Олег Алтайский – «Сувениры» Смерти (страница 7)

Двигаясь на машине по знакомым дорогам и улицам, Камень вспоминал те, уже далекие годы. С тех пор, прошло девять не простых лет и вот он снова здесь и снова его мысли и поступки далеко не мирные. Мужчина тяжело вздохнул и припарковал свой автомобиль в центре Безыменного, там, где возле магазинчиков, обычно и собирались все военнослужащие. Он вышел из машины и стал взглядом искать своего знакомого.

Вскоре, рядом с ним остановился армейский Урал. Из него выпрыгнул Гром и с дружелюбной открытой улыбкой, направился к Камню. Они дружески обнялись и прогуливаясь по улочке в сторону моря, стали разговаривать.

Обсудив все моменты, Камень принял решение отогнать опасный груз подальше от России. Вариант куда именно, пришел в голову сам собой. Вспомнив, про своего заместителя Тола, он решил его навестить и передать на хранение то, что тот так сильно хотел когда-то заполучить.

Гром, выдал Камню, заранее подготовленные, автомобильные номера с документами и пропуском. Всё то, без чего невозможно было проехать, в то время, через множество армейских блок постов на всех дорогах.

Провести ночь, Камню пришлось в своей машине. Доехав до Мариуполя и заняв удобную позицию для наблюдения за перемещениями поисковых групп, на почтительном удалении от территории комбината он принялся ждать. Когда активность спала, и в предрассветное время наступила полная тишина, Камень по рации связался с Громом и сообщил что время для выезда фуры с комбината самое подходящее. В помощь им, на землю опустился плотный туман.

Через несколько минут, мимо укрытия Камня, проехала грузовая фура. Проследовав за ней некоторое время и убедившись в отсутствии преследования, Камень обогнал её и подал условный знак к остановке. Грузовой тягач принял вправо и замер.

Прихватив свою спортивную сумку, Камень вышел из легковушки и направился к фуре. На встречу ему шёл один из знакомых ему, бойцов Грома.

– Приветствую вас, – произнес парень в армейской форме. – Как у вас дела?

– Привет. Да жив пока, как видишь, – ответил Камень и протягивая ключи от своего Форда произнес: – На, держи ключи от моей машины. Отдашь ее Грому. Попроси, пусть московские номера снимет и украинские повесит. Чтобы внимание не привлекала.

Парень взял ключи и утвердительно кивнув головой ответил:

– Хорошо, передам.

– Ну все тогда, пока туман, надо отъехать от Марика как можно дальше.

– Согласен. Ну доброго пути.

– Благодарю. Рацию не забудь.

Камень передал бойцу ключи от машины и радиостанцию, подошел к тягачу и открыв дверь, забросил в салон свою сумку. Затем он поднялся в кабину сам и через несколько секунд грузовая фура с трудом сдвинулась с места. Загружена она была явно с превышением всех допустимых весовых норм, но тем не менее ехала.

Переживая за состояние колес, и чтобы избежать лишней на них нагрузки, Камень медленно двигался вперед, объезжая многочисленные выбоины на дороге.

Медленно начинало светать. Проехав Мариуполь, Камень направился в сторону Мелитополя. Время в пути заняло несколько часов.

Когда он, въехал в Мелитополь, было уже за полдень. На въездном блокпосте его встретил Тол. Он залез на пассажирское сиденье и удивленно разглядывая тягач произнес:

– Привет, командир. Как это тебе удалось, умыкнуть всё в одиночку?

– Долгая история, потом расскажу, – Камень сурово взглянул на своего бывшего заместителя.

По внешнему виду Тола, было видно, что он осознает, насколько серьезно подвел своего боевого товарища и что он, очень сильно это переживает. Теперь он готов был выполнить практически всё, чтобы искупить свою вину перед ним.

– Командир, ты только скажи, – в свое оправдание произнес Тол. – Всё что хочешь для тебя сделаю.

Камень укоризненно глянул на него и ответил:

– Всё что хочешь не надо. Фуру мою, вернее нашу, спрятать надо понадежней.

– Вообще не вопрос. У нас на металлобазе, в самом городе, стоят арестованные приставами грузовики. Те, что у укров с контрабандой отжали. Давай между ними загоним, никто и не найдет. Самим бы найти потом.

Камень удовлетворённо произнес:

– Отлично. Поехали тогда на металлобазу, фуру прятать, а то времени нет совсем. Не следует на ней светиться долго. Потом поговорим.

Тол согласно кивнул, с трудом выбрался из кабины и сев в свой уазик, тронулся с места, показывая дорогу.

Через час машина была припаркована так, что и в самом деле, найти её было маловероятно.

– Командир, что ещё сделать, ты говори, не стесняйся.

Камень ухмыльнулся, реагируя на слово – не стесняйся. Но заострять свое внимание на этой фразе не стал, дав Толу новую задачу.

