Обри Тейлор – Испорченный мед (страница 69)

— То есть ты злишься на меня за то, что я слишком хорошо забочусь о вас с Кайлом? — он звучал так обиженно и сбит с толку.

— Я не критикую твою личность. Но я ставлю под сомнение отсутствие у тебя инстинкта самосохранения. Кайлу ты будешь нужен больше, чем когда-либо, чтобы пережить то, что будет дальше. Если он хочет оставаться трезвым, ты будешь нужен ему постоянно. Это изматывает, и иногда ты будешь думать, что совершил ошибку полюбив его, но ты всё равно сделаешь это, потому что он твой младший брат, — на его лице промелькнула боль, но следом пришло понимание. — И я знаю, что если бы тебе пришлось выбирать, ты бы не смог. Ты бы просто загнал себя в землю ради нас обоих.

— То есть ты лишаешь меня возможности выбора? — прошептал Арло. — Как это может быть справедливо?

— Это не справедливо, — сказала я, — но это единственный способ защитить тебя.

— Нет, — он облизнул губы и покачал головой. — Нет.

Я чувствовала, как подступают слезы, но другого выхода не было. Он не мыслил ясно, и не будет. Не тогда, когда его разум был настолько затуманен.

— Ты не представляешь... — его тон был по-прежнему очень тихим, — последние три недели я чувствовал, что все мои мысли были в полном беспорядке, как будто все вокруг меня никогда не казалось таким...скучным. Я закрывал глаза и молился, чтобы мне привиделся сон, чтобы я мог... — он сделал паузу, обхватив пальцами прядь моих длинных светлых волос, — увидеть тебя, почувствовать тебя снова. Ты не можешь сделать этот выбор за меня. Я не позволю тебе. Ты — моя недостающая часть, Элла. Будь я проклят, если позволю тебе просто уйти от меня, потому что ты испугалась. — Его слова звучали так уверенно. — Ты пережила ад! У тебя отняли все, и вот чего ты боишься? — Он стиснул челюсти. — Меня? Любви? — Он простонал: — Что я сделал такого, что заставило тебя так бояться быть со мной?

Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но я закричала:

— А если ты уйдёшь?

— Я не уйду, Элла, — отрезал он. — Миру придётся постараться гораздо сильнее, если он хочет нас разлучить.

— Не говори так! — я замотала головой. — Не испытывай судьбу.

Он остановился, его тяжелое дыхание замедлилось, а взгляд смягчился:

— Элла, прости, что я сел в машину, — прошептал он, сокращая дистанцию — Я знаю, что напугал тебя. Но я больше никогда не уйду. Ни ради кого.

— Я хочу в это верить! — воскликнула я. — Но ты так увлечён спасением других, что не видишь, во что это тебя превращает!

— А ты не думала, что это может быть хорошо для нас обоих? — он улыбнулся. — Ты не такая уж и сломанная, какой хочешь казаться. Может, защита работает в обе стороны, просто мы пока этого не поняли.

— Ты не можешь знать этого. Всё может исчезнуть в один миг, — я сглотнула, вспоминая, как свет угас в глазах Итана. Словно кто-то выключил лампу. Мгновение и всё: любовь, тепло, верность... исчезло. Навсегда.

— Это не неизвестность. Хочешь знать в какую минуту, вплоть до секунды, я всё понял, Элла?

Что я люблю тебя.

Он не договорил, но я услышала это ясно, как если бы он произнёс это вслух.

— «Я могу победить этих придурков с закрытыми глазами», — он улыбнулся так широко, что мне показалось, будто он поймал солнце.

— Ты это слышал? — уголки моих губ дрогнули в улыбке.

— С той самой секунды, как ты вошла на кухню. Я не сводил с тебя глаз, — он подошёл ближе, обхватил моё лицо ладонями и приподнял мой подбородок. — Элла, детка... — Его нижняя губа едва коснулась моей, и я почувствовала, как все мое тело без колебаний поддалось ему. — Ты тоже противовес всем плохим моментам в моей жизни, и уйдешь ты от меня прямо сейчас или нет, я последую за тобой до конца жизни, потому что если и есть что-то, чего ты не сможешь у меня отнять, — его дыхание обдало мою кожу. — Это мое право выбора.

Все мои возражения против него рухнули.

— И? — я потянула его за воротник формы, не в силах больше сопротивляться. — Что ты выбираешь?

Мое сердце колотилось, а кожа горела. Я знала, что его невозможно переубедить, и хотя страх был осязаемым, я могла каким-то образом разрушить то, в чем он был так убежден.

— Я выбираю любить тебя, — он потерся своим носом о мой и поцеловал меня, наши тела слились воедино, как им и было суждено, и как они молили об этом последние несколько недель разлуки.

