Одри Грей – Разрушительница проклятий (страница 41)
План был прост. Добыть золотую чешуйку и убраться ко всем демонам из воды до того, как солнце полностью сядет и шелки заметят Хейвен.
Справа от нее сверкнули серебро и кобальт.
Она замерла, загипнотизированная прекрасными металлическими цветами хвоста шелки, чьи полупрозрачные коралловые и серебристые плавники колыхались в воде, как нити тончайшего шелка.
Еще больше шелки, привлеченных Ашероном, промелькнуло над головой Хейвен, напоминая цветной гобелен, красивейшее полотно смерти.
Хейвен буквально чувствовала их ажиотаж по поводу великолепной добычи. «
Если бы красоту можно было использовать как оружие, то прекрасная внешность Ашерона напоминала бы кинжал, который Хейвен позаимствовала у Столаса… и потеряла. Лезвие, которым можно было ударить врага, а тот бы и не почувствовал боли.
Вода бурлила из-за шелки, сцепившихся и сражавшихся друг с другом, привлекая внимание Хейвен к массе существ, каждое из которых боролось за возможность получше разглядеть Ашерона.
Подплывая ближе, Хейвен пришла в ужас от мысли, что эти твари могут услышать бешеный стук ее сердца. Взгляд скользнул по металлической чешуе, отчаянно ища золотой отблеск и не находя его среди многообразия всех цветов.
Если бы только шелки замерли на достаточно долгое время, чтобы она смогла найти правильный цвет чешуи! Их быстрые, стремительные движения напомнили Хейвен о жирной рыбе в прудах Пенрифа, которая приходила в неистовство от нескольких крошек, брошенных в воду.
Загребая руками и ногами, она подплыла еще ближе, жалея, что в Пенрифе редко плавала – руки начали уставать.
А затем среди малинового, желтого и лазурного цветов так быстро промелькнула вспышка золота, что Хейвен решила, будто ей показалось.
Скользкие мясистые хвосты били ее по плечам и щекам, пока она ужом пробиралась между ними, молясь Богине, чтобы эти твари были слишком очарованы смазливым Повелителем Солнца и не смотрели под поверхность воды. Перепончатая когтистая рука царапнула ее по боку.
Хейвен подавила крик, когда лента ее крови растеклась по воде.
Вырвавшись из хаоса, она заметила немного в стороне от группы одну шелки с золотой чешуей. Несколько кусочков золота на ее хвосте контрастировали с бирюзовой и серебряной чешуей, и Хейвен медленно подплыла ближе.
Именно тогда она заметила, что лучи солнечного света, пронизывающие воду, исчезли, а водоем темнеет с каждой секундой. Ей пора было добыть чешуйку и выбираться из воды.
Совсем немного отделяло ее от шелки с золотой чешуей, и Хейвен одним сильным ударом ноги сократила расстояние, потянувшись к гладкому золотому овалу как раз в тот момент, когда вода почти полностью потемнела.
Затаив дыхание, она схватила двумя пальцами чешуйку и потянула. Та легко оторвалась, и, бросив быстрый взгляд, чтобы убедиться, что взяла правильную, Хейвен засунула крошечную чешуйку в карман и повернулась, яростно оттолкнувшись.
С бешено колотящимся сердцем она плыла в мутной воде, направляясь в ту сторону, откуда появилась. Позади нее забурлила вода, когда шелки снова вышли из транса.
Вскоре темнота наполнилась звуками борьбы.
Долго ли еще плыть? Волна паники накатила на Хейвен, когда она поняла, что не уверена, где находится дно, а где – поверхность. Что, если она все глубже погружалась в бездну?
Не раздумывая ни секунды, Хейвен создала шар светлой магии и выпустила его, мысленно приказав всплыть. Когда шар прочертил яркую дорожку прямо к поверхности, Хейвен охватило облегчение. Она двигалась в правильном направлении.
Света магии хватало, чтобы осветить все вокруг Хейвен, и какая-то тень внизу привлекла ее внимание. Она опустила взгляд…
В ответ на нее сверкнули совершенно черные глаза, расположенные над рядами острых, как бритва, зубов. Шелки схватила ее за ногу и дернула вниз.
Вниз, вниз, вниз.
Хейвен пинала и била скользкое существо, но та лишь крепче обхватила ее бедро. Миг – и еще одна шелки схватила Хейвен за другую ногу и потащила глубже.
