной программе. Как играющего тренера, ха-ха!
– Теперь молчим. Все! – Капитан 3-го ранга Ильвес выпрямился и одернул полы рабочей куртки. – Мой приказ: начальник мастерской Серов начинает регулярные занятия с Вилковым и Ковальчуком. Лично, в зоне! Старший лейтенант Жилин все оставшееся время посвящает практической отработке этих офицеров и их смен на, так сказать, будущем рабочем месте. Никаких перерывов! Расслабляться ночью, в тишине, под одеялом, – сообразив, что его слова можно воспринять двусмысленно, командир ПМ исправился, – я имею в виду шилом! Доктор и новый химик будут работать под моим личным присмотром. Ну и внешнее обеспечение я беру на себя. – Антон Иванович, вздохнув, вновь присел на край стола. – А уж вы, ребята, не подкачайте.
В такт каждому его слову замполит кивал головой. Было непонятно только, соглашается ли он со словами командира или просто засыпает под «сладкую музыку» прямолинейных команд и глубоко понятных распоряжений.
– Да еще вот о чем, насущном. Это главным образом относится к вновь назначенным офицерам. Уж больно бурным получилось наше знакомство. – Командир хмыкнул и развел руками. – Пара слов о бытовухе. С вами, Вадим Петрович, мы уже переговорили; проблем вроде не обнаружилось. О тебе, лейтенант: нет худа без добра. Я знаю, что ты женат. Значит, семейный, с ожидаемым прибавлением. А за нашей частью числится теперь освободившаяся двухкомнатная квартира. Да-да, именно от Туза оставшаяся. Так вот, можешь её занимать. Там ремонт кое-какой необходим, но это уже мелочи. Поможем материалами и рабочими руками. Даю на это… двое суток. Жилин тебе всё обеспечит, он известный умелец у нас в этом деле. Значит, всех вас с Ковальчуком отпускаю до четверга. Официально: решать вопросы личного благоустройства. – Ильвес чуть заметно усмехнулся. – А Ковальчук вам понадобится, чтобы решение этих вопросов не вылилось в безнадежные попытки ликвидировать все запасы спиртного в магазинах Гаджиево и Полярного вместо плодотворных работ по ремонту выделенного жилья. Товарищи офицеры, все свободны.
Сказать, что Денис был ошарашен, значит, ничуть не передать всю гамму необычных ощущений, которые он только что получил, но еще не вполне осознал. На подводной лодке, где только что служил Вилков, общие собрания протекали по издавна установленному сценарию: максимальный консерватизм и всеподавляющий гнет Уставов. Здесь же…
Командир части говорил «Мужики»! Замполит вместо согласованной на всех этапах линии Партии и Правительства проводил линию… как бы это поприличнее сказать… нормального подхода офицера к проблемам корабля, называя при этом Ильвеса Антошкой! В технических деталях Дэн мало пока разбирался, но нетрудно было понять, что работа предстояла нешуточная. Зато совершенно неожиданным ласковым теплом грело распоряжение командира о выделении ему двухкомнатной квартиры! Подводники не мечтали о таком и через пять – семь лет службы! И двое с половиной суток выходных. Одно лишь Вилков осознал точно: здесь, на перегрузке, всё было не так. Плохо ли, хорошо – наверно, предстояло определиться в дальнейшем. Это, как Алиса в Стране чудес: кто-то хочет Кота, а кому нравится только его чеширская улыбка. Да и сам командир…
– Ильвес Антон Иванович на самом деле Ильясов Кадим-Фаиз. По корням – татарин из Казани, который по разным причинам обзавелся русским именем-отчеством. Его папа стал офицером советских войск Иваном Вадимовичем. Но кто ж знал, что судьба занесет его в Прибалтику! А здесь уже потребовалось соответствовать. Отсюда «родился» Ильвес Антонас Янович. Теперь на Крайнем Заполярье отпрыск известого татарского рода превратился в Ильвеса Антона Ивановича. Глубоко русские корни в имени и отчестве в сочетании с магнетическим шармом инородной фамилии. Но не еврейской! Отлично подходит. Его папа – большой стратег. Сейчас он служит в Эстонии заместителем начальника крупнейшего Центра подготовки подводников ВМФ в Палдиски в звании капитана 1-го ранга, и имеет к тому же обширнейшие связи в Москве. С такой наследственностью о своём будущем можно не беспокоиться. Но, на удивление, наш командир оказался порядочным и скромным человеком. Окончил училище Фрунзе по штурманской специальности, командовал торпедоловом, потом МРК, и вот недавно назначен на ПМ. Глупо, конечно, отрицать «лапу» влиятельного папаши, но Антон – нормальный парень, несмотря на свои всего 27 лет. Да, согласен, опыта не хватает, и в местной специфике он пока не разобрался: здесь всем правит Серов. Зато не гнушается спрашивать и прислушиваться. Сейчас это нашему кораблю особенно важно! В связи со вновь открывшимися экстренными обстоятельствами.
