Ог Мандино – Университет успеха (страница 142)

Эти слова принадлежат Джону У. Гарднеру, основателю объединения «Общее дело» и бывшему президенту действующего под эгидой покойного Э. Карнеги Фонда совершенствования обучения. В данной лекции, взятой из его широко известной книги «.Безупречность», м-р Гарднер подтолкнет вас к тому, чтобы вы задались многими серьезными вопросами по поводу вас самого и окружающего вас общества:

• Что означает для вас безупречность?

• Где должна заканчиваться самоудовлетворенная индивидуальность?

• Что хорошего в свободе, лишенной морального долга?

• Почему многие из нас с годами так и не становятся

мудрее?

• Что делает ваша компания, для того чтобы способствовать вашему развитию?

Соединенные Штаты всегда были и продолжают оставаться страной успеха. Мы, несомненно, были самым успешным из всех народов в деле развития процветающей экономики и мощного гражданского общества. И все же, несмотря на нашу готовность аплодировать победителям и восторженное почитание тех, кто в хорошем смысле поднялся «из грязи в князи», мы все равно продолжаем достаточно часто употреблять наши демократические права, с тем чтобы ограничить или замедлить продвижение вверх тех, кто кажется нам более честолюбивым, чем мы сами. И если подобные уловки не приносят результата, посредством налогообложения мы отбираем избыточные плоды чужого успеха у тех, кто его добился. Что можно сделать, для того чтобы поощрить и стимулировать идеалы индивидуальных свершений, вместо того чтобы подавлять их?

К этому моменту вы уже прошли длинный путь с тех пор, как приступили к изучению лекции 1. Теперь настало время подумать о будущем — для вас и ваших детей...

Несколько лет назад у меня состоялась незабываемая беседа с десятилетним сынишкой одного из моих коллег-профессоров. Я шел в аудиторию, а он направлялся на урок к своему педагогу по классу скрипки. Мы вступили в разговор, и он стал жаловаться, что пока еще не в состоянии сыграть на скрипке никаких настоящих музыкальных пьес — все время только одни и те же утомительные упражнения. Я сказал, что положение будет меняться по мере того, как у него улучшится

техника владения инструментом, но это мое соображение подтолкнуло его ответить несколько меланхолически: «Но я не хочу улучшаться. Я рассчитываю, что могу даже ухудшиться».

Идея безупречности и совершенства выглядит для большинства людей привлекательной, а некоторых даже вдохновляет. Но взятая сама по себе она представляет собой довольно абстрактное понятие. Ее нельзя назвать универсальной и мощной движущей силой. Поэтому мы должны спросить себя, что может явиться теми важными и действительно движущими соображениями, которые будут вдохновлять людей, борющихся за безупречность, и помогут им не свернуть с выбранного пути.

Нам не нужно где-то далеко искать ту характеризующуюся большой живучестью и мощью идею, которая может и должна служить стимулом для достижения безупречности. Это хорошо известный и давно сложившийся идеал индивидуальной реализации своих потенциальных возможностей. Данный идеал неявно присутствует в наших убеждениях по поводу ценности каждого отдельного индивидуума. Он поддерживает нашу веру в равенство возможностей и сам поддерживается ею. Наконец, он находит выражение в нашей убежденности по поводу того, что каждому индивиду нужно предоставить возможность максимально использовать все те качества, которые в нем заложены.

Главный инструмент, который мы изобрели, для того чтобы способ* ствовать осуществлению идеала реализации потенциальных возможностей каждого человека, — это система образования. Но в своей вполне понятной озабоченности совершенствованием данного инструмента мы забываем более широкие цели, для достижения которых он был предназначен. Большинство американцев воздают должное образованию, но лишь немногие понимают его высокое предназначение. Наши взгляды на цели образования слишком часто оказывались мелкими, шраничен-ными и характеризовались явным недостатком широты или перспективы. Цели, которые мы ставим перед системой образования, должны рассматриваться в более обширном контексте наших убеждений в ценности любого отдельно взятого индивидуума и важности индивидуальной реализации потенциальных возможностей каждого человека.

Образование в формальном смысле представляет собой только часть более крупной задачи, стоящей перед обществом, — соучастия в интеллектуальном, эмоциональном и моральном росте всякого индивидуума.

