Одри Грей – Разрушительница проклятий (страница 33)
– Хейвен, ты ошибаешься.
Но она не ошибалась. Оно смеялось над ней. Это существо в виде магического шара. У него был рот и два глаза, как у смертных. Нос. Оно менялось, мерцало и трансформировалось.
Оно дразнило ее.
– Хейвен, – позвал кто-то, но она видела только свет магии и тьму. Где она оказалась? – Хейвен?
Магический шар увеличился в размерах… когда это случилось? У него выросли зубы – острые, скрежещущие зубы, крылья и когти… виверна.
– Такой большой, – прошептала Хейвен, пока виверн рос, заполняя собой пространство ущелья. Массивная голова поднялась, едва не сбив сталактит. На спине чудовища сидел всадник.
Хейвен знала его. И боялась.
– Дамиус? – прохрипела она. Боль в коленях. Боль в плече. Боль в голове. Когда она успела упасть?
Тепло разлилось по спине. Кто-то пытался поднять ее.
– Хейвен? Что происходит? Ты ранена? – Голос казался знакомым.
– Что-то не так, – продолжал женский голос. Сурай.
Хейвен мысленно цеплялась за это имя, но оно уплывало, будто ее разум разлетелся на тысячу стеклянных осколков, которые она не могла собрать обратно.
Кто-то взял ее за руку. Прохладный воздух обдал плечи, когда кто-то снял с нее плащ и спустил тунику, обнажив ключицу.
– Вот, видишь эти крошечные проколы? – сказал мужской голос. – Они уже гноятся.
– Должно быть, фея укусила ее до того, как она проснулась, – подхватил другой женский голос. – У нее галлюцинации.
Хейвен попыталась рассмеяться, но внезапно воспарила над своими спутниками в пещере. Ее тело лежало внизу. Сфера магии парила между ее телом и душой, будто не зная, где ей место.
Хейвен выглядела странно: маленькая и хрупкая, ее волосы рассыпались по земле веером, напоминая волнистый гобелен из расплавленного золота с оттенком крови. Солисы с озабоченным видом стояли вокруг нее.
Едва слышный голос убеждал Хейвен вернуться в свое тело. Что, если она не сможет вернуться в эту невзрачную груду из кожи и костей, лежащую там, внизу?
С другой стороны, зачем ей этого хотеть, если она чувствует себя такой легкой, такой
Зачем ей вообще туда возвращаться?
Ашерон тряс ее, поджав губы, выглядел он суровее, чем обычно.
– Хейвен, вернись! – Он повернулся к Сурай. – Магия в слюне феи иногда используется опытными заклинателями света для блуждания души. Но это невероятно опасно.
Сурай побледнела.
– Она не знает, как вернуться в свое тело.
Да уж, новости не из приятных. Но мысль улетучилась, как и дух Хейвен, парящий и дрейфующий во тьме, а оставшиеся внизу Солисы с каждым мгновением уменьшались, пока не превратились в крошечный пятачок света.
Хейвен кружилась в воздухе, не зная преград. Желание вернуться в тело исчезло.
Так вот на что похоже блуждание души. Хейвен взмахнула руками, удивленная призрачными очертаниями собственного тела. Она чувствовала легкость и пустоту. Казалось, можно полететь в любую точку мира…
В любую?! Будь у нее такая возможность, куда бы она отправилась? Разве Дамиус не рассказывал о том, что можно оказаться в экзотических землях за морем, просто представив их?
Забыв тревожные слова Сурай о возвращении, Хейвен сосредоточилась на единственном человеке, которого хотела видеть больше, чем кого-либо в королевстве.
Белл.
Стоило мысленно произнести его имя, как мир вокруг изменился, и вместо тьмы и теней Хейвен увидела скалистый пейзаж гор цвета оникса. Их зазубренные вершины проступали на фоне бледно-серого неба. Даже находясь вне физического тела, Хейвен чувствовала покалывание темной магии, пока летела в небесах. Магия обжигала подобно яду.
Впереди появился замок, шпили которого, как тонкие кинжалы, пронзали грязные облака. Не успев разглядеть строение, Хейвен уже оказалась внутри. Лабиринтообразные стены из горного оникса тянулись по обеим сторонам от нее.
