Оксана Октябрьская – Объект: попаданка. Поцеловать, присвоить, жениться (страница 29)
Удар снова почти оглушил, зато от резкой боли и холодной воды прояснилось в голове. Грести до берега, сил не было, и я призвал магию. Волна донесла меня до мелководья, а вот дальше пришлось встать на дрожащие ноги. Проклятое зелье превратило тело в медузу!
Шатаясь, я оглянулся и застыл от ужаса. Жанна была в воде, на её груди трепыхался Морт, от волнения разбрызгивающий магию, и воздух буквально вибрировал от чуждых, злобных чар принуждения!
Забыв об усталости и о голой заднице, я кинулся к жене! Влетел в воду, призвал магию, и волной толкнул девушку к себе в руки. Поймал и стиснул, вытаскивая на берег.
— Скажи хоть что-то! Жанна! — пришлось несколько раз встряхнуть любимую за ледяные плечи, прежде чем она прошептала моё имя, застонала, глубоко вздохнув, и потеряла сознание.
Рядом что-то орал Морт, но меня трясло, в ушах шумело, внутри поднимались безудержная ярость и сила, каких я не знал даже в злейшие приступы безумия!
Хотелось рвать и крушить, уничтожить урода, посягнувшего на мою жену!
Я крутанулся и помчался в море, вода вокруг вспенилась, тело стало горячим, посинело, и на коже проступили чешуйки. Заорав, рассёк волны, нырнул и едва не захлебнулся от дикой, обжигающей боли, прострелившей всё тело. И вдруг я понял, что стал неповоротливым и огромным!
Барахтался, задыхался, не понимая, как дышать, как управлять этой махиной, но это не пугало, а злило до помешательства.
«Давай, парень! — раздался в голове голос осьминога. — Почти получилось, дыши! Извивайся и плыви! Давай! Ощути свои когтистые лапы и хвост! Включи самца на охоте! Твою самку обидел какой-то недомерок. Ты дракон, порви его! Спали, чтобы пепел остался!» Морт мотался рядом, подбадривая, не давая сойти с ума. И я ощутил себя нового.
Мощь, скорость, сила и кипящее неистовство! Рванув из воды, я издал ликующий рёв! Одним толчком кинулся к кораблю, и на этот раз он приблизился. На палубе появился призрак, высокий, плотный мужик с седой бородой и дикими от ужаса глазами, и меня затрясло от предвкушения долгожданной мести!
«Не может быть!» — донёсся вопль капитана.
Я сделал ещё рывок, на треть поднялся над волнами и, собрав всю злость, ненависть и отчаяние, всю боль за несчастных девчонок, с оглушительным рыком выплюнул кипящую струю на корабль, прямо в перекошенную рожу капитану!
Плевал снова и снова, уже вода вокруг кипела, рыбы всплывали кверху брюхом, а я не мог успокоиться! Наконец, ослепительно вспыхнув, каравелла исчезла, но в воде мелькнули жуткие тени.
«Кракены, Двэйн! Три туши!» — завопил Морт.
«Уходи! — рявкнул я другу, кидаясь на глубину. — Будь с Жанной» Я хотел обернуться, потому что знал, как отогнать чудовищ магией, много раз уже это делал, но...
Понял, что понятия не имею, как вернуться в своё тело! Мы с Лионелем о таком не говорили, он вообще не упоминал о возвращении человеческого облика!
Меня накрыла паника, словно вдруг оказался в гробу, из которого не выбраться, а вокруг кружились монстры. Магия не слушалась, мысленные заклинания не работали, а тело всё ещё казалось чужим и жило своей жизнью...
Кракены напали разом, и только реакция и скорость дракона спасли меня от смерти. Похоже, мой зверь сам знал, что нужно делать. И я вспомнил наставления старика-призрака. Он говорил, что вторая ипостась имеет свой разум и инстинкты и занимает свою часть сознания, и чтобы не сойти с ума, нужно научиться отключать, в себе человека, давая волю зверю. Только при этом контролировать его, не позволяя взять над тобой верх полностью. Звучало просто, но как это сделать?
Думать было некогда.
Один монстр ринулся на меня, я хотел уйти ниже, но тело настойчиво дёрнулось и на бешеной скорости рвануло вверх, выпрыгнуло из воды, сделало сальто, стрелой полетело в волны и врезалось в кракена, обвило кольцами, спеленало щупальца и стало сжимать, а сам я терзал и рвал мерзкую плоть твари. Пасть наполнилась отвратительной жижей, но внутри пробудился незнакомый инстинкт охотника, жажда крови!
Выцарапав монстру глаза и изодрав его, я кинулся за другими. Теперь не они охотились за мной, а я за ними. Мы неслись в море, и я всё отчётливее понимал, что если случится спонтанный оборот, то мне конец, однако инстинкт гнал меня вслед за удирающими чудовищами. Одного я настиг и растерзал, второй успел улизнуть... Чувствуя разочарование, всё ещё кипя от злости, я повернул к берегу. И откуда только знал, где мой замок? Но плыл уверенно, просто чувствовал направление, и скорость была такая, что перед глазами всё мелькало, но я отлично видел всё.