Ну вот, лейтенант, я и посвятил тебя во «внутренние взаимоотношения». – Ковальчук покрутился на элегантном дизайнерском кресле. – А замполит Леонид Григорьевич – это что-то! Я с ним раньше лишь шапочно знаком был, но то, как он вёл себя сегодня… Какого же черта наш флот прощается с такими людьми?! Да пусть он трижды выпивающий! Это же… э-э-эх… Не чета Тузу и Тиунову. Ладно, обратимся к глубоко насущному… Серега, хватит пить! У тебя впереди еще двое суток. Помнишь, что командир дал нам это время, чтобы благоустроить лейтенанта?
– Ха, при таких-то полномочиях! Погоди-ка минутку.
Жилин поставил на стол опустошенный стакан и взялся за телефонную трубку.
– Каспера мне. Немедленно! Ты, сука долбаная, где шляешься, когда я хочу тебя видеть?! Жопу в руки и через 10 минут стоять у трапа. Что? Полный комплект. Всё! Даже из твоей личной заначки. За два дня нужно построить шикарный дом в Гаджиево. Шучу. Просто отремонтировать квартиру. Сколько? Пятеро? Диктуй фамилии… Знаешь, Веня, я не обижу. А сейчас вообще по особому тарифу.
– Вадим, это с кем он так переговаривает?
– Не напрягайся, Дэн! Это всего лишь матрос срочной службы на нашем корабле. Кстати, твой подчиненный. Ох-ох-ох… Как долго тебе еще во все вникать! И привыкать. Будет у тебя замечательная «норка». Все обзавидуются. Даже я пока на такую не претендую. Ладно, одеваемся и на выход: у Каспера не зашуткуешь: все будут стоять у трапа через 10 минут!
– Так… это же… дедовщина какая-то…
– Дурак! Это не «какая-то», а очень даже полезная дедовщина! Без которой флот развалился бы еще в начале восемнадцатого века, вместе с Петром Первым. Серега, «эквивалент» взял?
– Уже выносят бидон. Хватит?
Капитан-лейтенант Ковальчук усмехнулся, посмотрев исподлобья на Дэна:
– Бидон – это 50 килограммов спирта. Хватит?
Такими категориями Денис даже не мыслил и поэтому лишь неуверенно пожал плечами.
Жилин подвел итог:
– Значит, так. В Гаджиево, в новом районе вдоль озера строят сейчас целый адмиральский корпус. Во, сколько развелось шитозвездочных! Мы снимем оттуда бригаду стройбата в помощь нашим «мастерам» и отличного гражданского прораба. За двое суток управятся. И у нас останется еще… литров 30. Хватит на мебель. Эх, да ты просто везунчик, Дэн! Расслабляйся и наслаждайся!
– А теперь 16-ю ячейку!
Денис стоял в зоне строгого режима на крышке монументального цилиндра диаметром метра четыре и высотой два с половиной, и под его ногами располагались около сотни глубоких отверстий, в которые вставлялись урановые стержни. Каждое из отверстий вмещало в себя пять стержней и было закрыто сверху свинцовой пробкой весом в полцентнера.
– 16-ю я сказал!
На всю голову Вилкова был натянут черный чехол. Он не мог ничего видеть!
– Раз… Два…
– Это 73-я! Ты сейчас получил дозу в 200 рентген. Выживешь, не беспокойся. Но детей иметь не сможешь. И ноги отвалятся через год. Тебе нравится такая перспектива? Так, долбоклюй, не ошибайся!
– Я не могу! Не знаю где!
– А чему я тебя учил в таких случаях? Спускайся вниз, ориентируйся. Матросов выгоняй из хранилища, чтобы не облучились. Теперь начинай сам разбираться.
– Так это… Радиация…
– Ты, лопендоз ушастый, на то и офицер, чтобы взять все на себя. И знать, как предохраниться! Что надо делать?
– Э… спросить у крановщика, какую «штуку» он брал последней.
– Так, правильно. Но слов мало! Заставь его повторить по новой всю операцию. А сам, отойдя на безопасное расстояние, проследи, куда стрела крана ляжет. Ясно?
– Так я ж «слепой»!
– Рано тебе еще «прозревать». «Танцуй» по памяти!
…………………………………………………………………………………………
– 49-я! Промахнулся. Но зато теперь успел защититься.
– 12-я! Опять промах. Набираешь баллы, студент. Еще раз – и полная жопа!
– Раз! Ты что, козлопуп, издеваешься?!
– Никак нет, товарищ…
– Заткнись! На этих «товарищей» у тебя никогда времени не будет. Командуй, мать твою, по- человечески! Чем я должен тебе помочь отсюда, из рубки управления, по громкой связи?
– Сориентировать…
– Правильно. Дальше.
– Подсобные материалы… передать…
– И…
– Да пошел ты в жопу, Серов!
– Отлично! А какой номер?
– 17-й! Без советов обойдусь. И не встревать, когда я командую! Теперь ты «Паркинсон на кране»: не трясись, а то контейнер уронишь! Крюк на 30 градусов влево и на полметра вниз. Потом замереть до моего приказа. И «вира», мать всех ваших в дуп… к нехорошей фене на хрен… пи… бл…