Олег Акатов – Игры Кисялюриков. Том 3 (страница 3)

– А что значит, банька по-чёрному? – спросил я.

– Так то и значит! Понимаешь?

– А можно, конкретней?

– Вот, в этом доме, у печи есть труба, а это значит, что дом отапливается по белому. А вот в той баньке трубы нет. Куда уж, конкретнее? В баньке очаг выложен из камней, а на нём стоит железный чан. А когда под очагом дрова горят, то горячий дым выходит через открытую дверь и через небольшие оконца. А по пути, дым нагревает стены, пол и потолок. Это, мне банник объяснил. А, чтобы я это основательно запомнил, так он, ещё, моей мордой.... Так тебя, значит, Яапама звать? А у нас порталы, уже, лет пятнадцать, как работать перестали. Мне подзаряжаться стало нечем. Меня, тогда, хозяин поймал, ну это, когда я выть начал. Он тогда, как раз, свататься приходил. А теперь, молочка мне нальёт в блюдечко… А я всю энергию из молочка выберу, а оно, сразу прокиснет, тем и подзаряжаюсь. Ну а ты, какой энергией подзаряжаешься? Ты про грибы, что-то рассказывал. Я, тоже, люблю на грибы смотреть, особенно, на мухоморы. Они красивые, особенно, когда молоденькие!

– Считается, что самая чистая энергия протекает в грибнице, в той, что на многие километры тянется под почвой. Но, когда грибницу искать лень, я забираюсь под кору дерева. Протекающая энергия зависит от вида дерева. Лучше всего, для зарядки, подходит дуб, яблоня или акация, а вот тополь и осина, совсем, не годятся.

– А у нас дуб растёт. Молоденький… Полетели, покажешь, как ты подзаряжаешься. А то, когда хозяин уезжает, я сижу голодный, меня никто молочком не подпитывает. В сарае, у коров, мне тоже нельзя появляться, там свой хозяин есть. Ну вот, тогда я и начинаю хулиганить… Вот, тогда, совершенно случайно, может прокиснуть и целое ведро молока. Но, потом, я болею, долго…

Прилетев к деревцу, указанному Порти, я перевёл проявленную сущность, в виде ворона, на невидимую, простому человеческому глазу, сущность лешего. На личном примере я показал и объяснил Порти, как следует, лучше всего, подзаряжать свою сущность.

– Видишь энергетический поток, что проходит сразу под корой дерева? Так ты должен до него добраться и, осторожно, не спеша, разорвать его своими лапками, а сам, сразу же, забирайся в место разрыва. Проходящий поток энергии станет обволакивать твою сущность, это идет подзарядка. Давай, пробуй, разрывай поток энергии и подключайся, ныряя в разрыв!

Так мы и подзаряжались, пока, Порти, меня не разбудил.

– Раз уж ты не спишь, послушай, как русалки на речке поют. Только ты близко к ним не подходи, защекочут. Эти речные русалки одного моего знакомого к себе в воду затащили… А нет, замолчали. Хотя, нет, снова запели.

– Мы русалочки речные, чешуйки золотые, хвостиком играем, звёзды отражаем.

– Дом у нас речная гладь, тут, такая благодать!

– Дружно мы в реке живём, ночью песенки поём.

– Мы русалочки речные и фигурки расписные, чешуя на нас блестит, взгляд людей к себе манит.

– Увидим мы влюблённый взгляд, сердечки наши задрожат.

– Сердце русалочки мелко дрожит, душа у русалочки, тоже болит.

– Жизнь у русалки не так уж легка, где бы русалке найти жениха? Ха, ха, ха, ха, ха!

– Душ мало найдётся в этом миру, что захотят к нам попасть в глубину.

– Все взлететь стремятся ввысь. Где жених мой, отзовись?

– Приходите к нам купаться, будем хвостиком плескаться.

– Гребешки нам приносите, в реку хлебушек крошите, и тогда, купаясь, вы, станете душой чисты.

– От чёрных болот и до синего моря, несётся наш смех вдоль реки.

– Наш смех очищает речные просторы, становится чище воды.

– Эх, русалочья судьба, да девичья доля, защекочем до пьяна купальщика любого… Хи-хи-хи! Ха-ха-ха…купальщика любого…

Пение резко прекратилось, а Порти мне мысленно передал.

– Летим домой! Слышишь, кто-то у реки по мостику топает? А вдруг, это снова солдаты? А светило ещё не взошло. Даже петух и тот, ещё спит!

Вернувшись домой и, залетев в комнату, мы сели на печь, рядом со спящими детьми. Хозяйка не спала, она, как раз, зажгла новую лучину. В комнате стало светлее, и хозяйка занялась пирожками. Она положила их на противень, смазанный маслом, готовя отправить его в хорошо разогретую печь. Вскоре раздался стук в стену. Хозяйка подошла к стене и отодвинула дощечку, которая закрывала отверстие в деревянной стене.

– Кто там бродит по ночам? – спросила она.

– Мы паломники! Идем в монастырь. Дайте нам хлебца, а мы помолимся за ваше здоровье.

– Хлеб я ещё не пекла. Сухари возьмёте? – спросила хозяйка и, взяв со стола пяток сухарей, передала их через отверстие в стене.

