Олег Измеров – Стройки Империи (страница 72)
- Я учусь на вечернем на педиатра. А вам не надо говорить много. Пусть лекарство рассосется. Сердце не схватывает?
- Только от вида красивых медсестер.
- Это от вливания, это пройдет. Лежите. Закройте глаза и отдыхайте.
- Мне надо видеть, кто меня спас.
- Мы многих спасаем, работа такая. И все вы влюбляетесь. Но это проходит.
-...Ну-с, как ваше самочувствие? Теперь можете сесть. Тошноты не чувствуете? Дыхание не затруднено?
- Вроде нет.
Возле врача, поближе к двери, стоял Корин с накинутым халатом.
- ... Ну, что я вам скажу, - доктор обращался к Корину, - похоже на неизвестный курареподобный препарат-миорелаксант, в сочетании с веществом, вызывающим сильный седативный эффект. К счастью, не вызывает расстройства дыхания и цианоза, а то было бы гораздо хуже. Препарат был введен внутримышечной инъекцией в верхнюю треть левого бедра. Судя по описанию, препарат отличается практически мгновенным действием, но весьма нестойкий. Состояние пациента быстро улучшается, переливания крови не требуется.
- Могу я с ним переговорить?
- Через час можете вообще забирать. При условии, что сегодня будет отдыхать, а завтра зайдет в поликлинику для осмотра и анализов.
- Так быстро?
- Похоже, что создатели этого средства заботились о том, чтобы его нельзя было обнаружить в крови через несколько часов. То-есть, человек не поймет, что с ним произошло. Последствий переохлаждения тоже не наблюдается. Видимо, до момента обнаружения прошло немного времени.
- Все же нам надо ненадолго побыть наедине.
- Пожалуйста...
За медсестрой Тамарой закрылась дверь. Корин присел рядом на жесткую медицинскую койку.
- Все хорошо. Вещи у нас, все работает, специалисты обещали не ломать.
- Альтеншлоссер... его задержали?
- Вы этого человека имели в виду?
На протянутой Виктору фотокарточке был Дитрих, в том же самом пальто и кепи. Снимок был сделан на улице, видимо, скрытой камерой.
- Да-да, это он! Его надо взять! Он тоже оттуда!
Корин не спешил с ответом; он спокойно положил карточку во внутренний карман пиджака.
- Вы уверены, что он из будущего?
- Последний раз я видел его в две тысячи восьмом году.
Корин не удивился, и спокойно произнес.
- Вы не волнуйтесь. Я должен вам сказать одну вещь, которая относится к строго секретной информации. Этому человеку мы должны дать уйти.
- Но почему?!
- Если он из будущего, у него тоже могут быть вещи, которых нельзя сделать в нашем времени, которые он по тем же причинам прячет?
- Как минимум, пластиковая карточка с полупроводниковым устройством. Он упомянул о ней.
- Надеюсь, он ее не уничтожил. Теперь смотрите. Альтеншлоссер сообщает своим хозяевам из БНД о провале агента, о том, что вещдоки попали в руки контрразведки ГКВД. А Виктор Сергеевич Еремин ни в чем не бывало ходит по Брянску, а не спрятан в бункере под охраной, как носитель совсекретных сведений об оружии и технологиях будущего. И БНД возьмется за Дитриха и заставит выложить все, включая его карточку. Это нам и нужно. Как им теперь показать ваш радиотелефон - это еще вопрос, а вот вещам, полученным от своего человека, они поверят.
- А если он ее уничтожил?
- Тогда Альтеншлоссера могут убрать, раз он темнит. И одним прогрессором на стороне противника меньше.
- То-есть, если я буду спокойно работать, его могут убить?
- Вы давно знаете этого человека? Что вы можете о нем сообщить?
- Он из второй реальности. Штандартенфюрер СС, непосредственно контактировал с Гиммлером.
- Научный работник?
- Не похоже. Рассказывал, что разбирал жалобы в каком-то институте. О технике разговоров не заводил. В Германии, с его слов, создал агентство промышленного шпионажа, сливал информацию о будущем. Говорил, что не разбирается, просто хорошая память. Или не специалист, или тщательно скрывает.
- Из контрразведки?
- Разведка или контрразведка, точно не скажу.
- И вас волнует его судьба? Что представляла собой вторая реальность?
- Гитлер в сорок первом не напал, но в пятьдесят восьмом свихнулся на идее ядерной овйны. Альтеншлоссер входил в число людей, которые вошли в контакт с нашей разведкой и помогли сорвать эти планы. Поскольку Альтеншлоссер не выполнил приказа склонить меня к невозвращению, ему пришлось бежать в нашу, то-есть, мою реальность. Сейчас он передал мне предметы из тайника, чтобы предотвратить ввязывание Германии в войну.
- Ну, это в его версии... - Корин задумчиво почесал подбородок. - Как вы считаете, этот человек мог бы сотрудничать с нами? Какие у него особенности характера, слабости?
- Сомневаюсь. Это человек долга, и понимает, что если свяжется с нашей разведкой по личной инициативе, то обратного пути не будет. Только если на это поступит приказ из какой-нибудь группы властных лиц в Германии.
- И вы хотите, чтобы этот человек работал на реваншистов. Со знанием будущего.
- Но я же не фашист.
- Ну, насчет этого теперь можно не сомневаться.
- Насчет меня теперь все ясно?
