Оксана Есипова – Игры Сушеного. Часть 1 (страница 9)

Эти малопонятные слова передавали из уст в уста. Что они означали, никто толком не понимал. Я долго раздумывал об имидже Сушёного и его странном поведении. И пришёл к выводу, что, будучи серым кардиналом сообщества, он специально никого не выделял и ни с кем не сближался. Словами «пребудет вечно» он подчёркивал, что все мы присутствуем в «китах» постоянно, хотя бы мысленно, даже когда физически находимся в другом месте. Если так рассматривать загадочную фразу, умышленная невежливость Сушёного представала совершенно в другом свете.

Зачем здороваться, если все мы всё время в «китах»?

Получалось, что поведение хозяина «китов» логично поддерживало его кредо.

В одном я был уверен на сто процентов. Даже если бы хозяин магической таверны нанял лучших маркетологов столицы, вряд ли они предложили ему более удачный и запоминающийся образ.

Толкнув дверь в «китов», я с досадой обнаружил, что несмотря на ранний час, все места заняты, кроме столов красного дерева, в сторону которых никто уже и не смотрел. Громко поприветствовал коллег, так как среди обычных смертных магов правила приличия соблюдались самым скучнейшим и дотошным образом, и направился было к стойке, чтобы присесть хотя бы там, но с радостью заметил, что двое молодых некромантов как раз собрались уходить. Тогда я прихватил с прилавка тонкую витую чёрную свечу и с облегчением занял освободившийся столик.

Чёрные свечи – одна из самых странных фишек магической таверны Сушёного. В правом углу широкой барной стойки стоит огромный кожаный короб с чёрными свечами. Разложены они строго по размеру, от массивных тяжёлых до изящных витых. Каждый гость может взять ту, что ему по нраву.

Зажигая свечу за своим столиком, посетитель «объявляет», что хочет побыть один и присутствие других его не обрадует. Размер свечи пропорционален степени желаемого уединения. Самая тонкая означает, что гость просит не занимать свободные места за его столиком, но не против, если кто-то подойдёт пожать руку и перекинуться парой слов. Самая большая – к гостю не только не стоит подходить, но и не рекомендуется располагаться за соседними столиками.

Вариантов размеров ровно десять. Завсегдатаи давно научились интуитивно прикидывать, как себя вести. На моей памяти, желающие уединиться брали только самые тонкие свечи, этого вполне хватало, чтобы их покой уважали остальные. Да и то происходило это достаточно редко: чёрные свечи – удовольствие не из дешевых.

За повышенный комфорт гостям приходится платить, и немало. С момента, как посетитель берет с прилавка свечу и до тех пор, пока не возвращает на место (или же пока свеча не догорает), включается магический счётчик. Причём включается независимо от того, зажёг маг свечу или нет, то есть воспользовался ли функцией свечи по назначению. Поначалу мне показалось это несправедливым и странным, но коллеги шепнули, что плата за свечу сродни покупки клубной карты в спортклуб. Оплата обязательна, а посещать или нет тренировки – решать клиенту.

Чем больше размер свечи, тем больше повременная плата. Чем-то похоже на оплату за время в антикафе, только никаких дополнительных плюшек не полагается.

Как я уже сказал, чёрная свеча – до неприличия дорогое удовольствие, а потому мало кто из завсегдатаев пользуется этой услугой. Да и зачем приходить в кофейню, если желаешь уединения? Кроме того, нарушителей ритуала, то есть тех, кто нарушает чужие границы при зажжённой чёрной свече, ждёт суровая магическая расплата. И совершенно не важно, знаком ли посетитель с правилами. Это ещё одна из опасностей, грозящая в кофейне несведущим новичкам.

Единственные, кто не обязаны подчиняться свечному влиянию – официанты. Их не касаются запреты, они строго выполняют заказы.

Расторопный новенький официант (надо признать, обслуга, которая, строго говоря, не являлась ей в чистом виде, всегда меня выделяла) уже летел ко мне с большой чашкой капучино и сэндвичем с семгой и авокадо. Я поморщился. Капучино-то с нетерпением ждал, а вот сэндвич с зеленой мерзостью заказал сдуру, по приколу, чтобы проверить, насколько правильно новичок-официант прочитает мои мысли. «Ну что, прочитал?» – угрюмо спросил я сам себя и натянуто улыбнулся парнишке. Тот просиял в ответ и унёсся в сторону кухни.

Запах отлично сваренного кофе, который раньше ассоциировался у меня с запахом любимой Москвы, а теперь исключительно с «китами», немного поправил дело. Ничего, закажу что-нибудь ещё.

Заказать напитки и еду в «китах» можно только мысленно. Поначалу я ошибочно полагал, что официанты в «магической таверне» – крутые маги и обладают какими-то сверхспособностями. Всё оказалось намного интереснее.

