Олег Калугин – Верные (страница 3)
Обложка книжной версии монографии
Будучи православным христианином и офицером Вооружённых Сил РФ, стараюсь придерживаться принципа научной объективности. Не хочу навязывать своё мировоззрение как единственно верное. В этой книге рассматриваются точки зрения представителей разных позиций – от атеистов до верующих людей различных конфессий. Обращение к классическим трудам светской психологии (включая психоанализ, теорию групповой динамики, концепции морального стресса – для тех, кто не в курсе, это всё про то, как психика человека работает под давлением войны) служит не подменой религиозного взгляда, но инструментом понимания: как именно вера действует на человека, который держит автомат или сидит за рычагами танка.
Работа служит одной ключевой цели – усилению обороноспособности многонациональной и многоконфессиональной Российской Федерации и её Вооружённых Сил. Это не абстрактная патриотическая фраза. Это конкретная задача: сделать так, чтобы наши ребята держались крепче, чтобы меньше ломались после боёв, чтобы командиры знали, как работать с личным составом не только через приказы, но и через душу.
И последнее, важно отметить, что я вырос в самом советском городе в мире, и этот город – Ленинск, более известный как Байконур. Я видел космонавтов и улетающие в космос ракеты чаще, чем храмы и даже батюшек. Когда в первый раз увидел священника, то обомлел и подумал:
Это был шок молодого человека. Другими словами, я был атеист, а потом еще и воинственный атеист. Как известно, у каждого свой путь к Богу, но это уже другая история. И всё же скажу, что никогда не думал, что уйду от некого обряда и буду проповедовать Бога и веру в армии, да еще на войне. Познайте моё – и Вы поймете, о чём сказал.
Вера в армии – выполнение боевой задачи
Религиозные объединения в последние годы всё чаще выступают как субъект воспитания военнослужащих. Это факт, который невозможно игнорировать. Объясняется просто: в обществе растёт интерес к религии, и чем критичнее ситуация, тем больше её влияние на массовое сознание. Люди ищут опору – не в лозунгах, а в чём-то настоящем, проверенном веками. Религия воздействует прежде всего на духовный мир верующих, в том числе и на военнослужащих, на их нравственные ориентиры и жизненные установки. Наши мужчины в униформе, на всех уровнях ощущают моральную поддержку с её стороны – это не выдумка, это то, что они сами говорят, когда с ними разговариваешь честно, без так называемой официальной повестки, как равный, или в силу возраста – как отец, старший брат.
А военнослужащие, как никто, нуждаются в сохранении высоких нравственных идеалов и глубокой внутренней целостности. Подрыв этих идеалов лишает их моральной убеждённости, нравственной мотивации труда (а служба в воюющей армии – это тяжёлый труд, причём с риском для жизни). Поэтому в формировании и развитии воинского духа, укреплении морально-нравственных сил русских воинов всегда в прошлом, особое внимание отводилось не только светскому воспитанию, но и религиозно-нравственному просвещению. В нём доминирующую роль играло православие – это исторический факт, от которого, как ни старайся – не спрятаться и не затереть.
Вопросы духовно-нравственных основ военной службы всегда находились в центре внимания Русской Православной Церкви, как в прошлом, так и в настоящее время. На протяжении многих веков Церковь и Армия тесно взаимодействовали, воспитывая храбрых и сильных духом защитников Отечества. Это не абстрактные слова, это традиция, которая проверена кровью и победами. Имена Александра Невского, Дмитрия Донского, монахов Троице-Сергиева монастыря Родиона Осляби и Александра Пересвета, подвиг гражданина Минина и патриарха Гермогена и многих других православных воинов церковь глубоко чтит за их ратные подвиги. Святыми на Руси назывались ордена Андрея Первозванного, Георгия, Владимира, Александра Невского. Средневековая летопись показывает немало примеров, когда в трудный для Родины час священники с оружием в руках защищали Отечество, а монахи становились воинами. Не по призванию, а по необходимости – потому что враг у ворот, и выбора нет.