Вот промелькнули руины внизу, осталось немного, а я, как безумный, рвался домой, к жене, и медленно приходило осознание случившегося. Я дракон, несусь в пучине морской, но остаюсь человеком внутри, и с кораблём покончено... Вот в это было поверить даже сложнее, чем в то, что я вдруг очешуел, как говорила Жанна.
Дно стало подниматься, впереди был берег, и я немного сбавил скорость. Прочесал окрестности, но больше кракенов не попалось, значит, пришла пора вернуться. И тут снова сковал страх. Как это сделать?
Я поднялся над волнами, увидел одинокую фигурку на берегу, узнал жену, и на сердце потеплело.
Жанна, вроде, была в порядке.
Тело моё понеслось вперёд, но как бы я ни пытался осознать себя человеком, как бы ни стремился вернуть руки-ноги, чтобы добежать и обнять любимую, драконий хвост не исчезал. У самого берега я остановился, и в отчаянии посмотрел на жену.
Проклятая чешуя не хотела сходить, словно моё родное тело исчезло навсегда.
Вспомнив все заклинания, какие знал, я ударил хвостом по воде, рявкнул, плюнув в скалы кипятком и бросился снова в море. Дракон, дорвавшись до своей стихии, не хотел отпускать меня!
Мы боролись, но зверь требовал свободы, глубин, охоты и крови жертв... Неужели вот так всё и закончится? Может, капитан снова проклял меня как-то и победил, даже исчезнув?
«Эй, ты чего не вылезаешь на берег? Там жена уже чуть не по талию в воду зашла, тебя ждёт, — раздался голос осьминога. — Родню мою дальнюю перебил, теперь не берег, а кладбище, и мало? Рыбу жрёшь, что ли?» Я рявкнул и хлестнул хвостом, а Морт заверещал.
«Псих! Обращайся! Ты и так не подарок, а драконом вообще жуткий тип» — не отставал головоногий.
« Не могу! — проорал я, чувствуя, что зверею всё больше. — Не выходит!» Чтобы не натворить бед, я метнулся на глубину, не чувствуя ничего, кроме беспомощного отчаяния. Я стал драконом.
Меня снова хлестали по щекам, до затуманенного сознания медленно долетали какие-то обрывки странно растянутых слов, пока, наконец, не сложились в чёткую, взвинченную речь:
— Жанна! Очнись ты! Пора отсюда убираться, плохо дело. Очнись! — меня снова хлестнули.
— Прекрати, Морт, — пробубнила заплетающимся языком.
— О, очнулась — ещё больше засуетился осьминог, подпихивая меня щупальцами.
— Вставай, и марш в замок! Тут как-то оживлённо, а Двэйн унёсся в море. Так что, как ты там говорила, спасение щупалец и плавников утопающих, дело самих утопающих.
— Я так не говорила...
— К словам не придирайся, не тот момент! Ой! Бабуля родная... — завопил осьминог. — Да вставай ты, пока можешь! Я же Двэйну обещал тебя не оставлять, а сейчас прямо очень хочется оставить! Страшно-то как, Жанна-а..
Поняв, что Морт паникует, я приоткрыла глаза, и моментально очухалась, завопив, как и он!
— Ма-ма-а!
— Мамы нам не помогут! Хватай меня, и удираем! Куда угодно, только не в море! —проорал Морт.
Я вскочила, перед глазами в темноте рассыпались искры, в голове раздался звон колоколов, но удалось устоять, поднять головонога, и медленно побежать к замку, спотыкаясь через шаг. На берегу даже птичек не осталось, а из воды выходили жуткие тени! Они двигались медленно, напоминали мужские силуэты, и то сгущались, почти превращаясь в кошмарных утопленников, то растекались в тёмные сгустки. И все тянулись за мной!
— Морт, — пропищала я, задыхаясь, осьминог был упитанньй, - а что значит, Двэйн унёсся в море? На лодке? К кораблю?
— Ты же не видела! — воскликнул он, выглядывая из-за моего плеча. — Нагоняют, Жанна...
Ускорься! А муж-то твой драконом обернулся и...
Тормознув, будто в стену врезалась, я уронила ношу.
— Что? — аж голос прорезался, а Морт возмущённо взвизгнул.
— ЭЙ, больно! Я тебе не сеть тухлой рыбы!
— Двэйн обернулся? Как?
— Как, не знаю. Силой любви и праведной мести, не иначе, — проворчал осьминог, потирая щупальцем голову. — Корабль кипятком поливал, пока тот не исчез, а потом погнался в море за кракенами.
— Нам нельзя уходить! Вдруг его ранят? Надо ждать тут!
— Назад оглянись, там вон, осклизлые красавчики по наши души, — разозлился Морт, я глянула через плечо и завизжала. Прямо ко мне двигалась уродливая туша, раздутая от воды, полусгнившая.
— Теперь побежим? — предложил мой компаньон.
— Да! — подхватила его снова и понеслась, но услышала голос.
— Не бойся, они не тронут. Никто больше не пострадает.
Передо мной стояла та самая девушка в сером платье, безумно красивая, совсем юная и очень печальная. Время от времени она становилась немного прозрачной, и я могла видеть силуэт утёса и замка. Призрак... А я-то кинулась глухую спасать! Дура!
— Ты серая дева? — мне вспомнился рассказ Табиты, но вот словам красавицы я не поверила, и часто оглядывалась на мертвяка, чтобы удостовериться, что он остановился.