Оксана Бармак – Признаки одержимости - часть 1 (страница 1)

Признаки одержимости - часть 1

Глава

От автора:

Рада приветствовать вас в пятой части моей истории! Поскольку все книги связаны единой сюжетной линией, перед прочтением этого тома обязательно ознакомьтесь с предыдущими событиями.

Хронология серии:

Книга 1: «Колдовская книга даром»

Книга 2: «Зов тьмы»

Книга 3: «Обитель проклятых душ»

Книга 4: «Буйство духов»

Книга 5: «Признаки одержимости» часть 1

Что было ранее...

История, начавшаяся с опасного подарка в книге «Колдовская книга даром», затянула героев в водоворот древней магии, из которого уже невозможно выбраться невредимыми. Шаг за шагом, поддавшись соблазну в «Зове тьмы», они прошли через самые тёмные испытания, где грани между союзниками и врагами начали стираться.

В «Обители проклятых душ» — расширяющийся водоворот зла затягивает в ловушку всё новые и новые жертвы. В книге раскрылись страшные тайны прошлого и завязались узлы судьбы, которые невозможно распутать мирным путём. А пережитое в «Буйстве духов» окончательно разрушило привычный порядок вещей, поставив мир на грани катастрофы, а героев — лицом к лицу со своим главным страхом.

Магия пробудилась в полную силу, древние проклятия сорвали свои цепи, и ставки выросли до предела. Теперь, когда все маски сброшены, а пути назад отрезаны, героям предстоит сделать финальный выбор.

История продолжается прямо здесь и сейчас. Добро пожаловать в пятую главу этой саги.

Глава 1

Услышав звонок, Альберт Гусаров – дежурный санитар приёмного покоя судебно-медицинского морга, нехотя поднялся из удобного видавшего виды кресла, где он смотрел телевизор, надел халат, медицинскую шапочку и, зевая, поплёлся открывать дверь. В свои двадцать пять Альберт был рослым, имел плечи в косую сажень, бритую голову, округлое лицо с мелкими чертами и цепкие серые глаза под густыми чёрными бровями. Его спецодежда состояла из рубашки с коротким рукавом и брюк из плотной хлопчатобумажной ткани синего цвета. Плотный медицинский халат, который надевался поверх костюма при выполнении административной работы или приёма тел, был в нескольких местах порван и имел застарелые пятна непонятного происхождения. Альберта это не парило. Все его мысли были сосредоточены на мечте, которой он жил – собственная бальзаматорская. Он видел её в своих снах и хорошо представлял, как там всё будет обустроено. Хороший реставратор тел мог заработать большие деньги с учётом беспредела, что творился вокруг, когда будущие клиенты мочили друг друга любыми доступными способами, в промышленных масштабах, а трупы требовалось буквально собирать по частям. Нужна лишь хорошая крыша, да начальный капитал. Альберт отодвинул засов и открыл тяжёлую металлическую дверь.

- Принимай клиента! – с порога радостно прогудел Олег – санитар специальной службы трупоперевозки, передавая ему документы на привезённое тело. Водитель-санитар - грузный, широколицый Сергей Зинченко, одетый так же как напарник в тёмно-синий костюм из плотного полукомбинезона и куртки, вёз труп на каталке. У закрытого дебаркадера морга стояла припаркованная серая санитарная машина для перевозки трупов на базе УАЗ-452 с красной полосой по борту, красными крестами большого размера на задних дверях и крестами поменьше - в центре боковых стенок кузова. Альберт отступил, пропуская каталку внутрь вестибюля-приемной, и бегло пробежал глазами бумаги: бланк констатации смерти, заполненный врачом скорой помощи, протокол осмотра тела, составленный сотрудником милиции с указанием направления тела на судебно-медицинское исследование и наряд на перевозку. В это время Олег и Сергей сноровисто перегрузили тело, завёрнутое в простыню, на внутреннюю каталку морга с поддоном. Сверяя данные, Альберт открыл простыню и увидел внутри обнажённое тело крепко-сбитой сорокалетней женщины среднего роста. Крашеные светлые волосы она при жизни начесала, чтобы создать объём. Прямоугольное лицо женщины с высокими скулами, прямым носом, тяжёлой нижней челюстью и мягким округлым подбородком выглядело безмятежным. Можно было подумать, что клиентка просто прилегла отдохнуть. Лишь трупные пятна синюшно-фиолетового цвета на шее, подбородке, щеках и ушных раковинах портили всю картину, выдавая страшную данность необратимости смерти. На лице ещё сохранялись остатки косметики, а небольшой рот с симметричными губами средней толщины странно почернел, точно женщина перед смертью ела сажу. От тела не сильно, но пахло гарью. Выглядело это очень странно. Альберт подумал, что не стоит разыгрывать из себя Шерлока Холмса. Проверив бирки на теле, он коснулся подбородка и приоткрыл мёртвой рот. Раздался сухой треск. Внутри рта всё было чёрным. Казалось, что тело горело изнутри. Такого Альберт ещё не встречал. Походило на электротравму. Но как покойная её получила? Вероятно, поцеловала провод под высоким напряжением, сидя на заземлённой поверхности. Ничего, он всё это исправит, и в гробу она будет смотреться ещё лучше, чем при жизни. Альберт решил, что непременно станет лучшим танатопрактиком в области, а это достигалось лишь постоянными тренировками. Повреждений, не отражённых в протоколе осмотра тела, Альберт не обнаружил.

