Олег Измеров – Стройки Империи (страница 77)
- А вот, может, что понадобится.
Виктор оглядел комнату. На стене виднелась брутальная заводская розетка с заземлением и крышкой, водопроводный кран с трубой, и у раковины ниже капронового колена торчал вверх и вбок отросток с крышкой - для сливного шланга. На обратной стороны двери он увидел самодельный плакат с огромной стиралкой, похожей на помесь робота из "Звездных войн" с первой ступенью ракеты "Союз". Синими рублеными буквами было выведено:
"Закроем народу дорогу к корыту,
Машина - вот символ советского быта!"
- Посмотрим...
Крепкие, загнутые гвозди со скрипом вылезали из дерева. Машина освобождалась от тары, словно древняя статуя с острова Пасхи от вековых песчаных наносов. Она и была похожа на идол с острова Пасхи - круглые ручки переключателей напоминали глаза, а между ними под грубыми листами оберточной бумаги оказалась впадина, чем-то похожая на огромный плоский нос. Сверху этого носа красовалась надпись "Медея", и Виктору сразу вспомнился полевой синтезатор "Мидас" из бессмертного произведения Стругацких.
- А как же она стирает? - удивился Виктор, когда сокровище полностью предстало перед его глазами. Ни люка, ни крышки сверху на агрегате не наблюдалось.
- Да запросто, - произнесла Евдокия Кузминична. - Я в экономе на Крахтовской видела.
Подойдя к машине, она взялась рукой за наклонную панель, и откинула ее наподобие полки секретера. Под панелью открылось круглое отверстие, где за серым резиновым гофром блеснул алюминиевый барабан с дырками и черным крестом карболитового активатора, выглядевшего здесь совсем неуместно.
- Вот сюда белье кладете программу ставите и включаете. Пятнадцать программ, на любые ткани. Бак большой, и в нее ложут вдвое.
- Вдвое чего? - спросил Виктор, заворожено глядя в раскрытую пасть чуда техники.
- А вы не знаете? Два кило в обычную. А в эту четыре. Сама стирает, сама отжимает, сама воду греет. В ней кибернетика, ей наша женская рука не нужна. Но домой ее только в большие квартиры берут - она ж на рубль в час накручивает. Но народ вовлекать надо. Я даже плакат людям нарисовала, только сама подключить не решалась. Три месяца зарплаты с вычетом жилья стоит, еще отвечай. А вы конструктор, вы все знаете.
Кузминична поправила локоны и снова сложила руки на груди, запахнув платок.
- А крышка с нее где? - Виктор показал на отверстие бака.
- Так не нужно. Бак под наклоном, с нее не льется. К ей сзади шланги подключают. - Евдокия деликатно намекнула на продолжение работы.
Шланги оказались в лежащей рядом картонке; подключить их труда не составляло. Самым трудным оказалось снять машину с дощатой подставки - агрегат оказался тяжелым, как несгораемый шкаф. Комендантша мобилизовала пару соседей с первого этажа. Вместе задвинули бандуру на положенное место у раковины.
- Машину ставят... машину ставят...
У открытой двери прачечной комнаты стал собираться народ, посмотреть, как на шоу. Кузминична отошла к двери, чтобы обозревать картину издали.
Стирка заняла минут двадцать. "Медея" плотоядно урчала, фыркала, булькала раствором и нервно тряслась, несмотря на всю монументальность. В круглой открытой пасти то бултыхалась пена, то бешено мотались отжимаемые вещи. Глубоко в железном нутре поскрипывали пружины и громко клацали реле. Вопреки опасениям Виктора, из ожившего динозавра бытовых услуг ничего не вылетело и даже не выплеснулось - кроме запаха порошка, пропитавшего всю прачечную. В остатке Виктор получил чистое, но немного мокрое белье, которое можно было повесить в комнате, не опасаясь, что с него накапает.
За окном распогодилось. Надо было как - то убивать время до глажки: впервые с момента попадания Виктор почувствовал момент, когда просто нечего делать. И тут он вспомнил про фотоаппарат.
8. Руины подождут.
- Извините, вы не знаете, этот мост снимать можно?
- Вы, гражданин, прямо как из-за границы, приехали! - отпарировала Виктору женщина лет сорока, спускавшаяся с хозяйственными сумками, на дорожку, ведущую через овраг в сторону довоенной пожарки.
- Не, я из тайги. Стройка.
- А, ну тогда понятно. Этот мост нужно снимать! Его все снимают, газетчики снимают, телевидение приезжало снимать. Шнейдеров приезжал для Клуба снимать, его по этому мосту летом возили.
После моста Виктора потянуло снимать старинную водокачку на Покровской горе; здесь она была в строительных лесах. Спустившись к Арсеналу, он отщелкал исчезнувший особнячок с обувным магазином, звонницу и, наконец, восстанавливаемый собор. В поисках выгодного ракурса он оказался неподалеку группы из людей лет тридцати - сорока; один из них, худощавый и наиболее интеллигентного вида, был похож на священника. Они шумно спорили; тон задавала женщина в сером твидовом пальто с двумя большими пуговицами и круглой шапке, скрывавшей укладку.