В итоге мы должны прийти к концепции бесконечного процесса самораскрытия, выявления собственных возможностей и постоянной пе-

рестпройки, чтобы как можно полнее реализовать себя и стать такой личностью, какой способен стать данный человек.

По своему масштабу, размаху и возможностям только что сформулированная концепция выходит далеко за рамки формального образования. Она включает в себя не только интеллект, но и эмоции, характер, индивидуальность. Она охватывает не только поверхностные, а и более глубокие слои мышления и деятельности: адаптируемость, креативность, или творческие способности, а также жизненную энергию.

Кроме того, она охватывает моральный и духовный рост. Мы говорим, что применительно к каждому человеку стремимся к максимальной индивидуальной реализации его потенциальных возможностей, но совершенно очевидно отсутствие у нас желания способствовать развитию потенциально великих преступников или великих мошенников. Обучение ради самого обучения — этого явно недостаточно. Воры обучаются разным хитростям и коварству, а рабы обучаются покорности. Мы можем ненароком научиться тому, что ограничит нашу способность видеть далекие перспективы и исказит истинность наших суждений. Мы хотим способствовать реализации потенциальных возможностей человека не вообще, а в рамках тех рациональных и моральных устремлений, которые характеризуют людей в их лучших проявлениях. В мире огромных организаций и могучих социальных сил, которые принижают индивидуума, мешают его росту и угрожают ему, мы должны всякий раз, когда это возможно, становиться на сторону' индивидуальности и поддерживать ее, но мы не можем рукоплескать индивидуальности, когда она безответственна, аморальна или излишне самодовольна.

Величие Америки всегда было вашшием свободных людей, разделявших определенные моральные ценности и обязательства. Свобода без моральных обязательств бесцельна и быстро оказывается самоубийственной. Следует признать иронией судьбы тот факт, что по мере того, как индивидуумы в составе нашего общества двигались по направлению к конформизму, они уходили все дальше и дальше от ощущения каких-то общих и притом глубоких цепей, которые разделяли бы все. Мы должны одновременно восстановить и ощущение энергичных действий, которое мы связываем с индивидуальностью, и ощущение совместных, разделяемых всеми целей. Любая половина этой связки сама по себе, без другой шшжп!1М неизбежно ведег к последствиям, которые претят нам и вызывают отвращение.

Чтобы завоевать наше глубочайшее уважение, индивидуум должен и обрести себя, и потерять. Это сочетание на самом деле далеко не столь противоречиво, каким кажется. Мы уважаем человека, который служит высоким ценностям, перерастающим его собственную индивидуальность, — ценностям своей профессии, своего народа, своего наследия, а прежде всего тем религиозным и моральным ценностям, которые взрастили идеал индивидуальной реализации потенциальных возможностей человека и должны всегда играть в его жизни первостепенную роль. Но это «принесение себя в дар» вызывает наше восхищение только в том случае, если индивидуальность дарящего достигла подлинной зрелости и если сам акт «дарения» не сопряжен с нанесением непоправимого вреда этой индивидуальности. Мы не можем восторгаться теми безликими и бездумными слугами Государства, Великого Дела или Организации, которые на самом деле никогда не были зрелыми индивидуумами и принесли всю свою индивидуальность в жертву Корпоративном}' Благу.

В современном обществе большое число молодых людей никогда не добиваются сколько-нибудь полной реализации своих потенциальных возможностей. То ли окружающая их среда не может по тем или иным причинам стимулировать такую самореализацию, то ли она фактически далее тормозит саму возможность роста. Семья, попавшая в ловушку бедности и невежества, вряд ли сможет дать юноше или девушке тот стимул, который столь необходим им для индивидуального роста. Проживание в таком районе города, где правонарушения и распад социальных связей носят универсальный характер, не может создать атмосферу, не способствует распространению образовательных ценностей. В такой среде процесс, ведущий в конечном итоге к деградации, упадку и гибели талантов, начинается задолго до прихода ребенка в детский сад и продолжается еще длительное время после того, как ребенок покидает его.

Тот факт, что многие мальчики и девочки не в состоянии достигнуть полного развития и целиком реализовать свой потенциал, должен висеть на нашей национальной совести тяжким грузом. И данное явление — не просто потеря для конкретного индивидуума. В обстановке, когда страна должна в максимальной степени использовать свои человеческие ресурсы, невозможно даже вообразить, что мы по собственной воле обрекаем