Оксана Волконская – Драконий отбор, или Нежеланная невеста-попаданка (страница 29)

— Кто, мама? — с отчаянием переспросила я. — Кто мой отец? Повтори, пожалуйста!

Ага, как же… В ответ кваканье только повторилось, а зеркало подернулось рябью, как раньше, в моем глубоком детстве во время профилактики на телевидении.

— Мама! — все еще попыталась докричаться до нее я, но связь уже прервалась. В отчаянии я стукнула кулаком по полу и поморщилась — оказалось больно. Я попыталась активировать связь вновь, но без толку. Раз за разом сигнал уходил, но ответа я не получала. И это не могло не вызывать тревоги. За все время существования таких связующих зеркал подобное произошло первый раз. И мне оставалось только надеяться, что с мамой ничего страшного не произошло. Вот только страх упрямыми тисками все равно подступал к горлу и заставлял в панике сжиматься сердце.

— Ну же! — я сильнее стиснула ручку зеркала, в надежде, что вот-вот все изменится. Однако сигнал точно натыкался на какую-то невидимую стену. — Так, Стефания, — обратилась я к самой себе. — Вдох-выдох. Нужно успокоиться. Паника — плохой советчик, сама знаешь.

Этот аутотренинг немного помог. Ведь не зря говорят, что твой самый лучший друг — ты сам. Как только мне удалось унять страх, я смогла очистить свои сознания и эмоции и активировать связь. Ее сложно назвать магической, но такая связь присутствовала у близких родственников (не только по крови). Пройдя по ней, я не могла бы связаться с мамой, но хотя бы почувствовала, в порядке ли она, отголосок ее эмоций.

К счастью, мамулечка была в полном порядке, разве что слегка взволнованна. Ну что ж, это все ерунда. Главное, жива и здорова. А со всем остальным я уже разберусь по ходу дела. Ну и что, что я понятия не имею, кто мой отец? Предположения у меня имеется, будем исходить из него. Тем более, мама не подтвердила, что я — дракон. Возможно ли, что я феникс?

Отчего-то эта мысль отдалась теплом в душе, и я невольно улыбнулась. Что ж, узнаем все на практике. В конце концов, все же не настолько страшно, как может показаться. Витольд точно не мой брат, и эта мысль не может не радовать. А еще, кажется, я могу в определенной степени доверять его величеству. Так что жизнь не так уж и плоха, как может показаться на первый взгляд. А с проблемами я еще справлюсь! Я же сильная, правда?

С этими мыслями я решительно поднялась с пола ванной. В конце концов, где это видано, чтобы риды сидели на полу? Хм, интересно, а видел ли вообще этот мир рыдающих на полу рид? Почему-то стало любопытно. По идее, девушки во всех мирах мало чем отличаются, но есть же еще правила приличия, которых тут стараются придерживаться. И вот они-то очень многое значат.

Я хмыкнула себе под нос, поразившись, какие идиотские мысли приходят мне сейчас в голову. Все, что угодно, лишь бы не думать о том, что происходит. По какой причине разговор с мамой прервался? Эх, понять бы…

А в моей спальне тем временем деловито хозяйничала фея-крестная. Она облетала владения, точно надеясь отыскать в них какой-нибудь клад. Я даже невольно заподозрила, что Милли пыталась подслушать мой разговор — слишком уж деловито она себя вела. При моем появлении феечка обернулась ко мне и спросила:

— У тебя что-то случилось?

А вот это она зря. Мне как-то сразу вспомнилось все, о чем я так жаждала побеседовать с этой особой. Как минимум, выяснить, не имеет ли она отношения к нашему странному помешательству с Витольдом. В конце концов, кто, как не фея любви, может быть сравним с амуром и прочей вредной пакостью? А я и так перенервничала, так что сейчас и крестной немного достанется. Самую чуточку… Мне же нельзя терять союзницу, правда?

— Случилось, — мягко проговорила я, делая шаг по направлению к крестной. — У меня к тебе есть один важный вопрос.

— И какой же? — настороженно поинтересовалась Миллисент, невольно отступая. Кажется, несмотря на все ее выкрутасы, с инстинктом самосохранения у феечки все было в порядке.

— Скажи, пожалуйста, как ты объяснишь, что мы с твоим подопечным то и дело попадаем в двусмысленные ситуации? — уточнила я, максимально завуалировав слово «целуемся». Заодно и проверим, насколько внимательно она приглядывает за нами и что из всего этого вытекает.

— А я откуда знаю? — феечка пренебрежительно повела плечиком. — Кто же виноват, что вас друг к другу притягивает, как два магнита, да еще изрядно сдобренные магией?

Ага, то есть она все-таки в курсе, что происходит между нами. Приглядывает, так сказать. Вопрос только, как сильно она при этом свою волшебную палочку прикладывает. Почему-то от мысли, что все наше притяжение может быть только магией феи, я испытывала разочарование. И пусть я не собиралась на самом деле становиться его супругой и искренне надеялась вернуться в свой мир, думать о том, что первые подобные чувства во мне вызывала чья-то магия, оказалось тошно. Как говорится, не хочу и не буду.

