Ной Мышковский – Моя жизнь и мои путешествия. Том 2 (страница 6)
Этикет есть везде: на улице, в доме, в храме, в театре, на встрече на банкете, поведение – театральное.
Поцелуи, рукопожатия, объятия друг друга для них не только противоречат этикету, но и в высшей степени неприличны, почти преступны, и поскольку европейцы и американцы делают это, они считают нас изгоями в самом низком смысле этого слова.
У них, конечно, достаточно проблем с американскими и европейскими кинокартинами. Много ли вы видели наших картин, где люди не целуются и не касаются друг друга руками? Или люди не должны прижимать друг друга к сердцу? А это табу. Что делать, при таком ажиотаже, ведь люди очень хотят смотреть американские фильмы, и кинотеатры открываются один за другим. Они прибегают ко многим хитростям. Вырезают из фильма все неприличные места. А представьте, что может остаться от голливудской картины после такой серьёзной операции. Ничего с ничем. А чтобы фильмы стали кошерными для японской публики, у них есть специальные полицейские, которые подвергают цензуре все поступающие новые картины, и после постановки диагноза проводится операция.
Японский театр очень слабый. Пьесы глупы и наивны. Длинные монологи и из-за монологов пьеса получается сшитой белыми нитками. И как-то странно читают монологи.
Ругаются, кричат, а потом снова монолог с криками. Даже когда кто-то из актёров не принимает участия в спектакле, он тоже находится на сцене, сидит с актёрами, которым скоро предстоит выйти. Они курят свои маленькие трубки и ждут, пока придёт их черёд.
Японцы приходят в театр со своими детьми, даже с младенцами, которых они несут на плечах. Такие дети висят сзади.
И оркестр всё время играет громко, пронзительно, пока не уляжется до самого низкого тенора. И вдруг поднимается на самый высокий тенор. Интересно ещё и то, что актёр, которому скоро пора выходить и играть, не уходит, а продолжат стоять в стороне, закрывая лицо платком: его нет. А если надо представить море с большими волнами, берут синий холст и расстилают его на сцене, и уважаемая публика знает, что это море.
В театре нет скамеек и стульев. Посетители сидят на ковриках на коленях. Некоторые приносят подушки, коленям должно быть помягче. Разумеется, вы входите в театр без обуви, которую оставляете в вестибюле в специальных ящиках. В театре все в носках.
Рабочее движение в Японии
Это была красивая картина, когда во время русско-японской войны представители русского (Плеханов) и японского (Катаяма14[1]) социализма прилюдно и очень дружелюбно пожали друг другу руки на Международном социалистическом конгрессе15[2]. Но насколько различны были пути русского и японского социализма! В России социалистическое движение росло вширь и вглубь, пока рабочие не захватили власть в свои руки, а в Японии движение было убито извне. Японская программа против социалистов была гораздо эффективнее антисоциалистического закона16[3] Бисмарка17[4].
О социализме в Японии долгое время не слышали. Он был убит. Вспоминается, как в 1917 году в Иокогаме я зашёл в японский книжный магазин, где продавались и английские книги. Я поговорил с его владельцем и узнав, что я социалист, он очень обрадовался. Однако он сказал мне, как лучшему другу, чтобы я никому об этом не говорил, не рассказывал, потому что кто-то это услышит, и я не смогу от этого избавиться. После этого он отвёл меня в отдельную комнату, где просто выкопал пару брошюр, маленьких буклетов на японском языке о социализме. Честно говоря, конспирация напомнила мне царские времена в России.
Он был японским социалистом и, как все пионеры движения, большим мечтателем, фантазёром. Он отдал бы свою жизнь за социализм.
– В Японии нам придётся начинать всё сначала, и теперь они не смогут уничтожить движение. Уже другие времена, и рабочие уже успели понять наши идеи и возглавить нашу борьбу за лучшую и прекрасную жизнь. И чем дольше я находился в Японии, а затем и на Дальнем Востоке, тем больше убеждался в правоте его слов.
