Оксана Чекменёва – Неждана из закрытого мира, или Очнись, дракон! (страница 52)
— А вот и нет! — воскликнула Фантя. — В тебе больше!
— Больше? — заинтересовался Каэтано. — А ты откуда это знаешь?
— Когда они жребий тянули, их на родную кровь проверяли, — пояснила моя крыска, в то время как я, вспоминая тот момент, пыталась осознать, что и этo тоже не было случайностью, которую я сразу же забыла. Тогда хватало другого, о чём стоило переживать. — Почти у всех свет был один — белый, у двоих по два цвета, а у Даны — четыре!
— Даже так? — герцог взглянул на меня с новым интересом.
— Да, — хотела я кивнуть, но удержалась, помня о сидящей на моей макушке Фанте. — Только я забыла об этом. Те герцоги сами сказали, что это ничего не значит, во мне всё равно их крови — четверть капли. А что такое четверть?
— Это если поделить что-то пополам, а потом ещё раз пополам, — ответил Каэтано, явно думая о чём-то другом. — Но я вот тут пoдумал — учитывая наличие магии и способность к обороту, драконьей крови в тебе явно ещё больше.
— А как это? — растерялась я.
— Это значит, что потомки одного дракона, не зная о своём родстве, могли пожениться — и в их ребёнке кровь вроде и от одного дракона, но её больше, чем у других его потомков с такой же дальноcтью родства. Кто знает, что там было с твоими предками за семьсот-то лет? Не просто же так именно у тебя магия проснулась, а в прошлых то ли двух, то ли трёх партиях, я и сам уже не помню — ни у кого.
— Ты особенная, Дана! — гордо заявила Фантя. — Самая осoбенная!
— Наверное, — я всё ещё была растеряна, столько всего навалилось, да и этот разговор только добавлял тогo, что нужно бы обдумать, но не получалось. Наоборот, уже голова кружилась от всего услышанного.
Из задней двери замка выглянула Беренгария.
— Ваша светлость, нести ширму?
— Можно, — кивнул герцог. — Хотя, конечно, Дана пока не готова, мы тут ещё посидим, поболтаем. Но ширма не помешает, несите.
Экономка раскрыла дверь шире, и двое слуг вынесли что-то большое. Кажется, ткань, натянутую на раму. Синюю, в розoвый цветочек. Отнеся её в сторонку от нас, чтобы и недалеко, и не мешала, мужчины поставили высокую — выше их роста, — раму, а потом как-то её раскрыли, и оказалось, что рама не одна, их шесть, сoединённых вместе. И получился настоящий полукруглый заборчик, открытый со стороны обрыва.
Беренгария прошла внутрь этой загородки, неся табуретку и какие-то вещи, кажется, мои, оставила всё это там, а потом вернулась в замок. Прежде, чем закрыть за собой дверь, она улыбнулась мне:
— Удачи, леди. Я очень за вас рада.
И скрылась в замке.
— А это зачем? — спросила я.
— Новообращённые драконы еще не умеют обращаться, скрывая и доставая одежду магией из личного пространственного кармана, — пояснил Каэтано. — Поэтому, первое время обращаются в каком-нибудь укрытии, чаще за ширмами или занавесками, пряча наготу. В больших домах обязательнo есть что-нибудь такое, а за этой еще я когда-то оборачивался.
— А это долго — учиться? — спросила я, разглядывая ширму — еще одно новое слово.
— У всех по-разному, но обычно нужно от двух недель до месяца, чтобы научиться пользоваться своим новым телом, пространственным карманом и начать вставать на крыло.
— Пользоваться телом? — Я помахала сначала одной передней лапой, потом другой, переступила на месте, потом повертела головой — аккуратно, помня про Фантю. — Да у меня и так вроде получается.
— А теперь хвостом помаши, — предложил дракон с очень хитрой улыбкой.
Я попыталась. В итоге повиляла попой. Хвост, конечно, тоже двигался, но не сам по себе, а просто за попой волочился туда-сюда.
— Не всё так просто, — глядя на мои неудачные попытки и расстроенную морду, сказал Каэтано. — Давай-ка присядем и еще немножко поболтаем. И успокоишься, и что-то новое узнаешь. А потом будем учиться оборачиваться самостоятельно.
ГЛАВА 38. МЛАДЕНЕЦ
Я согласно кинула — Фантя у меня на голове взвизгнула, но удержалась, — и села на попу, с интересом глядя на дракона. Что ещё он мне новенького расскажет, мне казалось, я всё уже узнала. Но он старше и давно уже дракон. К тому же, его всему этому учили, так что, знает он точно больше меня.
— Почему я что-то могу, а что-то нет? — решила спросить первой, глядя, как герцог садится напротив.
Он сидел, как это делают собаки — колени задних лап согнуты и прижаты к бокам, передние стоят перед ним, еще и хвост вокруг задних лап обернул. Γлянула на себя — так обычно малыши сидят — задние лапы прямые и растопырены, одна передняя упирается в землю между ними, другая сбоку. Где находится хвост — понятия не имею.
Стало неловко за свой вид, попыталась сесть как герцог, поджав задние лапы. Пока их сгибала, потеряла равновесие и шлёпнулась на спину, неловко задёргав лапами, как перевернувшийся жук, и надеясь, что не переломала крылья.
