Олег Колмаков – Злая память (страница 24)

– Так почему же в пехоту? Почему, не к нам?

– Муха, я чё-то не пойму!.. – перебил Муханова Валерий. – …Ты идиот? Или уже меня принимаешь за некоего сибирского дурачка? Подзабыл что ли, как два года назад меня, едва ли не в измене Родине обвинили?.. Всего-то на трое суток угораздило меня попасть тогда в плен. Да и то, в бессознательном состоянии! Тем не менее, командование оценило тот эпизод максимально жёстко!..

Можно предположить, что я действительно переступил некую запретную черту или не угодил я им чем-то, коль столь суровым был тот «приговор». Однако более правдоподобным видится мне несколько иное объяснение. Наше руководство просто-напросто грамотно воспользовалось предоставленным ему случаем, освободить командирскую должность под кого-то иного. Вот и втоптали меня в грязь, как говориться, по полной программе. Благо, проводили «по-хорошему», без снятия погон и всего прочего; без судов и следствий, ограничившись приказом о «неполным служебном соответствии»!.. И после всего этого, ты спрашиваешь меня: почему я нынче не в спецназе? Да меня, считай, уволили, как самого распоследнего предателя, по самому жёсткому компромату!..

– Валерий Палыч, ты бы не горячился!.. – командир спецподразделения попытался чуть успокоить Князева. – …Что было, то прошло! Сам ведь только что говорил: мол, всё меняется. И жизненные обстоятельства, да и сама наша жизнь вовсе не стоит на месте. Давай-ка, я похлопочу о твоем переводе. Ты пойми!.. Мне сейчас позарез нужен опытный инструктор. Молодых бойцов у нас, как никогда много. Учить их ещё, и учить!..

– Не лукавь, майор!.. – остановил Муханова Валерий. – …Ты в жизни не пойдёшь к генералу по мою душу. Побоишься об меня замараться. Да, и погоны подполковника тебе, наверняка, уже «корячатся». Так что, не стоит!.. Спасибо за видимое участие. Но уж лучше я здесь, в «пехоте» останусь. И мне, и тебе так будет гораздо проще и спокойней. Да, и негоже командиру взвода «опускаться» до должности обычного инструктора!..

Князев и сам понимал, что сейчас за него говорит досада и накопившаяся злость. В действительности: хоть рядовым бойцом, хоть подносящим патроны он был готов вернуться в подразделение, которому отдал большую часть своей сознательной жизни.

– Ну, как знаешь!.. – подытожил Муханов. При этом, как показалось тогда Валерию, на лице командира спецназа отразилось искреннее сожаление.

«А может?.. Ну, чем чёрт не шутит?.. Именно сейчас и был мой единственный шанс на возвращение!.. – мелькнуло в голове Князева. – …Нет, Валера! Не выдавай желаемое за действительное. Всё это из мира иллюзий и сиюминутных благородных порывов!..»

– Какие у вас потери? – дабы вернуться в реальность, поинтересовался Князев.

– Трое! Ты их не знаешь… Они пришли, уже после тебя! – тяжело вздохнув, ответил Муханов.

– А теперь скажи честно!.. – Валерию наконец-то представился случай выплеснуть то, что в течение последнего получаса так и не давало ему покоя. – …Почему так бездарно был организован сегодняшний штурм? Разве нельзя было заранее просчитать возможную осведомлённость противника? Или что?.. Решили устроить перед нашими пацанами образцово-показательное выступление?.. Едва ли не строем, с музыкой и фейерверками подошли к селению!.. А в результате, считай в пустую «положил» ты троих своих ребят! Помнится, в наше время гибель даже одного бойца, рассматривалась не иначе, как ЧП! На «ковёр» вызывали, сотни объяснительных приходилось писать: почему и как могло такое произойти!.. – укоризненно покачал головой уже бывший командир спецподразделения. – …Тебе ж и вовсе, в пору моим солдатам-пехотинцам в ножки кланяется! Если бы не они, как пить дать, упустил бы ты нынче банду. Облажался бы перед всем честным народом!..

– Палыч, хорош, давить на больное!.. – раздражённо оборвал Валерия Муханов. – …Терпеть не могу посторонних советчиков! Ты что ж, знаком с деталями и подробностями данной операции?

– Вот только не надо прикрывать свой зад высокими целями и великими идеями! Негоже вешать мне, бывшему командиру, лапшу на уши! Дескать, главной задачей сегодняшней операции был вовсе не захват банды… А, к примеру, намерение вычислить «крота», через которого боевикам сливается секретная информация. Ну, или что-то, в этом роде!.. Впрочем, я вполне могу допустить, что первоначальная цель была действительно благородной. Однако ты, Муханов, уложив в общей сложности семерых ребят, её полностью девальвировал. Результат, отчего-то не оправдал средств в неё вложенных. И вообще, на хрен тебе нужно было это солдатское оцепление? Тут, и своими силами, вполне можно было совладать.