Его руки запутались в моих волосах и притянули меня так близко, как только могли, пока его язык скользил мне в рот, а мои руки вытащили низ его футболки из штанов. Я отчаянно искала прикосновения к коже, и как только мои руки нашли ее, с моих губ сорвался сдавленный всхлип, и Арло улыбнулся мне в рот.

— Я тоже скучал по тебе, Блондиночка, — пробормотал он, кусая мою губу и смотря мне в глаза.

— Прости, что оттолкнула тебя, — прошептала я.

— Прости, что позволил, — ответил он.

— Я не облегчала задачу, — я быстро поцеловала его.

— В этом и нет ничего простого, детка, — он прижался лбом к моему.

— Ты ударил Вана, — вздохнула я.

— Это полезно для его эго, — хмыкнул он, скользнув зубами по моей губе.

— Тебе, наверное, стоит извиниться за это, — хихикнула я, когда он застонал в знак протеста.

— Ты действительно врезала Логану? — спросил он сквозь смех.

Я кивнула, украв еще один раунд горячих, жаждущих поцелуев, вздрогнув только от боли в разбитых костяшках пальцев. Арло отпустил мое лицо, но не разорвал поцелуй, ударив кулаком по двери за моей головой.

— Кайл! — рявкнул он, отрываясь на секунду, прежде чем вернуться для еще одного быстрого поцелуя. — Я знаю, что ты не ушел, придурок. Выпусти нас!

— Вы перестали драться? — донеслось с той стороны.

Я не сдержалась и рассмеялась.

— Да! — ответили мы одновременно.

— А теперь открой дверь, чтобы я мог принести лед для этого крутого парня, — Арло поцеловал ноющие костяшки моих пальцев, наконец, отстранившись, чтобы мы могли перевести дух.

ГЛАВА 42

Арло

— Мы победили, если вы, два идиота, вдруг не в курсе, — тренер остановился в дверях, пока Сайлас осматривал руку Эллы. — И ты, кстати, сломала Логану нос, — он взглянул на неё тем самым отцовским взглядом, от которого невозможно отмахнуться.

— А что он вообще сказал? — спросил Кайл, свесив длинные ноги со стойки, на которую он уселся, чтобы понаблюдать.

— Неважно, — пробормотала она, сосредоточившись на бинтах, а не на вопросе.

Она ненавидела, когда за ней ухаживали, но мы с Сайласом не могли иначе. После всех этих недель, когда она не подпускала никого, мы просто не могли не заботиться.

В этот момент дверь распахнулась, и влетела Зои, за ней: Митчелл и Такер, проталкиваясь мимо нас всех с хмурым выражением лица. Ван, вспотевший и красный, как будто только что получил нагоняй, прошёл мимо тренера и уселся рядом с Кайлом.

— Зачем ты это сделала?! — возмутилась Зои. — У тебя осталось два экзамена до выпуска. Как ты собираешься их писать?

— Левой рукой, наверное, — пожала плечами Элла.

— Это всё ты виноват! — Она ущипнула меня за руку и усмехнулась. — Идиот!

Кайл громко рассмеялся, но моментально замолчал, когда Зои перевела взгляд на него:

— Колючка! — издевательски произнес он с ухмылкой.

— Не смей называть меня колючкой! — Она указала на него. — Вы все ужасно на неё влияете!

— Эй, она сама научила меня этому удару! — рассмеялся Митчелл. — Значит, это она плохо влияет на нас!

— Это был действительно хороший удар, — призналась Зои, нежно коснувшись лица Эллы. — Ты в порядке? — она перевела взгляд между нами.

— Я в порядке, — прошептала Элла. — Честно.

Мне стало легче дышать. Кайл был трезв и улыбался, Элла снова была рядом. Моя семья снова вместе. Всё встало на свои места.

— Вы закончили? — прокашлялся тренер с другого конца комнаты.

— Да, Тренер, — пробурчал я.

Сайлас, казалось, был доволен своей работой, и повернулся к Тренеру, стоявшему в дверном проеме. Дин, Ван и Кайл стояли плечом к плечу, будто перед своим командиром. Все ожидали разнос.

— Осталось выиграть три игры, — он с трудом сглотнул, глядя в землю, пряди его песочно-каштановых волос были немного растрепаны. — Забудьте о прессе. Забудьте о болельщиках. Исправьте то, что сломалось. И сметите всех на пути к финалу. Поняли меня?

Тренер посмотрел на меня, его темно-зеленых глазах как обычно были полны мха.

— Да, тренер! — рявкнули мы все, включая Эллу и Зои.

— Тренировка. Пять утра. Без опозданий, — отдал он приказ. — Новак, останься. Надо поговорить.