Ol Nau – На ходу (страница 2)

Он видел себя в зелёной форме, с орденами на груди, отдающим честь перед строем из двадцати бойцов. Звезда на фуражке сияла на солнце, а взгляд был твёрдым и уверенным. Он знал, что только так, достигнув высот в своей карьере, он сможет произвести впечатление на эту девушку, сидящую напротив. Она, с её холодностью и амбициями, не посмотрит на простого солдата. Её привлекут только достижения, только статус. Он представил, как приходит в большую городскую школу, где она уже работает педагогом, уважаемым среди коллег и учеников. Он видел её в окружении других учителей, мужчин, которые могли бы заинтересовать её, и его сердце сжалось. Он ещё даже не знал её имени, но мысль о том, что кто-то другой может быть рядом с ней, уже причиняла ему страдания.

Его взгляд снова упал на девушку. Она, словно чувствуя его внимание, опустила глаза на свои колени, явно испытывая неловкость. Её пальцы нервно теребили край узелка, а поза стала ещё более скованной. Он понимал, что она никогда не снизойдёт до общения с ним, если он не станет кем-то значимым. В его мечтах он видел себя в полной выправке, с орденами на груди, отдающим честь, приложив руку к высокой фуражке. Только так он мог бы привлечь её внимание.

«Да, тяжёлая задачка мне предстоит с этой королевой», – подумал он. Но в то же время он был уверен в своих силах. Он знал, что таких целеустремлённых, умных и опытных бойцов, как он, можно пересчитать по пальцам. Его цель стала ясна: добиться успеха в городе, стать лучшим в своей профессии и завоевать не только её внимание, но и её любовь. Он хотел быть с ней на равных, а может, даже выше неё. Теперь у него была мечта, ради которой стоило жить и бороться.

Он крутил в руках свою фуражку, изредка поглядывая на девушку. Она, утомлённая долгой дорогой и напряжением от разговора, задремала. Её голова слегка склонилась к окну, а рука, всё ещё лежащая на узелке, расслабилась. Вагон продолжал покачиваться на рельсах, а за окном простиралась бесконечная песчаная равнина.

Парень, воспользовавшись моментом, тихо подсел ближе к ней. Его движения были осторожными, чтобы не разбудить её. Он взглянул на небольшой узелок, стоящий рядом с ней, и, после секундного колебания, аккуратно развязал его. Внутри он нашёл документы – паспорт, в котором было написано её имя: Алина Псковская из города Казань. Его взгляд смягчился, а губы тронула лёгкая улыбка. Он аккуратно завязал узелок обратно, вернув всё на место, и нежно коснулся её запястья левой руки. Она продолжала спать, не замечая его прикосновения. Он сидел рядом, держа её руку, и откинулся на спинку сиденья, погружённый в свои мечты. В его воображении он снова был важным офицером в зелёной форме, с орденами на груди, а она смотрела на него с восхищением.

Но вдруг её ресницы дрогнули, и она открыла глаза. Увидев, что он сидит рядом и держит её за руку, она резко подскочила, её лицо исказилось. Выдернув руку, она схватила свой узелок.

– Вы что творите? – её голос дрожал от возмущения. – Вы почему меня держали за руку, сукин сын ты этакий? Я на вас пожалуюсь на ближайшей станции! Раз вы такой маньяк и цепляетесь к женщинам, хватаете их за руки во сне!

Её крик привлёк внимание других пассажиров, которые начали оборачиваться, шептаться и переглядываться. Поезд как раз замедлял ход, подъезжая к очередной станции. За окном уже виднелся перрон. Алина, не теряя времени, схватила свои узелки и, как только поезд остановился, выскочила на перрон. Её шаги были быстрыми, почти бегом, и она направилась прямо к будке милиционера, стоящей слева от выхода.

Милиционер, заметив её взволнованный вид, тут же свистнул, подзывая коллег. Вместе они вернулись к вагону, где всё ещё сидел парень, ошарашенный происходящим. Его лицо выражало полное непонимание, а руки, всё ещё сжимали фуражку. Милиционеры, одетые в строгую форму, обступили его, и один из них, высокий и широкоплечий, произнёс твёрдым голосом:

– Гражданин, пройдёмте с нами для выяснения обстоятельств дела в случае о нападении на женщину в поезде. Мы должны разобраться в произошедшем с гражданкой и вами.

Парень, не сопротивляясь, поднялся, всё ещё не понимая, как его действия могли быть восприняты настолько серьёзно. Вагон, в котором только что царила тишина, теперь наполнился шёпотом и любопытными взглядами. За окном перрон постепенно пустел, а поезд, издав протяжный гудок, готовился продолжить свой путь.

