Носачёв Павел – Очарование тайны. Эзотеризм и массовая культура (страница 67)

Хрупкое сердце, Откажись от своих страхов. Пребывающее в тюрьме Все эти годы, Останься в свете, Откажись от своих страхов, Ибо ты было Заворожено (mesmerised). Разрушь эти чары Молчания.

Слова «заворожены» и «молчание» намеренно подчеркнуты голосом. Здесь необходимо помнить, что образ завороженности современным миром – классический для эзотерического мировоззрения 1970–1980‐х. Вот, например, как об этом свидетельствует один из текстов этого периода:

…каждый из нас, начиная с младенчества, подвергается сложному набору внушений со стороны социального окружения, которое, по сути, учит нас, как воспринимать мир… и поэтому каждый из нас с младенчества буквально загипнотизирован воспринимать мир так, как его воспринимают люди в нашей культуре526.

Следующая композиция исполняется в более торжественной манере, но музыкальное решение отличается от открывающих треков. «Enigma of the Absolute» («Загадка Абсолюта») опять поется Перри и имеет содержательный текст, построенный вокруг идеи обновления, оставления лжи и страдания позади. Общий настрой хорошо отражают последние строки:

За морем находится источник обновления, Где увидишь, что вся причина твоего одиночества Может быть измерена мечтами, превосходящими всю эту ложь. И я желаю и молюсь, чтобы настал день, Когда придет время спасительных объятий.

Следующая композиция «Advent» (дословно – пришествие, в западной традиции так называют канун Рождества) также исполняется Перри, на этот раз в сочетании с глоссолалией Джеррард, и продолжает идею предыдущей, правда ее музыка тревожнее и быстрее. Рефреном песни становятся строки:

Свет надежды Сияет в твоих глазах, Слабоумие исчезло, Вычищено изнутри.

А завершается текст словами:

Как утро приносит возрождение, Наступит новый день, Чтобы облегчить наши беспокойные умы.

Тревожно-торжественную тему продолжает трек «Avatar», на этот раз исполненный лишь в глоссолалии Джеррард. И завершается альбом песней Перри с недвусмысленным названием «Indoctrination (A Design for Living)». Ее содержание переводит тематику альбома от духовных вопросов к социальным – проблеме ложности государственных законов, правил и норм. Духовный и социальный аспект сочетают в себе строки:

Ненасытная жажда власти сделала Идолов из смертных, А богов обратила в глину. Солдаты превращаются в героев, а дети – в рабов. Все проклятые желания, их обманутые надежды.

Итак, начавшись со вполне христианских коннотаций, альбом как бы порывает с западной духовной традицией к концу второй композиции, где «ангельский» голос Джеррард вкупе с музыкальным фоном создают ощущение, которое можно охарактеризовать фразой из «Коней привередливых» Владимира Высоцкого: «Так что ж там ангелы поют такими злыми голосами?!» Далее, утверждая, что мы живем в иллюзии, альбом переходит на восточную терминологию индуистского характера, показывая, что задача человека – разрушить окружающий его кошмарный обман, отказаться от опутывающей его социальной лжи и фальшивой религиозности, родиться вновь духовным рождением, стать аватаром, маской безличного Абсолюта.

Такое прочтение альбома не волюнтаризм, и это несложно обосновать, показав, что основные его темы (мир и жизнь – иллюзия; монотеизм – зло; спасение – в единстве со Вселенной) часто встречаются и в других произведениях дуэта. Например, в композиции «Black Sun» с «Aion» (1990) Перри поет:

Дайте мне 69 лет, Еще один сезон в этом аду. Насколько я могу судить, Все это секс и смерть. Подобно Прометею, мы связаны, Прикованы к скале дивного нового мира, Нашего богом забытого удела.

Вновь мир – ужасная тюрьма, а человек в ней – связанный бог. Название «Черное солнце» тоже символично, в этой главе мы говорили о его алхимическом значении, отсылающем к стадии nigredo. То же и в песне с их первого сборника «A Passage in Time», начинающейся словами:

Послушай, дитя, постарайся понять: В окружающем мире все не так, как кажется, Здесь мечты покупаются и продаются за определенную цену, Правда – это бремя, которое нужно хранить всю оставшуюся жизнь…

А завершается:

Плыть на серебряных крыльях Сквозь эту бурю, какую удачу может принести любовь. Снова в моих объятиях любовь прежнего золотого века.

Здесь также связка: мир – иллюзия, спасение – в золотом веке, классическом космотеистическом образе циклического времени.

Но где же указания на то, что причина бедственного состоянии мира кроется в монотеизме? На самом деле свидетельств таких немало, но лучше всего проиллюстрирует эту мысль песня из альбома 1993 года «How Fortunate the Man With None». Текст песни построен на редкость удачно. Перри рассказывает три истории. Первая – о царе Соломоне, мудрейшем человеке на земле, на закате жизни проклявшем час своего рождения527. Вторая – о великом Цезаре, воскликнувшем перед своей насильственной смертью: «И ты, Брут?» Третья – о Сократе, который никогда не лгал и выпил яд по приговору суда. Каждая из историй завершается частной моралью, но общая мораль всей песни такова:

Здесь можно видеть трех уважаемых людей, Соблюдавших Богом установленные законы. Но только Он не обращал на них внимания … Это страх Божий привел нас к такому состоянию, Как счастлив тот, у кого его нет.

Конец песни не лишен скрытой отсылки. Как известно из Ветхого Завета, «Начало мудрости – страх Господень» (Притч 1: 7), страх Божий является фундаментом благочестия всех трех авраамических религий, отрицание его – имплицитное отрицание и их наследия.

Но какое религиозное мировоззрение предлагает Dead can Dance? Чисто ли индуистское, как можно заключить из композиций второго альбома? Очевидно, что нет. Даже сама работа со звуком показывает, что дуэт соединял в себе всевозможные мотивы культур разных стран света: католические, балканские, греческие, африканские и т. п. Это смешение тоже связано с идеологией космотеизма – пронизывающего все живое безличного божественного духа, с которым может и должен соединиться человек, разорвав окружающую его иллюзию, апофеозом которой является современный мир. Некоторые замечания Джеррард из интервью, сделанного для документального фильма о ней, выдают именно такое мировоззрение. В частности, о своем отношении к пению она говорит, что самое лучшее в нем – «петь на вершине голоса и чувствовать себя частью Вселенной, частью всего». Интереснейший пример, подтверждающий эту идею, – песня Перри «Song of Dispossessed» c последнего перед распадом группы альбома 1996 года «Spiritchaser». Ее текст стоит привести полностью:

Река глубока, а дорога длинна, Наступает рассвет, и я хочу вернуться домой. Проснулся сегодня утром и обнаружил, что языки моего народа связаны,