- Насчет вас нам сейчас совершенно неважно, попали ли вы из другого времени, из другой, как вы говорите, реальности, или прилетели с Альфа Центавра и выдаете себя за землянина. Нам важно убедить в этом Кеннеди, но не организовывая вашей встречи. И чтобы Кеннеди убедил в этом финансовых и промышленных воротил. Потому что если придет Уоллес, ядерная война практически неизбежна. Уоллес рвется к высшей власти и не брезгует никакой демагогией. Он играет на самых низменных чувствах и предрассудках - страх, ненависть, жестокость, расизм. Он выйдет из кризиса, превратив Америку в полицейское государство, где голос народа не позволит предотвратить самые безумные авантюры. Уоллес - это Гитлер сегодня. Наша задача в двух словах - его остановить.
3. Что сказал лавочник с Лавочной улицы.
"Ну вот оно, задание" - подумал Виктор.
- Если Уоллес так опасен, почему наши газеты об этом молчат?
- Если мы развернем пропаганду против Уоллеса, аналитики ЦРУ решат, что мы считаем его опасным, и тогда военно-промышленный комплекс сделает ему победу. А так - если русские молчат, значит, знают, как провести дядю Джорджа. Значит, надо оставить Кеннеди, он уже имел с русскими дело. Такая логика.
- А что, избиратели никак не влияют?
- Могут устроить скандал с нежелательным кандидатом, разгласить порочащую информацию, подкупить, избирателей, подтасовать голоса... Ну, и как в "Бриллиантовой руке", наконец - труп.
- Чей труп?
- Одного из кандидатов. Но я надеюсь, до этого не дойдет. Тем более, большинство сторонников Кеннеди и Уоллеса - одни и те же. Простые американские мещане. У вас в будущем известна теория мелкого лавочника?
- Что надо развивать мелкий бизнес?
- Развивать мелкий бизнес... Само по себе не так плохо, у нас тоже есть частники и кооперативы, но если не учитывать теорию мелкого лавочника, это плохо кончится для страны. Вы слышали, что Гитлер пришел к власти благодаря мелким лавочникам?
- Да. Но думал, это красивая пропагандистская фраза.
- Лавочник - это не только человек, который держит магазинчик. Это психологический тип. Как раньше говорили, тип мещанина. Но это уже давно не тот тупой и жадный обыватель, как у Маяковского. Это человек приятной наружности, организованный, порядочный в быту гражданин и даже активный общественник. Ему важно благоустройство двора, вежливость продавцов, чистота в цеху. Это очень хорошо. В нашей стране они очень похожи на сознательных советских граждан. Есть только одно отличие, и оно очень опасно. Если для сознательного советского гражданина мир - это вселенная, то мир лавочника - это лавка. В широком смысле, не просто торговая палатка. Лавка - это все, что лавочник относит к своей собственности, это все, на что он имеет исключительное право, или решил, что имеет. Это - "мое". Не то, чтобы вне этого "мое" ничего не существовало, просто это "мое" становится центром мироздания. "Мое" - это мера всех остальных вещей. То, что за пределами - это мура, отвлеченная философия, которой парят мозги. Лавочник понимает только то, что он может держать в лавке. Почему в Германии в тридцатых победил Гитлер, а не коммунисты? Потому что коммунисты говорили вещи правильные, но сложные. Непонятно, как все будут трудиться на общее благо, как это потом будут делить. А вот если скажут - "Пойдем, ограбим другие народы, мы сильны" - это понятно.
- Что-то подобное я слышал.
- Ну вот. Чем русский человек отличается от западного - процент лавочников меньше. Нам нужна справедливость. Нам нужна правда. Западному человеку нужно "мое". А все, что нельзя втиснуть в "мое" - это "чужое". А все чужое они ненавидят, потому что "не мое", потому что нельзя прибрать к рукам. Лавочники терпеть не могут политику. Любую - правую, левую, коммунистов, анархистов, либералов. Все политики для них - жулики, проходимцы, паразиты на теле общества. Цель всех этих начальников и политиков - отнять, помешать, разрушить все, что нажито непосильным трудом. Лавочник никому не верит. Правда ни за кем, правда для лавочника - он сам. Вот он видит простого честного парня, который говорит, что все политики мошенники и воры, этот парень для лавочника свой, он ему верит. Все остальное он просто не поймет. Понятно?
- Да, в общем... Да, встречаются.
- Чего хочет лавочник? Сохранить свое. Вот больше ничего, просто сохранить свое. И если начинается какая-то политическая буча - чтобы все это кончилось, и навели порядок. Правые, левые, независимость, оккупанты - без разницы. Чтобы были деньги и побольше. Остальное - это не важно, не существенно, это все для проходимцев. Важное - это "мое", и лавочник поддержит любого, кто это "мое" защитит. Теперь посмотрим на Америку. Ну, мелких хозяев там много самих по себе. Но этого мало. Любой рабочий, любой служащий, который худо-бедно устроился, мыслит, как лавочник. Лавочная улица, лавочная страна. И тот же расизм у них по расчету. Рабочему наплевать, что его босс - негр, если с боссом нормальные отношения. Но если бедные негры вселились в соседний дом - пиши пропало, квартал превращается в трущобы, цена дома этого рабочего, его собственности падает. Если негр соглашается на ту же работу за меньшую плату - это безработица. У вас такого в несоветской России нет?