Олег Быстров – Русская фантастика 2017. Том 2 (страница 94)
– Что стряслось, парень? Что ты такой перепуганный?
– Говорят, Кобус с ребятами пропали. Вчера утром куда-то ушли и с тех пор ни слуху ни духу. Дядюшка Кройн всех соседей поднимает, а вам, вот, записка от его святости!
– Беги в храм, скажи, я сейчас буду!
Оседлать коня было делом недолгим. Крикнув Фильве, чтобы она ждала Чикмара в лавке и не беспокоилась насчет обеда, Тролленбок быстро оделся, не забыв про стальной нагрудник и пару пистолетов с запасными обоймами, после чего вывел коня на заднюю улицу. Через пять минут он был уже возле храма. Из кухни слышался голос Велойна, о чем-то спорящего с Лейфом. Жос резко постучал; открыл ему сам жрец, одетый в плотную синюю куртку и кожаные штаны. На боку висела знакомая Жосу шпага.
– Хвала богам, – выдохнул Аствиц. – Добрые горожане уже поехали обшаривать окрестные кабаки, но мы, увы, знаем, что это ни к чему. Смотри. – Он метнулся к столу и протянул Тролленбоку лист бумаги, с обеих сторон исписанный крупным ровным почерком старательного ученика. – Наш бедолага гусар ездил в публичную библиотеку Королевского Исторического Общества и нашел там то, что искал.
Жос пробежался глазами по тексту. По всей видимости, перед ним было нечто вроде пересказа какой-то научной статьи, речь в которой шла о страшном культе «Зеленой силы» в Ла-Велле, – о тех самых людоедах, упомянутых недавно Лейфом.
– Получи парень приличное образование, мог бы далеко пойти, – вздохнул Тролленбок. – Дай теперь и мне клочок бумаги. Твоя служанка здесь? Пусть мчится в дом начальника таможни Дибса и передаст ему вот это…
– А пристав? – спросил Велойн, высовываясь из-за спины Лейфа.
– А пристава мы вряд ли растрогаем, он у нас человек без малейшей фантазии.
«Верхняя дорога» в сторону Корви, петлявшая меж прибрежных холмов, напротив мыса Майн уходила вверх, теряясь среди ухоженных общинных садов, но в северную бухточку от нее отходила тропа, которой пользовались рыбаки. Заросли пряницы у берега позволяли спрятать лошадей и добраться до башни, не особо рискуя быть замеченными. Отец Лейф пытался настаивать на том, что необходимо попытаться проникнуть в башню Лерна, не дожидаясь, пока Дибс соберет своих людей и доберется до мыса, но Жос и лейтенант Велойн только качали головами.
– Хозяин со слугами перестреляют нас и будут в своем праве, – хмурясь, заявил Велойн. – Потом они, возможно, и поверят, что перед ними жрец, да только вот нам с вами от этого легче не будет.
– Я думаю совершенно о другом! – кусая губы, возражал отец Лейф. – Совершенно не исключено, что несчастные ребята еще живы, но счет их жизням идет уже на минуты! Первые утренние часы – самое время для изуверов. Поверьте, я знаю, о чем говорю. Недаром в древних культах жертвы богам всегда приносились или перед самым рассветом, или сразу после. «Зеленая сила», по сути, и есть древний, доисторический культ, возрожденный на новом уровне.
– Думать надо том, что двое из этой троицы служили королевскими солдатами, а третий – мясник и сын мясника. Однако же постоять за себя они почему-то не смогли, – морщась, скреб подбородок Тролленбок. – Мы с Эстайном – люди военные и хорошо знаем, что такое тактика и стратегия. Не думаю, что нам стоит ломиться туда, где нас могут прикончить без долгих разговоров.
Остановились в конце концов на том, что Лейф и Велойн отправятся на разведку, а Жос будет ждать в роще, приглядывая за дорогой, так как Дибса он знал лично и тот наверняка рад будет получить информацию именно от него. Жос показал друзьям, где проход в плотных зарослях кустарника, окружавших усадьбу, а где дорожка к главному входу.
– Сбоку, с южной стороны, там полуразваленная конюшня, в ней можно спрятаться, если что. Там же видны окошки каких-то подвалов, но близко я, конечно, не подходил, наблюдал с тех вон холмов, – пояснял он. – И помните, что на вас, возможно, будут смотреть сверху, а это во многом меняет дело. Сверху, Лейф!
Лейтенант сбросил с себя плащ и шляпу, оставшись в кожаной безрукавке и грубых суконных штанах, заправленных в сапоги.
– У тебя нет панциря, – сухо заметил Жос. – А мой будет болтаться…
– Да плевать, – ответил Велойн; на поясе у него висела кобура с длинноствольным морским пистолетом.
Они с Лейфом исчезли в глубине рощи, чтобы несколько минут спустя появиться на узкой тропке склона. До башни было уже совсем недалеко. Качая головой, Жос проводил их взглядом и повернулся к дороге. Как бы Дибс ни спешил, но на то, чтобы собрать хотя бы два десятка патрульных и выдвинуться из города, ему требовалось время.
Солнце пряталось в тучах, которые обещали вот-вот разродиться дождем. Жос хорошо знал эти весенние дожди – мелкая пелена, смешанная с туманом, способная скрыть человека чуть не в десяти шагах: пройдешь рядом, да и не заметишь.