Герцог моментально вскочил, подхватил меня подмышки — он даже как-то умудрялся удерживаться на задних лапах, не падая! — и вновь усадил, как было.
— Сиди пока так, как тебе удобнее, — Убедившись, что я сижу хотя и по-глупому, но устойчиво, дракон отпустил меня и вернулся на своё место.
— Как младенец, — пробормотала я, надувшись. Было очень неловко. Тут меня аж подбросило от испуга. — Фантя? Я тебя не раздавила?
— Нет, я успела спрыгнуть, — раздался голос откуда-то сбоку. — И, пожалуй, пока здесь, в стороночке, посижу.
— Как младенец? — переспросил Каэтано. — А ты сейчас кто?
— Я взрослая! Мне двадцать будет… через… — растерялась я, впервые об этом задумавшись. — А когда? У нас дома лето уже заканчивалось, а у вас только началось. Как считать?
— Сколько тебе оставалось до дня рождения? — спросил дракон.
— Я родилась в начале зимы. Когда я сюда попала, мне оставалось около четырёх месяцев до двадцати. А здесь, получается, больше?
— Нет, конечно, — улыбнулся дракон, сверкнув клыками. — От того, что в разных мирах время течёт по-разному, и сезоны в них не совпадают, сама ты не перестаёшь расти как прежде. Просто, раз уж вы перенеслись из конца лета в начало, то в этом мире твой день рождения тоже наступит раньше — в середине осени. Дату сама выберешь, когда с нашим календарём освоишься, время есть.
— Зато это лето для нас будет длиться дольше! — воскликнула Фантя. — Это же здорово!
— Это и правда хорошо, — согласилась я. — В этом мире столько нового, к чему мне приходится привыкать, привыкну и к новому дню рождения. Буду себе в середине осени год прибавлять, а не в начале зимы, вот и всё. Так что, взрослой я стану совсем скоро. Я не младенец!
— Ты, как личность, и твоё двуногое тело — да, вполне взрослые. Но вот это тело, — герцог обвёл меня лапой, — новорожденное. Чем-то привычным — головой, лапами, ртом, — ты вполне можешь управлять, они у тебя были и раньше, и твой мозг это помнит. Но другие части тела — крылья и хвост, — для тебя что-то новое. И управлять ими ты можешь не лучше, чем новорожденный младенец своими конечностями. Ты видела когда-нибудь младенца?
— Конечно! И даже нянчила. Моему младшему братишке всего семь лет.
— Тогда ты должна помнить, что, только родившись, он совершенно своим телом не владел.
— Ага. Дёргал ручками и ножками бестолково, когда распеленаешь. Только ртом сразу же хорошо владел — особенно когда орал, — усмехнулась я, вспомнив горластого братишку.
— Вот и у тебя сейчас примерно то же самое. Все новорожденные драконы такие, все учатся, познают своё новое тело.
— А как? — я обернулась назад, рассматривая свои крылья и хвост. Очень хотелось их потрогать, но я опасалась оторвать лапу от земли — не хватало снова шлёпнуться.
— Постепенно. Не торопясь. Времени у тебя теперь много, как и у любого дракона. Всему научишься, и летать будешь лучше, чем я.
— Летать… — мечтательно вздохнула я, глядя на облака, а потом оглянулась в сторону долины внизу. Почему-то подумалось, что именно с этого обрыва я и буду прыгать вниз, как с мостков в речку. В глаза бросилось то самое зелёное пятно — уже наполовину чёрное, огороды уже распахали, а новых срубов заметно прибавилось. — А вот вы когда про себя рассказывали, сказали, что драконы, когда с крыльями, сильнее в магии. Так может, теперь не страшно, если я снова?.. — и мотнула головой в сторону деревни, где даже сейчас, в праздник, копошились драконы.
— Не вздумай! — всполошился герцог. — Если не умеешь свою магию контролировать, то хоть человеком, хоть драконoм — всё равно рискуешь довести себя до oчередной потери сил, а то и перегореть. Потерять магию насовсем, — объяснил, когда я удивлённо захлопала глазами на непонятное слово.
— Ой, нет! Я не хочу терять магию насовсем, — замотала я головой. Теперь, когда Фантя сидела в сторонке, это было можно. — Я уж лучше подожду.
— Вот и хорошo. Кстати, думаю, ты уже достаточно успокоилась, чтобы попытаться совершить обратный оборот. Конечно, праздничные гуляния начнутся только после обеда, а самое веселье — вечером, но ты же не хочешь всё это пропустить?
— Не хочу! Научите меня, ваша светлость!
— Каэтано, мы же договорилиcь.
— Да, но… Ладно, я постараюсь. Научите меня, пожалуйста… — Нет, назвать его дядей у меня точно не получится. И я выдохнула: — Каэтано.
— Вот и славно, — улыбнулся мне дракон. — А теперь иди за ширму и устраивайся там поудобнее. Можешь даже лечь, если хочешь.
Ложиться я не стала, снова уселась как младенец. Идти до ширмы было совсем недалеко, но и за эти несколько шагов я почувствовала, насколько же прав был герцог, говоря, что новое тело нужно осваивать заново. Было ужасно непривычно идти, упираясь в землю ладонями и ступнями, тянуло опуститься на колени, так было привычнее.