Армия – это не только техника, это дух
Осмысляя духовную суть армии, русский философ Иван Александрович Ильин (помним, что он антисталинист и оправдывал вермахт) в работе «Путь духовного обновления» 1937 г. писал:
Это высказывание довольно точно определяет фундаментальную предпосылку настоящего исследования: духовное состояние вооружённых сил является не просто одним из компонентов боеспособности, но выступает в качестве экзистенциального условия существования нации и государства. Проще говоря: если дух армии сломан – армии нет. Есть толпа в форме, которая разбежится при первой серьёзной угрозе. История это доказала и не раз.
Своей сложностью и эмоциональной напряжённостью воинская служба отличается от любого вида гражданской деятельности не только в военное, но и в мирное время. Военный человек обязан вести строго регламентированный образ жизни, беспрекословно подчиняться командованию, большую часть времени и сил посвящая подготовке к защите Отечества. Такая подготовка проводится в условиях, максимально приближённых к боевым, часто вдали от исторических и культурных центров – в полях, в лесах, в степях, где кроме скромного и четко выверенного армейского быта и условий ничего лишнего нет. Нагрузки огромные, психологическое давление постоянное. В таких условиях религия зачастую выполняет компенсаторную функцию – успокаивает и умиротворяет человека. В этом проявляется психотерапевтический эффект религиозного воздействия. Религия в целом способствует верующим военнослужащим в личном духовном развитии и совершенствовании. Это не теория, это практика, которую видишь своими глазами, когда работаешь с людьми.
Именно религиозная составляющая в воспитании нижних чинов до революции, по мнению историка С.Э. Зверева, служила «преимущественно задачам дисциплинирования войска». Сложности воинского служения, наделённость военнослужащих правом применения оружия требуют от них стойкости духа и накладывают высокую нравственную ответственность. Опыт говорит о том, что верующий военнослужащий более исполнителен, более ответственен при выполнении приказов, в том числе жестких согласно сложившейся обстановке. Для верующего война присяга – это не просто некий ритуал, не набор красивых фраз, а священная клятва, которую надо неукоснительно выполнять. Верующий человек воспринимает своё служение народу как прямое поручение Божьей воли. Это внутренняя установка, которая делает солдата надёжнее, крепче.
Почему об этом надо говорить именно сейчас
В современных условиях ведения вооружённой борьбы, характеризующихся гибридным характером угроз и глобальной информационно-психологической конфронтацией (то есть, когда война идёт не только на поле боя, но и в головах людей, через медиа, через пропаганду), проблема морально-психологической устойчивости личного состава приобретает статус стратегического приоритета. Под психической устойчивостью в военной психологии понимается интегративное свойство личности, позволяющее сохранять продуктивность деятельности и внутреннее равновесие в условиях экстремальных нагрузок боевой обстановки. Проще говоря: способность не свихнуться, не впасть в ступор и продолжать делать свою работу, когда вокруг кружиться ад и смерть кругом.
Как демонстрирует опыт современных вооружённых конфликтов, включая Специальную военную операцию (СВО), именно духовная стойкость, внутренняя ценностная мотивация и психологическая готовность военнослужащего к выполнению задачи зачастую становятся решающими факторами, которые определяют исход боестолкновений на тактическом и оперативном уровнях. Данный факт находит подтверждение как в академической среде, так и в эмпирическом опыте непосредственных участников боевых действий, сталкивающихся с предельными психоэмоциональными нагрузками. В военной социологии и психологии данный феномен определяется как ключевой компонент духовно-нравственного потенциала армии, напрямую влияющий на её способность противостоять экстремальным вызовам.
Когда разговариваешь с мужчинами, которые вернулись из зоны СВО, слышишь одно и то же: техника – это хорошо, подготовка – важно, но главное – что у тебя внутри. Если внутри пусто, если не понимаешь, за что воюешь, если нет веры ни в Бога, ни в товарищей, ни в правду своего дела – сломаешься быстро и в итоге останешься – один. Один во всех смыслах. А если есть – держишься, ибо ты не один, с тобой Он и Его защита. Это не лозунг, это статистика, если хотите. Те подразделения, где командиры уделяют внимание духовной составляющей, где есть связь с военными священниками, где ребята молятся перед боем или хотя бы просто говорят друг другу честные слова поддержки – они крепче, они эффективнее. Там и потерь меньше, и боевые задачи выполняются вопреки всему, и это проверено и доказано. Но помните, что «ступеней» познаний Бога очень много, и чтобы их пройти надо очень постараться.