Жрец и лейтенант вернулись на удивление быстро. Оба тяжело дышали после бега, а лицо отца Лейфа покрывала испарина, а глаза у него были белыми от ужаса.
– Они поют, – прохрипел он, срывая с седла своей лошади флягу, – поют какой-то гимн, на три голоса, и это не язык Ла-Велле, это что-то древнее.
– Поют в подвале, – вмешался Велойн, пока Лейф жадно глотал вино. – И клянусь, мне послышался какой-то хрип. Как бы это не Форис – я часто болтал с ним возле храма отца Лейфа.
– Форис, точно, – все еще отдуваясь, подтвердил тот. – Надо ломать заднюю дверь, она на вид не слишком крепкая. Все окна зарешечены, и решетки в два пальца толщиной… Там у конюшни стоит крытый грузовик… пока пустой. Что-то они вывозить собрались. Но сперва явно кого-то прирежут. Идем, Жос, может, еще успеем кого-нибудь спасти.
Тролленбок посмотрел на Велойна, и тот ответил ему мрачным кивком. Обсуждать было нечего. Жос вытащил из седельной кобуры тяжелый карабин, стоящий на вооружении у королевских саперов, вставил обойму на шесть патронов и рывком продернул затвор.
– Пошли, – сказал он.
Мокрая трава на склоне скользила под подошвами сапог, и все же Жос спешил изо всех сил. Башню они обошли слева, встали под черной от старости дверью, прислушались. Теперь и Тролленбок отчетливо слышал странное горловое пение, напоминающее рык.
– Там, в подвале, – указал большим пальцем Велойн.
– Ясно. В сторону!
Жос отбежал на несколько шагов и, не целясь, выстрелил с бедра. Пуля вышибла старинный замок вместе с дверной ручкой и приличным куском дерева. Пение внизу смолкло, но Велойна и Лейфа остановить было уже невозможно, они снесли искалеченную дверь ногами и влетели в затхлую тьму. По всей видимости, черный ход вел в коридор кухни – впереди было светлее, и ощущалось дымное тепло печи. Держа перед собой шпагу, жрец промчался через кухню, повернул направо, ударил легкую внутреннюю дверь ногой и едва увернулся от мелькнувшей из полутьмы табуретки. Сзади оглушительно грохнуло; открыв глаза, Лейф увидел перед собой крупного мужчину в какой-то слабо светящейся накидке, который стоял, зажимая рукой окровавленное плечо. На голове у него красовалось нечто вроде диадемы с небольшими серебряными рогами. Без всяких раздумий Лейф ударил незнакомца рукоятью шпаги в лоб, и тот рухнул, успев выкрикнуть короткое ругательство на лавеллийском языке.
Велойн змеей просочился мимо жреца и бросился к темному провалу ведущей в подвал лестницы. В руке у него был пистолет. Дверь в темном коридоре оказалась заперта изнутри, но дерево давным-давно сгнило, а отремонтировать ее, по-видимому, новый хозяин башни еще не успел: Велойн и Жос налегли как следует, раздался влажный хруст, и дверь слетела с бронзовых петель. Жос пошел первым, и не зря. В грудь ему ударил кинжал, но пробить панцирь, разумеется, не смог. Жос увидел перед собой движущееся зеленое пятно, в котором не сразу разобрал того самого худощавого южанина, что приходил к нему в лавку. Тролленбок с размаху «подмел» его прикладом карабина и успел, попав по ногам. Взвизгнув, мужчина рухнул на колени, но тут же вскочил, поднимая правую руку. Оружия у него не было, однако сдаваться он не собирался: в голову Жоса полетел какой-то странный предмет, похожий на маленький серп. Тролленбок успел заметить бросок боковым зрением и выстрелил, целясь в ногу. Пуля ударила «слугу» в левое бедро, брызнула во все стороны кровь, и тот свалился, как мешок с костями. Велойн стоял уже рядом, целясь из своего пистолета в третьего, крупного бритоголового человека с такой же, как у прочих, светящейся накидке и с диадемой на голове, только у него вместо рожек ее венчали двойные золотые кольца.
– Где Лейф? – спросил Жос, на миг обернувшись.
– Не знаю, – быстро ответил Велойн. – Где-то там…
Длинное помещение, освещаемое расставленными по полу зелеными фонарями, производило гнетущее впечатление. Фонари освещали хорошо если половину его площади, а дальше зеленый полумрак переходил в тьму, из которой явственно слышались глухие то ли хрипы, то ли стоны.
– Врежь ему по башке, – приказал Жос и двинулся вперед, нащупывая в кармане маленький фонарь на сухих батареях.
Острый луч электрического света вырвал из темноты что-то похожее на довольно высокую пирамиду, задрапированную светлой тканью, и справа от стены – черный прямоугольник дверного проема. Хрипы раздавались именно оттуда. Тролленбок поспешно шагнул в холодную сырость погреба и едва не вскрикнул: на трех металлических столах, накрепко притянутые к ним десятками тканевых ремней, лежали три мужских тела. Никаких видимых повреждений на них не было, но содрогался, издавая при этом невнятный хрип, только бывший артиллерист Форис. Жос выдернул из ножен охотничий нож, разрезал широкий ремень, что закрывал несчастному парню рот, потом посветил на свое лицо.