Оксана Есипова – Игры Сушёного. Часть 2 (страница 9)

Улыбнувшись даме как можно очаровательнее, я попридержал открытую ей дверь, чтобы коляска свободно проехала внутрь, а затем проскользнул следом сам. Внутри оказался грустно журчащий фонтан со статуей, отдалённо напоминающей дохлую рыбу с открытым в отчаянье ртом, небольшая, но очень уютная детская площадка, и странное нагромождение камней и сверкающих труб, как видно, проданное жильцам под видом уникального памятника.

Я настороженно отношусь к современному искусству, особенно после успешных, к моему большому сожалению, попыток заполонить столицу спорными арт-объектами, подобными «Большой глине», которую москвичи метко окрестили кучей дерьма. Кучка во дворе оказалась скромнее и по объёму, и по замыслу, но трепета души от соприкосновения с прекрасным не вызывала.

Меня тревожило, что Степан не ответил ни на один мой звонок, хотя я звонил ему не только со своего, но и с левых номеров. С другой стороны, лже-отец Анечки занимался незаконными делами, так что вполне мог часто менять сим-карты, а то и отвечать только на звонки со знакомых номеров. Ни в телеграм, ни в ватс ап и тем более в вайбер (который я установил только ради поиска) номер Степана зарегистрирован не был, также я не смог найти его страницу ни в одной из социальных сетей, причины чего тоже понятны.

Будний вечер – прекрасное время, чтобы застать дома москвича, живущего обычной офисной жизнью, и с понедельника по четверг курсирующего по маршруту: дом – работа – дом. Но в пятницу «офисный планктон» плотно набивается в рестораны, бары, бильярдные, кофейни, кальянные словно огурцы в банку хорошей хозяйки, у которой каждая закрутка – произведение искусства.

Мест нет ни за столиками, ни за барной стойкой, ни на летней веранде. Молодежь с бокалами стоит прямо у порога заведения, как можно сексуальнее выпуская колечки сигаретного дыма изо рта. Замешкавшиеся с бронью неудачники ждут своего часа, посматривая на хостес со списком ожидания как на мадонну, от которой зависит упадёт ли на них манна небесная, и если да, то когда именно.

В субботу и, если у кого хватает сил и здоровья, то и в воскресенье, набеги на злачные места повторяются. Счастливчики празднуют торжество жизни и молодости, с тем чтобы в понедельник с новыми силами загрузиться в колесо Сансары. Эту столичную идиллию немного подпортил карантин во время эпидемии коронавируса, после которого часть офисных сотрудников засела по домам, но в целом уклад не поменялся.

Вот только Степан не принадлежал к счастливой офисной братии. Ему не нужно было утром, чертыхаясь, переставлять будильник, чтобы «ещё пять минут подремать». Подозреваю, что он выстроил комфортный, удобный и приятный график. Любой вечер – время, которое ушлый бандит проводит вне дома. С событиями последних дней я потерял счет времени, но, глянув на экран айфона, убедился, что сегодня ко всему прочему ещё и пятница.

Я старался гнать от себя мысль, что Степан скорее всего заявится домой под утро, а то и заночует у какой-нибудь красотки или останется после бурной вечеринки у приятеля в загородном доме.

Немного поторговавшись сам с собой, решил, что долго ждать не буду, если что, вернусь утром. Пока я вёл столь важные переговоры внутри себя и рассматривал внутренний двор, мамаша с ребёнком успели зайти именно в тот подъезд, в который, как я убедился минутой позже, было нужно и мне. Запоздало обозвав себя болваном, набрал квартиру Степана на клавиатуре домофона и уныло выслушал сердитые гудки.

Скрипнув зубами, я присел на приличного вида лавочку и решил погуглить в сети колоду Кроули. Чуда не случилось, про вторую магическую колоду в интернете не оказалось ни слова. Но буквально минут через десять к подъезду на велосипеде подъехал курьер и бодро потыкал кнопки домофона. Уже через минуту мы вместе с курьером забились в лифт, как оказалось, нам нужно было на один и тот же этаж – седьмой.

Я абсолютно точно знал, что в квартире меня никто не ждёт. Внутренний голос, зевая, уныло бубнил о том, что напрасно трачу время и уж лучше было бы посетить Алиного психолога. Но поиски Нины продвигались так медленно, что я не мог позволить себе самолично обрывать нити, ведущие к ведьме, даже если они казались сомнительными.

На чистой ухоженной лестничной клетке не воняло табаком, здесь пахло дорогим одеколоном и жареной курочкой с чесночком, что немного портило впечатление: вкусной едой могло пахнуть и в хрущёвке. Я привык к тому, что жители элитных комплексов не особенно утруждают себя готовкой, возможно, судил по себе. Постоянно питаться дома, пусть и заказывая еду, стал только тогда, когда ко мне переехала Аля. Хотя, возможно, привыкшие к комфорту и домашней стряпне люди нанимают повара?