И тут Хейвен увидела его. Белла. Он стоял у подножия узкой лестницы, одетый в вышедшие из моды жилет и брюки, перепачканные грязью. Без помады, которую он обычно наносил на волосы, его локоны выглядели мягкими и более растрепанными, чем обычно. Нос Белла был перепачкан грязью, а щеки порозовели от солнца.
С ним все хорошо…
Но крик восторга замер у Хейвен на губах, когда она увидела ужас на лице Белла. Его глаза расширились, ноздри раздулись, тело низко пригнулось. Именно тогда она заметила человека, преграждающего ему путь.
Нет, не человека. Ноктиса.
Хейвен заметила кожистые крылья, когти. И кровь… Ноктис был весь покрыт кровью. На лице монстра играла улыбка, но ничего приятного в ней не было, она лишь подчеркивала его изогнутые резцы и наполненные злобой глаза.
Тревога охватила Хейвен при виде того, как Ноктис смотрел на Белла…
Не раздумывая, Хейвен бросилась на Ноктиса. Если бы она сумела взять под контроль его тело, – слиться с ним душами, – то смогла бы помешать ему причинить Беллу вред. Но как только Хейвен коснулась его кожи, вспышка темной магии отбросила ее назад.
Она попыталась еще дважды, и дважды потерпела неудачу.
Вспомнив, как Дамиус душил ее во время выхода из тела, Хейвен замахнулась, чтобы ударить Ноктиса, но кулак прошел прямо через его горло. Она взглянула на руку и замерла. Та выглядела более призрачной, чем раньше.
Что-то подсказывало Хейвен, что это дурной знак.
– Ага, наконец-то поняла, Зверек? – промурлыкал за ее спиной чей-то голос.
Хейвен резко обернулась. Столас стоял, прислонившись к колонне, и наблюдал за ней. Несмотря на небрежную позу, его лицо было мертвенно-бледным, а оба крыла расправились. Кольца вокруг его радужек мерцали, как два золотых костра.
– Белл в беде! – прошипела она.
– Боюсь, ты попала в беду похуже.
Широко расправив крылья, он направился к ней. Хейвен заметила, что тело Столаса тоже слегка прозрачное, а следом за ним виднеется мерцающее сияние. Темные части его тела – рога и крылья – были не плотнее тени.
Столас тоже вышел из собственного тела.
Хейвен оглянулась на Белла.
– Помоги ему. Пожалуйста.
– Боюсь, – сказал Столас, хватая ее за руки, – я здесь только для того, чтобы помочь тебе.
Хейвен скользнула взглядом по его руке, обнявшей ее за плечи. В физическом теле или вне его, хватка Столаса была мощной. Он уводил ее, хотела она этого или нет.
В отчаянии Хейвен брыкалась и билась о Повелителя Теней, пытаясь вернуться к Беллу.
– Я не просила тебя о помощи!
Зарычав, он притянул ее к своей груди, обхватив руками поперек тела.
В их бестелесных формах прикосновение его тела ощущалось по-другому. Кожа Столаса больше не казалась холодной, его темная магия словно ласкала тело Хейвен, маленькие искорки прыгали между ними. Темная магия Хейвен тянулась к темной магии Столаса, узел желания скрутил живот.
– Пусть ты и не просила, – прорычал он, – но я не позволю тебе все испортить одним глупым, опрометчивым решением.
– Почему ты всегда вмешиваешься?! – закричала Хейвен. В любое другое время она поблагодарила бы его за вмешательство. Но изнутри ее раздирала паника и мучительное, отчаянное желание помочь Беллу.
– Почему ты всегда так стараешься умереть? – выпалил он в ответ.
Хейвен попыталась отбиться от Столаса, но тот увернулся от ее удара.
– А тебе-то что?
– Потому что я не хочу, чтобы ты погибла, упрямая идиотка! – прорычал он, обдав холодным дыханием ее шею. – Если задержишься еще хоть на мгновение, твоя душа исчезнет. Ты еще недостаточно сильна, чтобы уходить от тела. Даже если мы вернемся сейчас, нет никакой гарантии, что оно примет тебя.
– Тогда как мне ему помочь? – взмолилась Хейвен, оглядываясь на Белла.