Япония, как и Китай, была совершенно закрытой страной, отрезанной от остального мира морями и океанами, и она не позволяла входить в неё иностранцам до 1864 года, когда ей пришлось пойти на требования американца Перри18[1], который кардинально поставил вопрос об открытии Японии для торговли с американцами: «Либо ведите переговоры с нами, либо мы вас убьём». И он просто заставил японцев открыть свои порты для внешней торговли. Но нашествие «варваров» вызвало в Японии целую революцию. Во-первых, оно уничтожило феодализм и власть феодалов (сёгунов). Япония была объединена под сильным правлением Микадо, а во-вторых, тогда Япония начала индустриализацию и милитаризацию на европейский манер. Япония стала современной страной экспорта и импорта. В этой тяжёлой ситуации начал развиваться современный промышленный рабочий класс, и страна вступила в новую капиталистическую эру. После революции Мэйдзи19[2] Япония также становится парламентской страной. После победного конфликта с Китаем в 1896-1897 годах жадный капиталистический класс становится лидером, правителем. Затем Япония завоёвывает большие рынки в Китае, на Дальнем Востоке и даже в Сибири. Но война также выдвинула военный класс, который сильно конкурирует за власть и влияние с капиталистами, как это часто происходит, когда военный класс доминирует над всей страной. Милитаризм особенно укрепился после победоносной войны с крупнейшей страной мира – Россией в 1904-1905 годах, когда Япония отвоевала большие куски территории и получила титул первостепенной державы. С этого момента класс милитаристов становится самым сильным и влиятельным и контролирует всю политику в стране. Первая мировая война ещё больше усилила Японию. Хотя она и не принимала в ней прямого участия, она использовала её наилучшим для себя образом. Если какая-то из воюющих стран что-то выигрывала, то нейтральная Япония влияла на всех. Япония разбогатела в результате войны, хорошо развилась в промышленном отношении, завоевала новые рынки, а класс капиталистов стал очень богатым. Появились миллионеры, как черви после дождя. Япония достигла высочайшего уровня богатства и могущества и начала играть одну из «самых больших» ролей в мировой политике. Даже кризис, возникший в стране после войны, когда массы рабочих были выброшены из военной промышленности, не смог уничтожить того, что было достигнуто благодаря войне. Рабочие начали бунтовать, и тогда впервые произошли первые бунты безработных. Япония не одинока. Напротив, аппетиты к новым завоеваниям возросли. Россия вышла из войны ослабленной, ожесточённой, революция и гражданская война внесли в страну величайший хаос, и здесь Япония увидела для себя возможность осуществить свою давнюю мечту о взятии себе Дальневосточной Сибири. Она отправила свою армию в Восточную Сибирь, но авантюра не удалась. Однако оккупация Восточной Сибири имела огромные последствия для общественной жизни Японии. Японские солдаты в Сибири, соприкоснувшись с русскими и их пропагандой, стали рассматривать оккупацию как авантюру и даже заразились опаснейшими идеями. Тогда для армии было завезено много риса, так что для страны его осталось слишком мало. Нация начала страдать от голода, в результате чего в различных городах происходят голодные бунты, известные в стране как рисовые бунты20[3]. В беспорядках участвовали самые широкие слои народа. Правительству, чтобы умиротворить страну, пришлось задействовать целые дивизии солдат. Сотни повстанцев были приговорены к смертной казни, а тысячи были арестованы. Беспорядки начинались стихийно, но затем к бунтовщикам присоединилось немало социалистов, и они приняли сознательный характер. Развитие страны создало хорошую возможность для социалистов для агитации и пропаганды. Социализм в Японии – священное учение студенческой молодёжи и рабочих. Правительство жестоко расправляется с социалистами, которые попадают в его руки. И хотя социалистическое движение там находится в подполье, оно распространяется вдаль и в ширь. Студенческие молодёжные группы изучают политическую экономию, социальные вопросы, социализм, а рабочие под руководством своих социалистических лидеров проникаются идеями своего полного освобождения. Со временем движение частично легализовалось. Движение выходит из подполья. Они организуют группы, кружки и даже союзы. А пока формируется Японская социалистическая федерация, и в 1919 году происходит её первое заседание. Правда, резолюции слишком просты, слишком наивны, ещё не понимают, как следует дух международного социализма, однако уже можно увидеть первые ростки большого и мощного японского социалистического движения. Так или иначе, времена, когда правительство повесило21[4] четырёх лучших социалистов страны – давно закончились. Рабочее движение слишком окрепло, чтобы правительство могло совершить такой шаг сейчас.
Рабочие организуются в профсоюзы. Первыми организовали свой профсоюз писатели. Их ассоциация была основана в 1890 году. Вскоре организовались железнодорожники. Кроме того, были созданы и другие организации. Они начали бастовать, требуя повышения заработной платы, улучшения условий и обращения. Раньше в Японии считалось правильным, если человек работал шестнадцать часов в день и получал за это десять сен, причём начальник связывал его самым унизительным договором.