Оксана Север – Академия на проклятых землях (страница 2)

– Хотел провести дома больше времени. Но нет, положено учиться! Всё же Академия – тюрьма, пусть и красивая.

Моррис тихо усмехнулся.

– Что? Не согласен?

– Отнюдь. Очень недурная мысль. Я бы даже сказал – пугающе точная.

Феликс широко улыбнулся, продемонстрировав один выбитый зуб.

– Человек без иллюзий? Уважаю. Обычно урождённые копытом бьют, как хотят поехать в проклятые земли.

– Мы с детства знали, что будем магами. Конечно, нам легче принять этот уклад, хоть он и ограничивает нас в выборе. А для перворожденных это всегда шок. Для кого-то приятный, для кого-то – не очень.

– Да, приятного было мало.

– Почему же? – не выдержала я. – Мне казалось, для таких, как вы, дар – это возможность поднять свое положение.

Получив дар, я лишилась многого: титула, привычной среды, замужества на достойном человеке, который к тому же был недурён собой. Не то чтобы я считала это важным в браке, но всё же. А вот молодому мужчине, который сидел рядом со мной в поношенной рубашке, кроме нищеты терять было нечего.

– Таких, как я? – слишком громко спросил Феликс. – Это каких?

Я не успела ничего сказать, потому что Моррис сделал это за меня:

– Думаю, Алиса намекала, что вы из самого бедного района города, и теплая постель для вас должна быть в радость.

– А ты-то совсем из другого теста, да?

Переходить на столь фривольный тон было неуместно, но Моррис нисколько не обиделся. Или, по крайней мере, не показал этого.

– Урожденные маги редко испытывают нужду. Это уже не важно, Феликс. Сейчас мы все в одной лодке, и ты должен знать это куда лучше, чем мы.

– Я знаю, только… – Феликс снова повернулся ко мне. – А вот Алиса это понимает? У нас в школе какого только сброда нет, представляешь? Даже таких, как я, берут.

– Я знаю, что мое положение в школе ничего не будет значить.

– Леди с фамилией так просто от всего откажется?

Я выпрямила спину, как учила моя воспитательница, и прямо посмотрела перед собой.

– У леди с фамилией нет выбора. И фамилии. Я приспособлюсь. А теперь либо расскажите мне что-то полезное, либо помолчим.

Моррис одобрительно хмыкнул и вернулся к книге. А вот Феликс сплюнул на пол и отвернулся к окну. Мы приближались к окраине столицы. Через занавеску светило яркое солнце, и я заметила веснушки на носу и щеках Феликса.

***

На выезде из столицы мы проехали статую Благословенной Лидии – девушка поднимала к небу младенца. Это было классическое изображение последней святой, я помнила его по рисункам в книгах, которые мне давали читать учителя.

Мне было стыдно, но я не испытывала священного трепета, когда видела статую. В детстве я всегда считала её святой магов, хоть учителя и говорили, что именно ей Беагард обязан возвращением былого величия.

Благословенная Лидия родилась в обычной семье торговцев. В те времена все маги рождались в обычных семьях, случайно, удивляя своих родителей проснувшимся даром. Все были перворожденными, как я. Но своих детей у них быть не могло. Они рождались и умирали, не оставляя потомства. Из-за этого женщины и мужчины-маги даже не выходили замуж, довольствуясь статусом любовников и любовниц. Но все изменилось, когда Лидия решилась поехать в столицу бывшей империи, а точнее – того, что от нее осталось. Прошло двести лет после падения Империи, и двести лет нога человека не ступала на эту землю.

Лидией двигало не праздное любопытство – она обещала себе захоронить павших жителей в землю, сколько успеет, пока проклятье не уничтожит ее тело. Она похоронила всех, вернулась живой в новую столицу, и через девять месяцев родила ребёнка от своего любовника, которого церковь тут же признала ее мужем.

Так появился первый в истории урождённый маг, и так в Беагарде начали появляться магические семьи. Через Лидию Истинный благословил всех магов Беагарда, которые больше не были бесплодными. Их стало больше, и вместе они смогли систематизировать знания, дав возможность магии по-настоящему помогать государству, которому они служили. Беагард воспрял и из самого израненного осколка Старой Империи стал самым процветающим.

Мой отец иногда тихо говорил, что вклад магов в возвышение Беагарда несколько преувеличен. Но после того как к нам пришли из королевской конторы и рассказали о моем даре, он больше никогда не произносил подобных слов.

***

Чем южнее мы ехали, тем чаще по тракту встречались постройки времен Империи – переделанные на новый лад, настроенные кирпичом и деревом, но все еще особенные. Они напоминали о том времени, когда все королевства на востоке и на западе были одной Империей, и Беагард был ее сердцем.

