реклама
Бургер менюБургер меню

Обри Тейлор – Испорченный мед (страница 67)

18

— Ты сильнее меня. Всегда была. И ты знаешь, что этого не случится.

— А если случится? — спросила я. — Я потеряла Итана и... — Я остановилась.

— И я чуть не отнял у тебя Арло, — тихо выдавил он, отвернувшись.

— Он в порядке. Ты в порядке, — я провела рукой по его лицу. — Я не злюсь на Арло, — прошептала я. — Я боюсь за него. Он так одержим защитой окружающих, что забывает о себе.

— Этого в нем уже не изменить, — сказал Кайл. — Он был таким с тех пор, как я его знаю.

— Я не хочу менять его. Я просто хочу, чтобы он иногда позволял нам защищать его.

— Ты поговоришь с ним? — спросил он, мучительно дергая носом, пока ему не приказали остановиться.

— Это поможет? — пожала я плечами. — Я даже не знаю, что сказать. Каждое моё чувство Арло может объяснить своей логикой, и это бесит. Но я тоже не сплю... Стоит закрыть глаза; вижу Итана, а потом вместо него — Арло.

Кайл придвинулся ближе, обхватил меня ногами и притянул к себе. Он прижался к моему животу, а я обняла его голову.

— Как мне любить Арло и не захлёбываться страхом, что рядом со мной его ждёт только боль?

— Ты правда в это веришь? — Он поднял на меня глаза, и я промычала, обнимая его немного крепче. — Что бы ты ни делала, твоя история написана, и ты ничего не можешь сделать, чтобы ее изменить? Если у тебя нет надежды, то нет надежды и для меня.

— Это цитата из «Звездных войн»? — поддразнила я с ноткой замешательства.

— Ты до сих пор их не посмотрела? Персик, ты меня убиваешь, — он рухнул на кровать с театральным вздохом. — Просто поговори с ним.

— У меня дежавю, — вздохнула я.

— Ты боишься, что он навяжет тебе свою версию событий, — пожал он плечами, — и, может быть, это хорошо. Ты больше не та, что была год назад.

— Ты тогда меня не знал, — отвернулась я.

— Зато знаю сейчас, — не сдавался он. — И Элла, которую я знаю, заслуживает любви.

— Я чувствую, как он смотрит на меня, — прошептала я, плечом коснувшись Кайла и прильнув к нему.

— Он в порядке, просто... — Кайл выглядел обеспокоенным. — Удивлен, что ты здесь. Дай ему время.

— Ты хочешь сказать, что Сайлас его не предупредил? — вздохнула я.

— С прошлой недели у нас в раздевалке действует правило «никаких слов на букву «Э», — рассмеялся он.

— Почему?

— Арло чуть не бросился на первую базу с кулаками, потом подрался с Ником... Ты вообще читаешь студенческие газеты? — спросил он, а я покачала головой. — Отец выгнал обоих из дагаута и отправил домой.

— Что? — усмехнулась я. — Это абсурд.

— Ты недооцениваешь насколько глубоко запустила свои когти, — пожал плечами Кайл, поморщившись от боли в руке, — и как сильно Арло нравилась эта боль. Он гонялся за этим кайфом, как потерянный бешеный пес. Он нападал почти на каждого в каманде с тех пор, как вернулся из Нью-Йорка, даже на тренера.

— Он дрался с тренером? — У меня отвисла челюсть.

Сайлас повернулся ко мне и покачал головой:

— Только несколько отборных слов, никаких кулаков.

— К сожалению, — Кайл подавил смех.

Тренер не смог преодолеть трудности, которые мешали ему быть хорошим отцом, и не навестил его за все время, пока он был в реабилитационном центре. Его единственными посетителями были мы с Сайласом.

Судья зафиксировал два чистых страйка во втором с конца иннинге. Логан снова вышел на биту. Его левый глаз украшал внушительный синяк.

— Арло? — спросила я у Кайла.

— Заслуженно, — он понизил тон. — Логан что-то сказал про тебя, и Арло сорвался.

— Про меня? — я прикусила губу. Кажется, я и правда всё ему испортила. — Есть ли кто-то, с кем он не дрался?

— Такер, — ответили они оба одновременно.

До того, как я приехала в Харбор, Арло мог бы провести нормальный сезон, получить спонсорство и, возможно, даже имел бы достойную карьеру. А теперь он, головная боль для любого скаута: сорвётся при первом намёке на давление.

— Почитай газету, ради бога, — Сайлас потер переносицу. — Подержи, я в кабинет, за аптечкой.