Официантами могут устроиться даже слабые маги, главное, чтобы они приглянулись Сушеному. Работа в «китах» считается престижной, а отказы в своё время получали даже звезды столичного магсоо. Новоиспечённые сотрудники с помощью хитрого ритуала подключаются к уникальному магическому полю кофейни, которое и позволяет официантам принимать заказы и даже телепатически общаться с заказчиками. В самых сложных случаях помогают амулеты.

Поле же подпитывают все посетители. Когда гость перешагивает порог заведения, автоматически заключается магический контракт. Маги-практики чувствуют «предложение» и автоматически «ставят» невидимую «галочку», соглашаясь с правилами необычной оферты. Редкие залётные птички, далёкие от магии, лишаются части своей энергии.

«Незнание законов не освобождает от ответственности». Переступил порог – «подписал» контракт – заблокировал часть энергии. Не понимаешь последствий – твоя проблема. Не лезь туда, куда не приглашали. Если на заведении нет вывески, а расположено оно в труднодоступном месте, стоит хорошенько подумать, прежде чем бросаться навстречу неведомому. Отмахнуться не получится – придётся заплатить особую цену.

Магам контракт обычно не доставляет неудобств, подобно тому как взятая на анализ кровь не подрывает силы здорового организма. И всё же кто-то впечатлительный нет-нет да потеряет сознание от безобидного прокола вены.

Злые языки шептали, что если случайный гость нарушит правила, да хоть с той же чёрной свечой, поле автоматически проглотит столько энергии несчастного, что ему уже не оклематься. Но я ни разу не видел ничего подобного и не слышал о таких случаях, поэтому считал такие разговоры поклёпами на Сушёного и «бабкиными сказками».

Сам я ничего не замечал, пока однажды вечером меня не просветил слегка перебравший травник. К тому времени я посещал «китов» около месяца. Удивившись, сначала списал всё на свою силу, а позже, когда усомнился, так ли она велика, на снисхождение Сушёного. Скорее всего поначалу я не чувствовал тонкого воздействия поля, потому что «не знал, куда смотреть».

Но как Сушёному удалось создать такое поле, «оферту», «добровольно-принудительную» передачу энергии, оставалось для всех загадкой. Те коллеги, с которыми я сблизился за год, на вопросы только пожимали плечами. «Китов» с тайнами и сложными правилами, которые продолжали мне открываться даже спустя год, магсоо воспринимало как нечто само собой разумеющееся. Так дети не считают чудом телевизор, самолет, сотовые телефоны, ракеты, спутники и весь наш технически сложный мир, потому что привыкли к нему с рождения. Так ли много людей могут объяснить, почему летают самолёты и ракеты, как действует сотовая связь?

Я не знал никого, кто мог бы читать чужие мысли. Не догадываться, не «иногда», а всегда или хотя бы по необходимости. Поэтому считал, что фишка с «телепатическими заказами» доказывала талант Сушёного и создавала особую магическую атмосферу «китов», представая завершающим штрихом, вишенкой на торте.

Ходили смутные слухи, что за созданием магического поля «китов» стоит группа лучших магов, тщательно собранная Сушёным в разных странах. И ещё более мутные, что поступили с приезжими магами хуже, чем в своё время Иван Грозный с Барма и Постником. Если коварный монарх велел ослепить зодчих, дабы они не смогли повторить красоту, подобную храму Василия Блаженного (как гласит легенда), то Сушёный постарался, чтобы о магах никто не слышал.

Слухам я не верил, но верил, что они часть имиджа хозяина магической таверны. Ещё я понимал, что обычному человеку без способностей, не умеющему читать мысли, даже в голову не могла бы прийти идея создать «киты». Но даже если допустить, что Сушёный умел читать мысли (или умели те самые приезжие маги, в существование которых я не верил), это никак не объясняло, как посредством поля способность к телепатии передавалась официантам.

Более того, сотрудники могли вступать при необходимости в мысленный диалог с клиентами, и это поражало больше всего.

Между тем заказ считали правильно, что случалось не всегда, особенно у новеньких, так что пришлось вежливо улыбнуться и поблагодарить, принимая тарелку и чашку. Я зажёг чёрную свечу, давая понять, что к общению не готов. Наконец-то смогу всласть подумать в приятном месте, и никто не помешает.

Сделал глоток капучино и прикрыл глаза от наслаждения. И тут же вздрогнул от неожиданности, услышав скрип отодвигаемого стула. Второго стула за моим столом. Сделав каменное лицо, чтобы у назойливого гостя не осталось сомнений в отношении к его вторжению, и он прочувствовал всю степень моего недовольства, я открыл глаза и увидел тонкую улыбку на губах присевшего рядом Сушёного.