Сердце и пострадало больше всего, как это обычно и бывает. Никто нам не помог, пока мы сами себе не помогли. Когда Империя пала, старая столица была почти стёрта с лица земли, а земли, на которых она располагалась, медленно убивали людей. Провинции не приняли беагардцев, и они хлынули на полупустынный север, отстроили новую столицу и вернулись на юг только спустя двести лет, когда Лидия доказала, что это возможно. Но бывшая столица всё ещё была непростым местом для жизни. Говорят, там остался лишь один старый замок. И именно туда сейчас везли нас троих.

– Как он выглядит? – спросила я неожиданно для себя самой. Вслух.

Почему-то Феликс не выглядел удивлённым. И даже понял, о чём я говорю.

– Так, как ничто другое в этом мире.

– Много ли ты видел? – вдруг спросил Моррис. – Не хочу показаться грубым, но много что может впечатлить после трущоб. Даже сарай из ровного камня.

– Сам убедишься, че мне распинаться.

К моему счастью, Моррис не стал спорить, а я снова отвлеклась на дорогу. Вскоре целые дома почти перестали появляться – только разрушенные постройки, которые кричали о том, что ещё немного – и мы доберёмся до земли, которая ещё недавно была только могилой для тысяч беагардцев.

Мы ехали прямо в столицу когда-то великой империи – Старый Марград.

2. Проклятые земли

– Соня, просыпайся, – меня дергали за руку, совершенно неуместно. – Мы приехали.

– Так быстро?

Я открыла глаза и увидела лицо Феликса. Было темно, и его освещал лишь тусклый фонарь. С утра он казался старше, но сейчас передо мной был юноша, который только вступал во взрослую жизнь. Восемнадцать лет, не больше. Как мой брат Анжей.

– Ты спала несколько часов. Несмотря на то, что Артур – ужасный извозчик. Даже я бы справился лучше. Я умею с лошадьми.

– Умеете что делать с лошадьми?

Мне все еще было сложно привыкнуть к его говору.

– Общаться, – хмуро ответил Феликс. – Понятно же. Пошли.

Я попыталась привести одежду в порядок. Погода здесь менялась резко, и помимо платья на мне была легкая шерстяная накидка, которую нужно было завязать так, чтобы она прикрывала поясницу.

Дверь открылась, и Феликс подал мне руку, помогая спуститься. Так я впервые ступила на оскверненную землю старой столицы.

Перед нами открылся вид на Академию, и я сразу поняла: Феликс не врал. Этот замок не был похож ни на один из тех, что я видела. Дело было не в высоте – в новой столице тоже строили высокие здания, – а в его облике. Мне доводилось видеть стены из темно-зеленого необработанного камня, но растительные орнаменты, обволакивающие двери, окна и стены, я увидела впервые. Наверное, они нигде больше не сохранились – только в бывшей королевской резиденции, которая теперь должна была стать нашим домом.

– Он намного красивее современного замка в новой столице, – пробормотала я себе под нос.

– Ничего удивительного, – заметил Моррис. – Столичный замок строили, когда Беагард был на грани выживания. В те времена не до украшений было. Да и не перед кем было хвастаться величием. Никто не приезжал в эти земли. Нам нечего было предложить.

Феликс промолчал, лишь молча подхватил мой сундук, который извозчик опустил на землю.

– Легкий. Я думал, тут будет больше платьев. Разве их не меняют по три в день?

– Ты принимаешь меня за кого-то другого. В моей семье не принята излишня роскошь, – я решила перейти на более непринужденный тон. Все же теперь мы были ровней во многих смыслах. – Но благодарю за помощь.

Извозчик кивнул нам на прощание, и мы втроем двинулись к замку. Казалось, это единственное живое место на много миль вокруг, но я знала: это иллюзия.

Совсем рядом был залив, на другом берегу которого лежало королевство Леопольда – один из осколков бывшей империи. Когда маги вернулись в старую столицу, на месте порта вырос небольшой город и крепость, призванная охранять земли от непрошеных гостей с моря и суши.

Но сейчас все это казалось вымыслом. Мы стояли посреди большого ничто, и лишь призраки старой столицы смотрели на нас.

В детстве, когда няня читала мне сказки о Дне Падения, я засыпала и видела во снах горящие замки, смолу и зеленую дымку проклятия. Я очень боялась оказаться на проклятой земле, но няня рассмеялась и сказала, что я дурочка и что там живут только маги и потомки преступников. А я ни то ни другое. Теперь вспоминать об этом было смешно и немного грустно.

– Здесь нет охраны, – заметила я, когда мы подошли ближе. – Где солдаты?

– Как нет? – возразил Феликс. – Тут целый замок магов.

– И этого достаточно?

Он остановился и удивленно взглянул на меня.

– Думаешь, кто-то из города сунется сюда без разрешения? Они, может, и глуповаты, но не самоубийцы.

– А если захочет заглянуть кто-то извне?