Нуштаев Андрей – После людей (страница 2)

Она подняла взгляд.

Не к толпе. Не к дереву.

Прямо в камеры эфирных каналов.

– Я найду того, кто это сделал.

Она могла бы остановиться здесь.

Но не остановилась.

– Даже если для этого мне придётся воскресить того, кто сам выбрал исчезнуть.

– …И поэтому я здесь, – сказала Магдалена, уже стоя в его крошечной конуре – в кабинете частного детектива, где запах дешёвого кофе и пыли напрочь выбивал любые мысли о пафосе.

Белемнит сидел напротив, сутулый, заспанный, всё ещё с помятым отпечатком бумаги на щеке.

– Я похоронил его давно, – глухо сказал он. – Не десять и не пятьдесят лет назад. А когда он просто… бросил меня. Барахтаться одному в этом дерьме расследований.

– Он не умер, – перебила Магдалена. – Он исчез.

Вместе с тем, что могло изменить мир.

Брошка сенаторской гвардии легла на стол с мягким звоном.

– Он забрал Перо Бессмертных.

Воздух в кабинете стал плотнее.

Белемнит заморгал. Медленно. Как будто пытался вспомнить, как дышать.

– Это… легенда, – выдохнул он.

– Нет, – ответила Магдалена. – Легенда – это то, во что верят дети.

А Перо – то, чего боятся взрослые.

Она наклонилась ближе:

– Верни Перо. Найди убийцу.

И, если получится…

Она не договорила. Повисла неловкая пауза. А потом, тише:

– Верни друга.

Хоть в каком-то виде. Мне плевать, что вас связывало. Что случилось потом.

Сейчас это – неважно.

Девушка нахмурила брови.

– Может, всё же кофе?.. – пробормотал эльф, стараясь выбраться из пучины воспоминаний. Он поднялся со стула, взял в руки потемневший серебряный кофейник.

– Разве что барышня предпочитает кофе с грибами! – внезапно подал голос до этого умело притворявшийся чучелом филин, сразу привлекая внимание Магдалены.

Белемнит, открыв крышку кофейника, понял смысл ехидной фразы.

Внутри ёмкость была покрыта таким слоем махровой плесени, что определение «белый и пушистый» звучало как угроза.

Кофейник тут же был выброшен в урну.

Сначала брови девушки взлетели вверх в неверии, затем лицо разгладилось.

Она внимательно осмотрела птицу, словно изучая.

– Неужели… Не хватает денег на комнатушку поприличней, а фамильяра завёл? И кто ты такой, малыш?

– Я – лучшая часть этого ушастого бездаря, госпожа, – без тени скромности ответил филин. – Самая прагматичная часть его душонки.

С этими словами "важный сов" гордо распушил перья на хвосте.

– Скорее, самая жадная до наживы и внимания, – парировал Белемнит.

Магдалена сделала то, чего никто не ожидал:

она протянула руку к филину и одними губами прошептала заклинание:

– Вашель.

Тело птицы окутал лёгкий туман – он тут же очистил сову от многолетней пыли.

– Считай, это первая часть аванса за работу.

Вот вторая…

Немного покопавшись в сумочке, девушка выложила на стол переливающийся в тусклом свете прозрачный камень.

– Бездна побери пылевых клещей в моих перьях! – воскликнул филин. – Чистейший горный кристалл!

Мы в деле!

И не слушай этого эльфа-недотёпу! Если он скажет обратное…

– МЫ. В. ДЕЛЕ.

Глава2. Гламур бывает не на подиуме.

Вечером того же дня частный детектив Белемнит Ли’Вернэль отправился к месту преступления. Магдалена, нанимая его, оформила временные полномочия доверенного лица Министерства по связям с общественностью. Ламинированная карточка удобно устроилась в бумажнике – и буквально жгла руку. Пустить её в ход – значило бы легко развязать пару-тройку нужных языков. Но козырь – он и есть козырь: использовать его следует только в момент тупика.

Ленты оцепления были сняты и теперь бесполезно лежали на земле, колыхаясь на холодном ветру. Все улики, что удалось найти, уже забрали с собой криминалисты, но опыт подсказывал Белемниту: чаще всего профессионалы упускают неочевидные зацепки – из-за косности мышления.

На площади по-прежнему сновали люди и нелюди, занятые своими делами. Кто-то подходил возложить цветы. На углу толпились зеваки, шепча друг другу домыслы.

Подняв воротник пальто, эльф подошёл к дереву. Мысленно поблагодарив богов природы за то, что убийство произошло не в бетонной коробке, он бросил ещё один взгляд на окружающих, и, убедившись, что никто не обратит внимания, начал шептать заклинание.

Когда пальцы коснулись земли, лёгкий порыв воздуха поднял над травой росу – тонкой взвесью, заигравшей в вихре магии. Роса закружилась и, повинуясь заклинанию, начала складываться в едва различимые силуэты. Словно слайды, застывшие в мгновении образы людей и нелюдей проявились перед глазами детектива.

Вот – мрачной скалой стоят скорбящие орки.

Вот один из них, перебравший со спиртным, пошатывается и резко поворачивается к подчинённому.

Белемнит узнал его сразу – бывший начальник Грэма.

Пусть магия передавала лишь визуальный образ, по раздувающимся щекам и напряжённому горлу было ясно – орк кричал. Гневно. И одновременно с этим – явно нервничал.

Но кое-что детективу не понравилось. Заклинание сработало не полностью.

Ясень – древо, на котором было найдено тело – не отобразился вообще. Как и сам Грэм.

Что-то мешало магии работать.

Развеяв иллюзии, Белемнит подошёл ближе, вплотную к дереву, и провёл ногтями по коре. Тут же в подушечку пальца впился мелкий стеклянный осколок. Выступившая капля крови испарилась с тихим розовым дымком.

– Скверно… Совсем скверно, – пробормотал он себе под нос.

– Сыч, – позвал он, обращаясь к фамильяру. – Лети домой. Прошерсти справочник. Я скоро вернусь.