- Симпатичная была, титьки третьего размера, - заметил Олег развязано и, подмигнув, добавил: - Кстати, сынок у неё крутой бандит. Думаю, можно с него денег потрясти.

Альберт тяжело вздохнул. Тело было практически неповреждённым, поэтому его работа, скорее всего, сводилась к минимуму, да и бандита особо не потрясёшь, скорее он тебя не слабо вздрючит, если заметит какой косяк в облике покойной при выдаче: отдашь всё что есть и ещё останешься должен. Люди всякие встречались. Альберт внёс в журнал учёта запись о времени прибытия и личных данных мёртвой женщины. Напротив Ф.И.О. вывел аккуратным квадратным почерком: «Кулагина Татьяна Алексеевна. Возраст - сорок два года».

Спохватившись, он спросил у Олега: - А одежда её где?

- Не было ничего, - ответил за него Сергей, выкатывая пустую каталку наружу, чтобы поместить обратно в автомобиль. – Мы её голую из ванной достали.

- А ценности, побрякушки всякие? – Альберт осмотрел руки усопшей в поисках украшений. – Я не хочу никаких разборок с её сынком. И вас покрывать не стану!

- Да не было ничего! Не бзди! – проворчал Олег, сжимая в руках принесённый с собою полиэтиленовый пакет с покупками из ближайшего «комка». – Ты чай заваривал?

- Заваривал, - буркнул Альберт, продолжая педантично заполнять журнал. С улицы вернулся Сергей. Он закрыл дверь на засов и пошёл за напарником в направлении комнаты приёма пищи. Пока не было новых вызовов, они решили передохнуть, посмотреть телевизор и поиграть в карты.

- Если хочешь реванша, то подтягивайся, - велел Сергей с насмешкой в светло-голубых глазах и закрыл дверь в тамбур, что вёл в коридор административно-бытового блока. Альберт отнёс документы в кабинет регистрации, бросил их на стол, а сам вернулся к каталке с телом и повёз его через помещение секционной в холодильник. Основной бестеневой свет над столами и общее люминесцентное освещение в аутопсийном зале были отключены за ненадобностью. Дежурного освещения тусклыми светильниками над выходами хватало, чтобы довезти тело и вернуться назад. Колёсики каталки жалобно повизгивали в полумраке, а шаги гулко разносились по залу в стерильной пустоте. Глаз отчетливо ловил блики на полированных поверхностях: секционных столах из нержавеющей стали, видавших виды раковин, смесителей и древней глянцевой кафельной плитке стен. Из-за идеальной чистоты после вечерней уборки поверхности казались зеркальными. В воздухе доминировал стойкий, глубоко въевшийся в поверхности шлейф химических веществ: хлорсодержащих дезинфектантов, разведённого формалина, дегтярного мыла и четвертичных аммониевых соединений. Сквозь негромкий гул старой вытяжной системы слышались редкие глухие звуки капель в сливных трапах, расположенных в полу и в основаниях секционных столов. Герметичные двери в смежную предсекционную были плотно заперты. Альберт открыл массивную герметичную термодверь с резиновыми уплотнителями и рычажным замком, напоминающую дверь промышленного склада и вкатил тело в трупохранилище. Помещение не имело окон, а только трёхъярусные стеллажи с телами вдоль стен. На стенах висели ребристые трубы охлаждения – испарители, покрытые оттаивающей наледью. С труб постоянно капала вода и стекала по наклону пола к сливному трапу. Под потолком горели редкие гудящие люминесцентные лампы дневного света. Свечение было тусклым, желтовато-серым. Запах был значительно тяжелее, чем в секционной. Из-за перепадов температур и открытого способа хранения тел, дезинфекция хлоркой смешивалась с выраженным стойким гнилостным запахом и резким ароматом формалина, но Альберт даже не поморщился. По кафельному полу он подвёз каталку к ближайшему стеллажу вплотную — торец в торец и заблокировал колёса. При помощи ножной педали поднял раму гидроподъёмника так, чтобы она оказалась на два – три сантиметра выше, чем нужная полка стеллажа на первом ярусе. Этот небольшой перепад высоты создавал искусственный уклон. Затем зашёл со стороны подъёмника и сильным толчком от себя толкнул поддон вперёд, в пазы стеллажа. Благодаря тому, что подъёмник был чуть выше полки, поддон под собственным весом и от сильного толчка буквально влетел в направляющие полозья стеллажа. Альберту оставалось только дослать его до упора. Дело сделано. Закончив с телом, он вернулся с каталкой в вестибюль-приемную, оставил её там, завершил заполнение документов, а после отправился в комнату приёма пищи, чтобы отыграть у Олега пятьдесят фофанов, иначе утром тот пробьет ему всё сполна. Альберт посмотрел на часы. Оставалось не так много времени. Оказалось, что бригада специальной службы трупоперевозки к этому моменту находилась в весьма приподнятом настроении. Бутылка водки на столе уже почти опустела. Олег жевал пряник, а Сергей задумчиво тасовал карточную колоду.