Он передал мне свою сумку, я поставила его рюкзак рядом с моим и вернулась к ограждению как раз к последней подаче Арло. Логан смотрел на него с ехидной ухмылкой, но по дрожащей ноге было видно он нервничал. Всё зависело от него: на базах второй и третий, им нужны были эти раны, и если он не принесёт очки, конец игры.

Логан открыл рот, что-то сказал, в шуме стадиона не разобрать, но стойка Арло стала жёстче. Пальцы крепче обхватили мяч. Я протиснулась вперёд, встала на лавку и ухватилась за решётку ограждения.

Ты справишься.

Его взгляд метнулся ко мне, грудь поднималась и опускалась в такт моему сердцебиению. Когда он посмотрел на меня, каждый крик, хлопок и приказ из дагаута, казалось, исчезли. Его темные глаза были такими грустными и далекими. Челюсть сжалась, он вдохнул и отвернулся. В тот же миг стадион взорвался аплодисментами.

Тело Арло прогнулось назад, будто невидимая нить тянулась от пальцев до самых пяток. Логан вонзил пятки в землю, а Арло вложил всю злость в этот последний вдох, прежде чем бросить мяч со всей силы.

Страйк три.

Толпа, казалось, гудела от волнения, когда они покидали поле. Последний иннинг был сложным, но Хорнетс были впереди, и адреналин зашкаливал. Я оттолкнулась от стены, когда вся команда заполонила дагаут, Кайл и Ван плотно заслонили меня с обеих сторон, прикрывая от Арло, когда он прошёл мимо.

Это было неправильно, сталкивать их всех друг с другом ради собственных чувств, но я не была готова разбить ему или себе сердце. Я приняла решение. Это будет нелегко произнести вслух, но я не могла позволить Арло продолжать рисковать своей карьерой и жизнью, чтобы заботиться о еще одном наркомане. Я бы не смогла поступить с ним так. Я бы не попросила его взять на себя эту ношу.

Я должна попрощаться.

Дин был первым, кто отбивал. Его напряжённость пошла ему на пользу, не дрогнув, он отбил первый же мяч, запустив его влево, прямо за спины игроков защиты.

Пыль взметнулась у третьей базы, мяч вернулся на поле, а я всё ещё удивлялась, как быстро может бегать этот громила на первой базе. Ван вышел следующим. Удача подвела его, и он в гневе потопал обратно в дагаут. Где-то в толпе голос Зои дразнил его, стараясь поднять настроение.

— Она никогда не сдается, — усмехнулась я, проводя рукой по его голове, когда он плюхнулся рядом и швырнул кепку.

— Это раздражает, — буркнул он, ударившись затылком о стену. — Я чертовски люблю ее за это.

— Умница, — похвалила я.

Воздух словно выдуло из моих лёгких, когда Арло расправил плечи и вышел на поле. Улыбка Логана тут же сползла с лица, как только он его увидел.

— Я бы заплатила, чтобы увидеть, как его выносят, — прошептала я Вану.

— Я пришлю тебе видео, которое сняла Зои, — сказал он, не теряя времени.

Арло промахнулся с первой подачи. Мяч ударился о перчатку с громким хлопком, и крики стихли, даровав ему тишину, пока он переставлял опорную ногу. Пальцы мягко скользнули по рукоятке биты, ни одного движения, кроме вдоха и выдоха. Мяч соприкоснулся с битой с взрывным треском, и хардлайнер пролетел прямо мимо головы Логана, взметнув волосы на его шее порывом ветра, который он создал, прежде чем отскочить в аутфилд.

Дин добежал до дома, оставив Арло бороться, и он с трудом нырнул на вторую базу.

Вопль боли наполнил воздух вместе с пылью, которую он поднял, когда перекатился на спину, ударился о базу — и застыл. Я напряглась, ожидая, когда пыль рассеется, чтобы увидеть, как его тело сжимается от боли, а голова откидывается назад.

Первым рванулся Тренер. Остальные стояли в оцепенении. Судья с третьей базы поспешил к Арло, а второй игрок защиты отступил с поднятыми руками.

— Что-то не так, — подпрыгнул Кайл рядом со мной, — бери свою сумку!

— Где Сайлас? — спросила я, перекидывая ремень через голову и выбегая к лестнице дагаута.

— Иди, я его найду! — рявкнул Кайл, распахивая дверь и устремляясь по коридору.

Одна нога за другой. Два шага за раз. Голос Арло звучал в моей голове, пока я выбегала на поле.

— Шевелись, Майл! — Тренер перекрыл гул трибун своим голосом.

Вся арена встала. Все смотрели. Ждали. Мое сердце билось со скоростью миллион миль в час. Единственным звуком громче был ужасный лязг срабатывания затворов камер.

Я уже могла представить заголовки: «Шлюха-шершень спасает капитана-дебошира Арло Кинга».