– В Мариуполе Форд Транзит мой остался. Отправь бойца посмышленее, пусть его сюда перегонит.

– Решу, всё сделаем. Нет проблем.

Тол видел и чувствовал негативное к себе отношение со стороны бывшего командира и всячески пытался угодить ему, но все его попытки были какими-то корявыми.

Желая как можно скорее избавиться от навязчивого внимания своего бывшего подчиненного, Камень сказал:

– Я поспать хочу с дороги. Фуры с перегрузом водить, это тебе не на легковушках кататься.

– Всё, я тебя услышал. Поехали ко мне на базу, лучшую комнату выделю.

Таким образом, у простого столичного охранника с подземной автомобильной парковки, бывшего сапера-подрывника, оказалась целая фура, доверху забитая секретным стратегическим оружием. Вероятность того, что оно было ядерным, была очень высокая. Во всяком случае, на тот момент, он и сам не знал, обладателем какого именно груза, он неожиданно стал.

Если кому-то может показаться не реальной подобная ситуация, то предлагаю изучить информацию по бардаку и беспределу тех лет, на той территории, которая сначала была украиной, а потом перешла к России. Даже не рядом с передовой, а в глубоком тылу. Иллюзии развеются моментально. В этой "чудной" стране, в те года, было возможно всё. Особенно то, что несет смерть. В надежде править миром, по указке своих заокеанских хозяев, украинцы создали на своей территории столько различных секретных лабораторий, фабрик и производств, что потом еще долго предстояло это всё выковыривать и обезвреживать. Что же касается Мариупольской Азовстали, то было бы удивительно обратное, если бы там не было подобного производства. Где-где, но в рассаднике националистического батальона Азов, на просторах многокилометровых заводских подземных ходов и различных помещений, это было более чем вероятно. Уверен, что это не единственная находка тех лет в Азовстали. Уверен, что до сих пор можно найти подобные лаборатории и не единичными случаями, а десятками. Хорошо если не сотнями.

Кто немного знает, или представляет площадь любого металлургического сталелитейного комбината, тот не будет отрицать что по размеру это целый город.

Под землей, примерно тот же масштаб из катакомб и подвалов. Даже пусть в два или три раза меньше, чем на поверхности. Всё равно, это такие площади, где спокойно жить и творить можно что угодно, годами и никто о тебе не узнает. А сколько подобных лабораторий раскрыто нашими спец службами и снова засекречены? Сколько их, поменявших хозяина и флаг продолжает трудиться над созданием смертоносного секретного оружия? Химического, бактериологического, ядерного. Вот вопрос, не имеющий ответа для обычных обывателей. Если задуматься про масштабы, то вероятность того, что какой-то расторопный и ушлый боец смог прикарманить себе кусочек от этого пирога, очень высока. Как раз, как в нашем случае. Когда бывший военнослужащий, потерявший работу, и вынужденный влачить жалкое существование, в один момент стал обладателем многомиллионного ракетного комплекса, способного нести ядерный боезаряд.

С этими мыслями в голове, Камню, особенно выспаться не удалось. Его мучал вопрос, что теперь с этим всем добром делать. Мужчина лежал с открытыми глазами и прокручивал в голове различные варианты: "Гром, радуясь, что эта забота свалилась с его плеч, даже слушать больше не пожелает о каком-то дальнейшем участии в этом вопросе. В помощниках остается один Тол. Больше довериться не кому. В принципе, на первое время, этого достаточно. Но может ну его, всё это к чертям? Передать всё добро властям и забыть? Но кто его знает, как это потом аукнется. Тихонько пристрелят как собаку, которая нос свой сунула куда не следует и забудут.

Просто оставить все это добро на парковке? Когда-то же его, все равно найдут и вскроют. Как поступят, те новые владельцы? Или вдруг, это добро, само сдетонирует, летом, например. Когда жара за сорок на улице, а в закрытой фуре вообще духовка. Как быть и как поступить."

Вопросов у Камня было больше, чем ответов.

Когда Тол вернулся, Камень обрисовал ему всю картину вместе с перспективами. Тол многозначительно выслушал и предложил:

– Прежде чем принять какое-то решение, нужно хотя-бы взглянуть на то, о чем идет речь. Давай командир, фуру аккуратно вскроем и одним глазком заглянем внутрь.

– Не боишься, что у нас костюмов радиохимической защиты нет?

– Вот ты чудак-человек! Сам несколько сотен километров вёз это и ни чего. А тут заглянуть опасаешься. Я тебя потом водкой с йодом напою. Радиацию как рукой снимет.

– Водкой с йодом? А ты от куда знаешь, что от радиации это поможет.

– Да особо не знаю. Так, предположил просто. Ну не зеленку же пить? Но что-то выпить обязательно надо.