- Иван Андреевич, - обратилась она к лысоватому мужчине в широкополой серой шляпе, - собор стоит действительно прямо посередине будущей магистрали. Получается, что мы уже потратили часть денег на восстановление, а вы предлагаете сносить. Разве это по хозяйски? Были бы это наши с вами средства, а это народные.
- Маргарита Сергеевна... Ну вы же видите, что когда все это строилось, никто не думал о движении. Дорога просто обогнула холм. И холм мешает. Исходные данные, перспективный план до восемьдесят четвертого года известен. Никак здесь больше магистраль не провести, или через холм, или снести кучу домов до Покровской горы. Тоже старинных.
- И ничего нельзя сделать? Дело здесь даже не в слезных просьбах отца Михаила. Хотя ему проще было бы смолчать, а потом рассказывать пастве, что безбожники все разрушили. Понимаете, у нас город по площади равен Ленинграду, а число старинных зданий на единицу площади до смешного мало. Ну как мы покажем, что восемьсот лет городу? Есть постановление о развитии туризма. Что мы покажем туристам из старины? На заводы их водить нельзя.
- Маргарита Сергеевна, что можно сделать? Пустить дорогу вокруг "Дормаша" - это лишить транспорта большую часть Калинина, - продолжал настаивать архитектор.
- Должен быть выход. В Москве вон сколько домов двигают.
- Двигают по ровному месту. А здесь холм. Тем более колокольня вообще скоро сама упадет. Место плохое, осадка. Разве что здесь все снести, а построить потом на новом месте.
- Это новодел, - вздохнул отец Михаил. - а здесь каждый камень намоленный. Как же это объяснить...
- Ясно, - подытожила Маргарита Сергеевна, - если специалисты не видят выхода, нужен свежий подход. Простите, товарищ!
Она решительно подошла к Виктору.
- Здравствуйте. Вы, я смотрю, фотографируете?
- Да. Это можно?
- Конечно. Вы по профессии кем будете?
- Инженер.
Из опасения Виктор не стал уточнять: дама, похоже, была из местного начальства и кто знает, что у нее на уме.
- Отлично. Вот вы как считаете: как передвинуть собор в сторону от дороги, если он на холме, а двигать можно только по одному уровню?
Сопровождающая публика подтянулась и окружила Виктора. Уйти от ответа было невозможно.
- Здания, если не ошибаюсь, по рельсам двигают или двутаврам... - неуверенно начал он. - Ну, наверное, насыпь сделать, и по ней подвинуть... а потом... потом и не нужно опускать... насыпь так и остается...
- Иван Андреевич! - дама резко повернулась к архитектору. - Ваше мнение по предложению товарища... простите, имя-отчество?
- Виктор Сергеевич.
- Нну... - архитектор сложил губы трубочкой, словно собирался засвистеть, - а знаете, это - выход. Можно подготовить свайное поле, сделать нормальный фундамент, утрамбовать грунт по пути следования, укрепить или заморозить... Но это надо насыпать целый холм, причем близко к берегу. Подмыть может.
- Так мы же собираемся передвигать русло Десны для расширения площади "Дормаша"! - всплеснула рукой Маргарита Сергеевна. - Заодно передвинем и в районе набережной. Намытый песок пойдет на холм. Расширится парк, а то цирковые помещения прямо упираются в набережную.
- Тогда понижение у реки будет. И так базар весной заливало.
- На понижении устраиваем пляж и спуск с набережной. Пляж в самом центре. Место досуга. Что скажете?
- Заманчиво. Но это полная переделка проектной документации...
- Ну так переделывайте. ЭВМ вам вне очереди поставили? Надо использовать.
- Маргарита Сергеевна, - подал голос высокий суховатый мужчина лет пятидесяти, державшийся чуть позади, - с передвижкой мы однозначно превышаем лимит бюджета. Надо что-то урезать.
- Отодвиньте пока восстановление Свенского. Руины подождут, они не в центре. А теперь давайте к колокольне пройдем, посмотрим, чего с ней делать...
Группа степенно проследовала дальше. Отец Михаил, чуть приотстав, вернулся, и пожал Виктору руку.
- Спасибо! Я буду молиться за вас, Виктор Сергеевич.
- Не за что. Главное, назад не требуйте.
- Ну, что вы! Это нереально. Тут бы договориться о возобновлении богослужений на праздники. Спасибо!
- Скажите, а вот Маргарита, ммм... Сергеевна... Я просто приезжий.
- Зампредисполкома облсовета. При Коновалове уже назначили: Домну Павловну-то в министры... Простите, меня зовут. Храни вас господь!
"День прожит не зря", подумал Виктор. Он прошел в другой конец бывшего базара, щелкнул панно с видом будущего цирка, ижевскую "Ладу" у гарнизонного универмага, желтое такси-микроавтобус, миниатюрный пикап, внедорожник, похожий на "Лэнд Крузер", и камазоподобный зиловский грузовичок.