Олег Алтайский – «Сувениры» Смерти (страница 5)
Так как у нападавших был снайпер, работающий в темноте, позиция должна быть не просматриваемая для тепловизора. Бетонные кольца для этого подходили идеально. Тем более, что от них пролегала широкая и глубокая выкопанная траншея. По всей видимости, когда-то тут, собирались прокладывать трубопровод, но из-за войны, все работы забросили.
На телескопический штатив, был установлен тепловизионный прицел. Дополнительная подпитка энергии шла из обычного паурбанда. В колодец опускался кабель, соединяющий тепловизор с планшетом. Дополнительная штанга позволяла поворачивать штатив и наклонять прицел в нужную сторону. Камень со взводником Громом разместились в колодце, а Тол, немного в стороне, в траншее, для выполнения роли их огневого прикрытия, на всякий непредвиденный случай.
Непрошенные гости, появились, как и за день до этого, в районе полуночи. Светящиеся теплом силуэты, двигались на мониторе планшета к первой заградительной линии. Всего их было четыре человека, но где-то был снайпер, который себя пока никак не проявлял. Нападающие двигались осторожно, со знанием дела. Поочередно перемещаясь парами, занимали позиции в укрытиях и после коротких пауз, двигались дальше. Пока двигалась одна пара бойцов, их движение прикрывала другая. Обе пары прошли первую линию сюрпризов. Безопасный отход назад, им был отрезан. Еще немного и они войдут за вторую линию, где можно будет начинать удаленно с ними работать. Но пары замерли. По одному силуэту было видно, что он, с кем-то совещается по рации. Вероятно, они чувствовали засаду, но какую именно понять не могли. Спустя какое-то время, нападающие решились и прошли вторую линию. Потом, они растянулись цепью и приготовились ко входу в подвал. Один боец осторожно подошел к двери. Внимательно проверил всё и по его команде подошел второй боец. Первый, осторожно стал открывать дверь. В этот момент раздался первый взрыв. Первый боец, вместе с дверью, отлетел в сторону. Второй, прижался к стене подвала и остался невредим. Их старший понял, что к их визиту готовились и те, кто их ждет, настроены серьезно. Он дал команду на отход. Но после подрыва и первой и второй линии огневого минного заграждения, шансов на жизнь у нападавших, не осталось никаких.
Никто из обороняющихся не покинул своего укрытия. Снайпер, где-то был на позиции и лезть под его пули желания ни у кого не было.
Через пару минут после взрывов, на большой скорости подъехала машина быстрого реагирования охраны комбината.
Следом подъехал сам Юг. Освещая все прожекторами, они осматривали территорию и безжизненные тела нападавших. Ни Камень, ни Тол, ни Гром, свои позиции не покидали, а только наблюдали. Было понятно, что и нападавшие, и приехавшие на звуки подрывов, это одна и та же компашка. Одно и то же подразделение или, если быть точным, одно и то же вооруженное банд формирование. Наши парни вышли из укрытия только тогда, когда подъехали экипажи Росгвардии.
Камень подошел к их командиру. Увидев Камня, тот тут же набросился на него:
– Да вы вообще охренели что ли? – начал орать росгвардеец, – Вы чего тут устроили?
Камень спокойно дал росгвардейцу выпустить пар и сказал ему:
– Не ори, не у себя дома, не с женой на кухне разговариваешь.
– Что вы тут устроили? – сбавив обороты продолжил Грек.
– Мы обеспечили охрану вверенного нам объекта.
– Вы тюрьму себе обеспечили, – снова с ехидцей в голосе произнес командир росгвардейцев.
– Похоже, что это не самый плохой выбор для нас, в данной ситуации, – спокойно ответил Камень.
– Что? – не поняв хода мысли Камня, переспросил Грек.
Камень пристально посмотрел ему прямо в глаза и спросил:
– На чьей стороне работаешь? Ты за кого вообще? Тебе тоже что ли доплачивают?
Тот, прямой взгляд не выдержал и отвернулся.
Отходя к своим, он отдал распоряжение, взять периметр под охрану, до утра, ничего не трогать и никого не подпускать. Прокомментировав.
– Могут еще сюрпризы быть от этих специалистов-подрывников, – покосившись в сторону Камня, он добавил: – Саперов до выяснения всех обстоятельств происшедшего, задержать. Поедут с нами. Всё, сворачиваемся. Вторая ночь подряд «веселая».
Нервно произнеся это, командир росгвардейцев направился к своей машине.
Когда, возле шлагбаума выезда с территории комбината, Камень увидел лицо Юга, последние сомнения чьи это были люди отпали. Юг был поникшим и подавленным. Проходя мимо него, Камень произнес, чтобы слышало как можно больше людей.
– Это тебе за наших пацанов и разговор ещё, не закончен.
Юг испугано глянул в сторону росгвардейцев и что-то злобно прошипев в ответ, отвернулся и удалился.