Мы с курьером синхронно позвонили в соседние квартиры: я – почему-то с внезапно падающим в пропасть сердцем, курьер деловито, явно прикидывая, сколько времени нужно, чтобы развезти оставшиеся заказы. От квартиры Степана внезапно повеяло холодом, да так сильно, что я от неожиданности опёрся о косяк двери, а он в свою очередь оказался ледяным, словно мрамор на могиле мамы.

Курьеру повезло больше, дверь соседней квартиры открылась, на пороге показалась пухлая тётка с бойкими глазами.

– Сгружайте сюда пакеты, – засуетилась она, пошире распахивая дверь. – Сейчас всё сверю, по списку. Минуту.

Курьер ловко побросал пакеты в квартиру, как клоун в цирке шарики в шляпу, развернулся и попытался молча ретироваться в сторону лифта, который, как на грех, деловито журчал где-то внизу.

– Куда? – гаркнула незадачливая заказчица, выскакивая из квартиры, как чёрт из табакерки.

– Женщина! – Взвыл курьер. – Да если я у каждой квартиры по полчаса зависать буду, то совсем ничего не заработаю!

Но пухлая тётка проворно преградила парню путь и смешно затрясла кулаками перед его грудью.

– Для начала, не женщина, а Марфа Захаровна!

– Женщина, если я буду ко всем по имени-отчеству…

– Ты, енот узкоглазый! – Взвизгнула тётка. – Что, не нравится? Не нравится? А ничего, что у нас в стране даже к бабушкам за прилавком магазина принято обращаться «девушка»? А «женщина» говорят, когда хотят оскорбить или поставить на место!

– Да я…

Курьер опешил и пошёл красными пятнами.

– Молчать! – скомандовала тётка. – Я всю жизнь проработала зав складом. Таких, как ты, на завтрак пачками ела! Сервис ваш, прости Господи, правил навыдумывал, что всё надо проверять при курьере. Иначе потом свистят, мол, с нас взятки гладки, у нас лапки, мы вам всё доставили, а половины-то заказа и нет, да всего самого дорогого! Или порченого чего подсунуть норовят. Только мы не лыком шиты!

– Так не заказывайте! Ходите в магазин, – пискнул курьер, но послушно попятился обратно к квартире.

– «Ваше мнение очень важно для нас», – саркастически заявила тётка и тут заметила меня. – Здравствуйте. Вы Фёдор? – она моментально поменяла тон на более уважительный и попыталась придать покрасневшему лицу приятное выражение, в чём, однако, не преуспела.

– Да, – машинально ответил я и тут же, чертыхнувшись про себя, поправился, – то есть нет, не Фёдор.

– Ну, от Фёдора? Заходите ко мне, чайку попьём, всё объясню, всё расскажу.

– Женщина, – начал было курьер.

– Что? Ты, задохлик, я уже сказала, как меня зовут! По-русски не понимаешь?

– Марфа Захаровна, – продемонстрировал чудесную память курьер, внезапно сдаваясь, и умоляюще добавил, – потом знакомства проворачивать будете. У меня времени мало!

– Бессмертный, что ли? Какие знакомства?

– Давайте я помогу проверить пакеты, – вмешался я, – или поступим проще. Пусть мужчина едет по делам, если чего-то не окажется в заказе, я компенсирую.

Марфа Захаровна воззрилась на меня с недоверием и восхищением, но я видел по её лицу, что курьеру просто так от неё не уйти. Одно дело, то краснея, то бледнея, принимать деньги от незнакомого мужчины, который непонятно что ещё потом за это захочет, и совсем другое – сначала медленно и со вкусом сверять длинный список при нахамившем и зарвавшемся, по оценке достойной кумушки, курьере, затем при нём же долго дозваниваться в сервис, чтобы отвести душу ещё и на ни в чем не повинном операторе.

Пока соседка Степана колебалась, я решил добавить весу предложению, многозначительно добавив:

– У меня, к сожалению, совсем мало времени.

С любым другим обитателем элитного дома такой трюк точно бы не прокатил. Обычно апартаменты в центре покупают замученные неприподъемной работой, равнодушные к чужим делам и проблемам люди, которым едва ли хватает времени на секс по воскресеньям с дражайшей и столь же замотанной половиной. Но Марфа Захаровна, хваткая тётка, всю жизнь проработавшая зав. складом, как она только что с гордостью призналась, явно с трудом выживала без адреналина новых сплетен. Курьера отпускать не хотелось, но кумушка ожидала какого-то Фёдора или его посланника, и явно принимала меня за него.

Судя по всему, соседка Степана быстро прикинула, что продукты можно заказывать хоть каждый день и всласть строить безобидных курьеров, тогда как деловой представитель Фёдора, чем-то интересный кумушке, нацелился дать дёру. Все эти мысли я легко читал на лице достойной соседки, а потому посчитал инцидент исчерпанным, приятно улыбнулся и подмигнул курьеру, давая понять, что проблема решена, но мужчина только затравленно глянул на меня в ответ.