— А магией случайно не ты сдобрила? — прищурившись, уточнила я, в упор глядя на феечку. Та от возмущения аж подлетела в воздух:

— Знаешь, я вообще-то приличная фея любви, а не какая-то ведьма, промышляющая приворотами! — завопила она. — Так что все претензии можете выставлять себе самим. Я лишь вижу подходящих друг другу особей, возможно, сталкивая их при необходимости. Но никогда — слышишь, никогда! — я не заставляю кого-то влюбляться друг в друга и уж тем более целоваться. Поняла?!

Еще как поняла. Из всех ее возмущенных воплей я смогла вычленить главное.

— То есть первый раз, когда Витольд наткнулся на меня в библиотеке, это вовсе не было случайностью? — подозрительно спросила я. — А сегодня?

— Первый раз — не случайность, — нахохлившись, как воробей, призналась феечка. — А вот сегодня я вообще вами не занималась. Мне еще с Тео разбираться надо!

Я облегченно выдохнула. Одним свидетелем происходящего меньше, уже чуточку легче. И она вроде как не подталкивала нас друг к другу. Теперь бы объяснить ей главное.

— Не надо нами заниматься, Милли, — убежденно проговорила я. — Послушай, Витольду куда лучше подойдет другая девушка.

— Какая еще другая? — не поняла феечка, будто здесь не находился целый табун потенциальных невест.

— Любая. Не я, — отрезала я, чувствуя легкое сожаление от этого факта. Все-таки к Витольду меня тянуло, еще и с непреодолимой силой. Вот только не настолько, чтобы не понимать: я вернусь, а он останется здесь. Наши отношения обречены.

— Это еще почему? — цепко посмотрела на меня Миллисент. — Потому что ты в принципе не хочешь влюбляться? Так вы все такие. И не смей утверждать, что Вит тебе не нравится. Я-то точно знаю, что это не так!

Я вздохнула. Как все-таки сложно общаться с людьми, уверенными в собственной правоте. Я сама такая же. И вот как донести до нее мысль, не раскрывая своего прихода из другого мира? Сложно, очень сложно.

— Потому что мое место не здесь, — тихо, но твердо проговорила я. — Потому что я должна находиться в другом месте, а мое появление здесь — лишь случайность.

— Все случайности предрешены, — мрачно сообщила мне феечка. — Нити судьбы уже соткались в дорогу, и теперь просто предстоит по ним пройти. Выбирая нужный путь. Так что все шаблоны и запреты находятся только в твоей голове. Ты же и сама должна понимать, что вы похожи. Находитесь на одной волне. Вас притягивает друг к другу так, точно вы оба ждали этого всю свою жизнь.

С каждым словом в ее голосе слышалось все больше страсти и убежденности. А я понимала, что обречена. Милли для себя уже все решила, и что бы я сейчас ни говорила, она все равно будет останется при своем мнении. Так что теперь мне предстоит постоянно быть начеку. Иначе могу совершить ошибку, о которой пожалею.

— Я, правда, не могу с ним остаться, Миллисент. Так что лучше оставь эту идею, — я с некоторой горечью покачала головой. — Ему нужно искать свою истинную, чтобы спасти род. А мне нужно выполнить то, что я должна, и вернуться к привычной жизни.

— А что ты должна? — уцепилась за мою оговорку собеседница.

— Пробыть на отборе, — честно ответила я. Здесь я не видела смысла умалчивать, ничего секретного в этом не было. — Пробыть — не значит выиграть и стать женой твоего подопечного. Пробыть — всего лишь провести время. Понимаешь?

Слова подбирать оказалось тяжело, но я надеялась, что удастся донести мысль. Потому что отбиваться от попыток феи любви свести тебя с кем-то — грустный вариант.

— Ну это мы еще посмотрим! — возмущенно фыркнула Миллисент и вылетела в окно, поставив этим точку в нашем разговоре. Кажется, мы друг друга так и не поняли.

Глава 16

После разговора с крестной мне было, мягко говоря, не по себе. Не люблю с кем-то ссориться, а ничем другим наше противостояние я объяснить не могла. И пусть даже понимала, что все равно права, доказать свою точку зрения не могла. Банально не хватало возможности открыть некоторые факты.

К своему удивлению, я вдруг сообразила, что до вечера еще далеко. Мой же день оказался настолько насыщенным, что, казалось, прошла уже целая вечность. Я чувствовала себя настолько опустошенной, что заниматься чем-либо мне не хотелось, да даже просто гулять. Плюс я откровенно побаивалась, что еще что-нибудь случится. Именно эти соображения и заставили меня принять почти соломоново решение. Я, при помощи магии, распустила шнуровку на платье, переоделась и легла спать. Сон — это лучшее лекарство.