– Повторюсь, я не имею права распространяться (тем более, в присутствии посторонних) о реально поставленных перед нами задачах! Придёт время, возможно, и расскажу. Пока же, увы!.. – увильнув от прямого ответа, Муханов предпочёл сменить тему разговора. – …А вообще-то ты, Валера, отчасти прав!.. Сегодня, мы действительно облажались. И уверяю тебя: по головке меня, за этот неудачный штурм, уж точно, не погладят!.. Нет у наших нынешних бойцов основательной подготовки, потому и набиваем мы шишки. Слишком скоро произошла, так называемая: смена поколений. Большинству из вновь принятых в отряд офицеров не более двадцати семи, им ещё копить и копить боевой опыт. Потому и нужен мне матёрый инструктор. Некий «дядька», способный в самые кротчайшие сроки натаскать пополнение!

– Меньше надо было своим «генофондом» разбрасываться! Имею в виду кадровый офицерский состав. Глядишь, и традиции, и профессионализм никуда б не ушли!.. Если желаешь, то прям сейчас, я навскидку назову тебе с десяток фамилий тех, кого уволили из подразделения за пустяки, не удержали в минуты сомнений!.. И уж поверь мне на слово, они по-прежнему, в состоянии выполнить любую боевую задачу. По крайней мере, не хуже твоего «детского сада»!.. У тебя вообще, хоть кто-то из «старой гвардии» в строю остался?..

Диалог командиров неожиданно прервал один из спецназовцев, подошедший к офицерам и обратившийся непосредственно к Муханову.

– Товарищ майор, один из пленных готов дать показания!

– Ладно, Валера!.. Мне пора. Позже договорим!.. – вовсе не зная как закончить столь нелицеприятный для него диалог, командир спецподразделения вздохнул с облегчением и поспешил откланяться. – …Надеюсь, что именно сейчас мы и узнаем, за что именно погибли наши ребята! А ты, Палыч, приезжай в гости!.. Наша база на прежнем месте. Думаю, что и Горбунов с Медведевым, будут рады тебя видеть! Это, как раз те, о которых ты меня давеча спрашивал. Имею в виду «старую гвардию»!

– Муха, позволь последний вопрос!.. – выкрикнул Князев в след уходящему командиру. – …Скажи честно. Уж ни мне ли вы тут проверку устроили?

– Не беспокойся! Ты, Князь, тут вовсе не причём! Ты вне всяких подозрений!

– Ну, хоть на этом: спасибо! Приветы ребятам передавай!

На сей раз, Муханов не ответил. Он лишь обернулся и махнул на прощанье рукой, дескать, сделаю.

Возвращались на склады практически в полной тишине. Лишь однажды, едва сдерживая скупую мужскую слезу, Цымбал вдруг принялся скорбеть о погибшем Бутакове.

– Да говорю тебе: он, как чувствовал!.. Вот и письмо мне своё оставил! Просил отправить, если у него самого не получиться!.. Ведь мы с ним земляки. С одной школы. Были!..

– Солдат, возьми себя в руки! – сухо одёрнул Андрея Князев.

И вновь молчание. Вероятно, каждый предпочёл подумать сейчас о чем-то своём. О перипетиях боя; о тех моментах, когда сам находился в миллиметрах от смерти или о том, как не сумел выручить погибшего в том бою товарища. А быть может, мысли солдат были и вовсе далеки от этой грёбаной войны.

Миновав шлагбаум складского КПП, Валерий отдал короткий приказ.

– Никому не расходиться! Из машины, сразу все за мной!.. Пожалуй, вовсе не лишним будет провести с вами кое-какие реабилитационные мероприятия!

Солдаты, вернувшиеся с поля боя, кое-как сумели втиснуться в комнатушку командира. После чего, Валерий извлёк на свет божий ту самую флягу, на которой совсем ещё недавно «погорели» дембеля.

– В тесноте, да не в обиде!.. Вот и спирт ваш пришёлся кстати!.. – пояснил майор. – …Помянём Славку, героически погибшего при захвате чеченского бандформирования!

Выпили. Закусили.

– Жаль парня!.. – заполняя паузу, тяжело вздохнул Самолюк. – …Совсем немного не дотянул Бут до дембеля!..

– Вот тебе, Якушев, и «ВВ»!.. – Князев напомнил Сергею о некогда брошенной им реплике, относительно «вертухаев». – …Видел, как на деле оно вышло!..

– Да ведь я вовсе не просил меня прикрывать! Он сам раскрылся! – чувствуя за собой определённую вину, как всегда неуклюже попытался оправдаться Литвиненко.

– Литвин, ты б лучше помалкивал!.. – вмешался в разговор Рудяев. – …Он жизнь тебе спас! Ты ему до гробовой доски теперь обязан!..

– Эх!.. – махнул рукой Литвиненко. – …Да если прямо сейчас пересчитать тех, кому за прошедшие два года я могу быть жизнью обязан, не хватит и амбарной книги, исписанной мелким шрифтом.

– Саня, тебя никто не обвиняет!.. Всем и без того понятно, что автоматы у нас старенькие. Рано или поздно, но какой-то из них обязательно должен был переклинить!.. – заговорил уже Самолюк. – …А видели, какое оружие было у этих уродов? Новёхонькое! Едва ли не в заводской смазке. Интересно, какая сука обеспечивает «чехов» нашими же стволами?..