Острые когти тянулись к ней отовсюду. Пальцы обхватили ее руки и впились в волосы.
И тут руна Хейвен перестала покалывать кожу, и очередной вдох обжег легкие девушки, как жидкий огонь.
Она больше не могла дышать под водой.
Глава двадцать девятая
Хейвен всегда считала, что тонуть не больно – как же она ошибалась. Она все глубже погружалась в бездну, а в легкие и грудь словно вонзилось раскаленное стекло, обжигающее и тяжелое. Паника сдавила ребра и поселилась за грудиной, плотная, удушающая и такая реальная, что могла быть живым существом.
В шоке ей тут же подумалось, что Бьорн должен был предупредить ее о таком. Преисподняя бы побрала его дурацкие законы о Провидцах! Тьма и отчаяние поглотили ее разум, и Хейвен поняла, что умирает.
И снова она ударила шелки ногой.
И снова тварь лишь сильнее в нее вцепилась.
Еще две скользкие самки схватили Хейвен за руки. Она никак не могла пошевелиться. Ничего вокруг себя не видела.
Стоило Хейвен об этом подумать, как ее рука, прижатая к боку, согрелась искрой магии, осветив диковинных существ, пытающихся ее убить.
Хейвен подождала, пока сила не хлынула вверх по ее руке, а затем высвободила ее. Ошеломленные шелки завизжали, когда ее магия отбросила их назад. Два удара. Это все, что Хейвен успела сделать, прежде чем еще четыре шелки снова схватили ее.
Она испустила еще одну вспышку силы, отправив новых шелки в полет на глубину, но их место заняли другие. На этот раз бесчисленные твари обвились вокруг нее. Скользкие, мясистые тела колотили Хейвен, утаскивая ее все глубже, навстречу смерти.
У нее заложило уши.
Легкие разрывались от боли.
У нее еще хватило энергии для последнего удара магии. На этот раз, когда шелки отпустили Хейвен, она потянулась к кинжалу за поясом. Вслепую. Она ничего не видела, ничего не чувствовала.
Она с трудом вытянула кинжал из-за пояса… и тут он выскользнул из ее пальцев на глубину.
Гнев заклокотал в груди Хейвен, несмотря на то что скользкие твари снова набросились на нее, стремясь окончательно утопить.
Внезапно произошел ослепительный взрыв света. Шелки завизжали, загребая перепончатыми руками, чтобы убраться подальше от того, кто стремительно приближался к ним.
Ашерон! Магия, казалось, исходила отовсюду, когда он волна за волной отбрасывал шелки назад, пробираясь к Хейвен.
Ослабев и с трудом удерживаясь в сознании, Хейвен выбросила руку вперед и каким-то чудом поймала запястье Ашерона. Он притянул ее к своей груди, гладкой и скользкой, и она обеими руками обвила его шею.
Жар от магии, волнами которой Солис прожигал воду, согрел кожу Хейвен.
Когда они оказались на берегу, Хейвен рухнула на колени, изрыгая из себя, казалось, целое озеро.
Выкашливая затхлую воду из легких, она почувствовала на спине руку Ашерона, теплую, влажную и тяжелую. Казалось, вода в ее груди никогда не кончится. Каждый сокрушительный рвотный спазм скручивал ее тело, заставляя дрожать.
Рук подбежала к ним и накрыла ее тонким одеялом. Тело Хейвен раз за разом содрогалось от конвульсий, пока она наконец не смогла нормально дышать.
Тогда она плюхнулась на бок на покрытую мхом землю и попыталась отдышаться.
Перед глазами все кружилось, тело умоляло ненадолго отключиться…
Роняя на щеку Хейвен капли с мокрых волос, Ашерон наклонился и взял ее на руки. Кряхтя, он подбородком подтянул одеяло повыше.
– Отпусти меня! – прорычала она.
Глядя прямо перед собой, Ашерон понес ее в лес, игнорируя все мольбы. Его челюсть свело от гнева.
– Отпусти!
Он скользнул по ней убийственным взглядом.
– От тебя требовалось лишь позволить коряге всплыть на поверхность, но ты слишком упряма. Ты скорее умрешь, чем попросишь о помощи.
Гнев захлестнул Хейвен. Ашерон упрекал ее несправедливо. Шелки держали ее за руки, и достать деревяшку из кармана было невозможно. Но дело было не в этом.
– От меня ничего не