Командир росгвардейцев с интересом посмотрел ему в след, потом перевел вопросительный взгляд на Камня, но от мучившего его вопроса воздержался.
В Москве, полковник с позывным Ветер, приложил все свои усилия чтобы парней выпустили из-под стражи. Начались многочисленные допросы и беседы под протокол. Туда-сюда сновали бездельники из ВОГов (временные оперативные группы) и что-то деловито обсуждая, строили свои догадки. Задавали свои вопросы и с умными лицами выслушивали ответы. Все показывали максимальную заинтересованность, но дверь в химлабораторию открывать не спешили. Успокаивало только то, что она была взята под военизированную охрану российских вооруженных сил, но и это обещало быть ненадолго. Ажиотажа вокруг истории с подвалом так и не случилось. Видно, было что кто-то там, на верху, очень не хочет широкой огласки и делает всё возможное, чтобы всё прошло максимально тихо.
Договор по разминированию территории металлургического комбината был аннулирован. Камня, от занимаемой должности отстранили и отозвали в Москву. Пострадал и Юг. Его тоже отстранили. После этого случая, начальник охраны исчез в неизвестном никому направлении. Остался один Гром. Со своим взводом он взял все функции на себя, ему пришлось заменить и Юга с его людьми, поменяв их на своих. Судя по всему, больше никого не нашлось, а возможно никого другого и не искали. Имелся же под рукой целый военизированный отряд. Зачем еще привлекать кого-то?
Так место Юга занял Гром. Теперь ему предстояло контролировать и охранять объект под названием Азовсталь полностью, и снаружи, и внутри.
На гражданке.
Таким образом, Гром оказался приемником Юга и единственной силовой организацией на территории всей Азовстали. Его полномочия, так же, как и личный состав, значительно расширились.
Тол, занял место Камня и вместе со своим подразделением был переброшен на передовую, на Запорожское направление, там работы для саперов-минеров тоже хватало с избытком. Им, предстояло возводить минные заграждения, помогающее нашим войскам держать линию боевого соприкосновения, на непростом участке фронта.
Серьезней всех, пострадал один Камень. Как, собственно, он и предвидел. Про какую-то там химическую лабораторию никто даже не вспоминал, все сделали вид, что ни чего особенного там нет и быстро всю эту историю забыли. Или сделали вид, что забыли.
Прошло несколько недель. Камень, был уволен со службы и сидел без работы, в своей московской квартире. Все накопленные сбережения таяли на глазах и будущее, без средств к существованию, уверенными печальными контурами замаячило на горизонте. Он делал всё, чтобы хоть как-то восстановиться по службе, но все попытки были безрезультатными. Ему не мог помочь ни Ветер, ни кто-то другой, из вышестоящего руководства. Кто-то очень влиятельный, поставил на нем жирный крест. Даже в поисках простой работы, ничего у мужчины не получалось.
Камень, в очередной раз, созвонился с Ветром и договорившись о встрече, ждал его в одном из столичных кафе. Когда Ветер вошёл в заведение и сел за столик, Камень, без предисловий поднял мучавший его вопрос.
– Командир, что мне делать? Я так долго не протяну. Можешь меня отправить куда ни будь? Хоть к черту на рога, в Африку или еще куда дальше. Мне работа по зарез нужна. Мне жить уже не на что.
Ветер, тяжело вздохнув, ответил:
– Даже то, что я с тобой встречаюсь и то мне боком выйти может. Скажи спасибо что от уголовки вас отмазал.
– Да похоже, что мне в тюрьме комфортней было бы. Там хоть кормят и крыша над головой какая никакая, а тут я скоро бомжевать начну.
– Да пойми ты, – продолжал говорить Ветер, – у меня четкое указание сверху отстранить тебя и забыть. Как будто тебя нет и не было вовсе.
– Слушай, но ведь сколько подобных случаев было, всё же разруливалось.
– Как видишь не всё. Кому-то серьезному ты на хвост наступил.
– И что мне делать теперь? Дворником идти работать?
– Подожди с полгодика, глядишь и утихнет всё.
– А полгода, мне что делать? Зубы на полке сушить? Да и не факт, что через полгода что-то изменится. Командир, ну хоть что-то. Помоги с работой, прошу тебя.
– Подумаем.
– Вот как чувствовал, что с этим подвалом лажа будет. Долбаный Тол, уговорил же меня в эту лужу дерьма вляпаться. Теперь он рулит вместо меня, а я на помойке, без денег, без работы и с волчьим билетом.
– Я же тебе русским языком говорил, отойди в сторону, не лезь. Какого лешего ты по-своему всё сделал?
– Ты сказал поставить табличку «Заминировано», я это по-своему услышал. Всё заминировали и табличку поставили.
– Ага, поставили они, только подсветку, к табличке, провести забыли. Ладно, это всё уже в прошлом. В твоей ситуации ты сам виноват. Хоть это осознаешь?