Глава 2. Падение надежд. Арест на станции

Прохлада окутывала маленькую станцию, затерянную среди бескрайней песчаной равнины. Платформа была выложенная серым камнем, поддерживаемая тонкими металлическими столбами, отбрасывала длинные тени на землю. Поезд, из которого только что вышли пассажиры, стоял на рельсах, пыхтя паром, а его чёрный паровоз с красной звездой на фронте выглядел монументально.

Парень, всё ещё ошеломлённый происходящим, собрал свои вещи: надел фуражку с красной звездой, взял в руки коричневый кожаный чемоданчик, аккуратно застёгнутый на латунные пряжки, и последовал за милиционерами к выходу из вагона. Его шаги были тяжёлыми, а лицо выражало смесь растерянности и непонимания происходящего. На платформе его ждали три милиционера в строгой форме, их лица были непроницаемы, а в руках одного из них поблёскивали металлические наручники. Девушка, Алина, стояла чуть поодаль, у одного из столбов, поддерживающих крышу перрона. Её светло-серый костюм выделялся на фоне станции, а узелки из бежевого платка, которые она крепко сжимала, казались её единственной опорой. В её глазах читался страх, смешанный с отвращением, когда она смотрела на парня. Для неё он теперь был не просто навязчивым попутчиком, а настоящим чудовищем, преследующим женщин с непонятными намерениями.

Когда на парня надели наручники, его взгляд невольно устремился к Алине. Её лицо казалось ещё более хрупким и уязвимым. Она, заметив его взгляд, отвернулась, пытаясь спрятать свои глаза, полные тревоги. Её руки нервно сжимали узелки, а плечи слегка дрожали от напряжения. Парень же смотрел на неё, словно зачарованный, не в силах оторвать взгляд. Её образ, такой холодный и недоступный, запечатлелся в его памяти, но теперь этот образ был омрачён её страхом и его собственным унижением. Наконец, не выдержав, он отвёл глаза в сторону, посмотрев на верхний угол станции, на металлическую крышу. На его глазах начали наворачиваться слёзы – от непонимания, разочарования и осознания того, что его жизнь рушится прямо на глазах.

Он опустил голову, чувствуя, как холод металла наручников сковывает его запястья. Мысли о том, что эта ситуация может повлиять на его служебные успехи и мечты о будущем, жгли его изнутри. Теперь он понимал, что в глазах этой женщины он навсегда останется лишь преступником, человеком в наручниках, которого она будет бояться и презирать. Слёзы подступали всё сильнее, и он старался смотреть в сторону, чтобы не видеть её перед собой и не пугать её ещё больше своим видом. В его сердце зрело горькое осознание: его жизнь сломана, и он никогда не сможет предстать перед ней в образе бравого офицера, о котором мечтал. «Какой же я дурак, – думал он, – зачем я подсел к ней, зачем взял её за запястье?» Слёзы душили его, и он не мог сдержать их, чувствуя, как они текут по щекам.

Алина, заметив его слёзы, посмотрела на него с раздражением. Её голос, холодный и резкий, разрезал тишину станции:

– Ну вот, ты чего плачешь? Тебя ведь в тюрьму не посадили, а ты тут нюни разводишь. Вот ещё, а мужиком приставал к посторонним женщинам в поезде. Ишь какой нашёлся насильник и преследователь.

Её слова, словно удары, окончательно подкосили парня. Он не понимал, как теперь сможет добиться этой строптивой, но такой притягательной женщины, которая сейчас вытирала об него ноги. В её глазах он был ничтожеством, человеком, который якобы собирался её изнасиловать. Это осознание терзало его, и он чувствовал, как в груди закипает злость. Он поднял голову и посмотрел на неё с вызовом, его взгляд стал жёстким.

– А что я тебе такого сделал, что ты со мной так поступила? Зачем это всё? – он показал свои руки в наручниках, на которых висела часть его одежды, скрывая металл от посторонних глаз. – Тебе что, нечем заняться, как только портить людям жизнь, которые посмотрели на тебя в поезде и хотели познакомиться, просто по-человечески общаясь, всего лишь взяв за руку, когда ты спала?

В голове снова всплыл образ офицера, которым он мечтал стать. Но реальность вернула его на землю: он опустил голову и дёрнул её влево, подальше от Алины, не желая больше видеть её презрительный взгляд.

Алина, стоящая в стороне, посмотрела на него с ещё большим недовольством. Её лицо выражало уверенность в своей правоте. Она была убеждена, что перед ней насильник, который хотел её преследовать, а теперь пытается выставить её дурой, не знающей своего места. Это только сильнее разозлило её, и она шагнула вперёд, бросив с негодованием:

– Ах, вот как ты заговорил! Значит, это я дура, что не позволила тебе хватать меня за руку и тащить куда-то, чтобы ты смог насладиться моим телом где-то в тамбуре поезда, изнасиловав меня?

Её слова прозвучали громко, и несколько зевак, стоящих неподалёку на перроне, обернулись, перешёптываясь. Парень, ошеломлённый её обвинениями, уставился на неё с широко открытыми глазами.