– Возьмём, возьмём! Спасибо! Передавайте от нас привет Леснику! Обязательно помолимся за ваше здоровье и за здоровье детишек ваших…

– А почему вы ночью ходите? Вам не страшно? – спросила хозяйка.

– В последнее время, что-то нечисть, в наших краях, расшалилась. Так вот, наш плотник настрогал крестиков осиновых, а мы их в монастырь несём. А, там, Чёрные монахи наши крестики освятят. Мы проверяли, освященный крестик любую нечисть отпугивает. А вас что, нечисть не тревожит? Если хотите, то на обратном пути, мы и вам крестики занесём?

– Спасибо, не надо. У нас домовой хороший, он, даже, с нашими детишками играет. Конечно, бывает, что иногда и хулиганит, но ничего плохого он нам не делает.

Хозяйка задвинула дощечку, закрыв отверстие в стене.

– Порти. Что это за отверстие в стене? – спросил я мысленно.

– Ну, я слышал, что так милостыню подавать, намного безопаснее, чем ночью выходить за ворота. А в непогоду, вообще, не надо на улицу выходить. Да ты посмотри! Ну, вроде бы ушли? А, нет, снова пришли.

С улицы, донеслись удары в ворота. Проснувшись, хозяин поднялся с лавки, которая находилась рядом с входной дверью, накинул на плечи одежонку, сшитую из шкур животных, и вышел из дома. Вскоре послышались приближающиеся шаги, звуки, которые перекрыл, незнакомый мне, мужской голос.

– … иду по дороге, а паломники мне на встречу. Они меня увидели, сразу, ускорили шаг, видно решили прийти раньше меня. Думая, что я могу первый милостыню забрать, а им, тогда, ничего не достанется. А я, вот, раньше одежду сшил, чем договаривались. Решил, сразу же, её и принести. Но, надо ещё, её подогнать. Вижу, что дети спят. Да и темно, к тому же. Но у меня есть к тебе срочное дело. Охотник нёс добычу домой и видел, как где-то тут, недалеко в лесу, или быстро сел, или упал разведывательный бот. Ты можешь спросить у Лешего, он должен знать, где бот лежит?

– Давай, портной, приляг на лавку, да поспи. Потом о делах поговорите, а то ещё детей мне разбудите. А как рассветёт, так я всех и разбужу, да к этому времени ещё и пирогов напеку, – предложила хозяйка.

– Спрошу, конечно, если не забуду. А ты, пока, ложись на моё место, оно ещё тёплое, – поддержал жену хозяин. – А я, пока, по хозяйству похлопочу. Да и возчики должны скоро приехать… Мне дня не хватает…

Сунув, принесённую с собой, сумку под лавку, портной лёг на место хозяина. Хозяин накрыл его бараньей шкурой. Подойдя к столу, он выпил кружку молока, вытер рукавом губы и вышел из дома.

ГЛАВА 2

Вылетев во двор, я увидел, что небо сереет, а хозяин взялся за вилы и стал сбрасывать сено с телеги. Отлетев от дома и взлетев выше, чтобы осмотреться, я заметил, что Порти летит рядом. В предутренний час лес, за речкой, выглядел загадочно, а особенно красиво смотрелись вершины вековых елей, выступающие из утренней дымки и напоминающие собой древние храмы. Тишина этого сказочного великолепия, иногда, нарушаемая задорным смехом русалок, создавала впечатление, что всё это было изображено художником, в качестве декорации к сказочной постановке. На дороге показались две подводы с возчиками. Они, сразу, нарушили тишину скрипом несмазанных колёс. Взглянув на руины здания, которые в полумраке выглядели довольно загадочно, я полетел в их направлении.

– Порти, ты не знаешь, что это за руины? Что тут было раньше?

– Случайно, знаю. Здесь раньше было поместье, тут жил барин. Но, потом, барин состарился и умер, а поместье…

Но, тут, я услышал хриплые голоса, которые раздавались с места развалин, где лежали аккуратно сложенные брёвна. Подлетев к брёвнам, я завис над ними. За брёвнами прятались люди, разбойничьего вида. Их драная одежда была полностью мокрая от росы, осевшей на ней. Эти люди держали в руках дубины, копья и длинные ружья. Они очень громко спорили, хотя и делали вид, что шептались.

– …видишь, собаки у них нет, а ты, ещё не хотел паломников вперёд пускать.

– Надо было и паломников ограбить!

– Да, что там их грабить, у них ничего нет! А нам нужны, только подростки, нам за них заплатят. Значит так, подходим и перелезаем через частокол. А ты, Тощий, поцарапаешься в дверь, а потом, мяукнешь. Да уж, постарайся так мяукнуть, чтобы вышло жалобно, как в тот раз… Хозяйка подумает, что это кошка вернулась и откроет дверь.

– А если, у них, нет кошки?

– Не морочь мне голову! Нет кошки, значит, обрадуется и откроет! Только не вздумайте детей бить! Кто на них руку поднимет, я тому, сразу, её и отрублю…

– Наверное, мы опоздали, – сказал один разбойник, выглядывая из-за брёвен. – Вон, уже две телеги на подходе. А мне, именно, детей Лесника заказывали. Так, что будем делать?

– Ничего, не опоздали! Это ещё и лучше! Значит, Лесник уедет, а нам никто не окажет сопротивления.