Нора Робертс – Расцвет магии (страница 74)
– О, он заслужил куда большего, – отозвалась она, подняв на отца глаза холодные, словно туман над замерзшим озером.
– Начнем с малого. Я провел в сражениях немало времени, в том числе в роли командира, и знаю, каково терять людей. Каково терять друзей.
– Ты не понимаешь, – выдавила Фэллон, потому что сейчас все было по-другому. Совсем по-другому. – Я не почувствовала приближения Петры, не сумела предсказать. Если бы…
– Это полная фигня, дочка. Вполне ожидаемая, учитывая обстоятельства, но все равно фигня.
– Петра убила Мика только потому, что он много для меня значил, потому что любил меня. Я знала, как она мыслит, но не предвидела того, что произошло, и предпочла влить все свои силы в заклинание связывания, чтобы обезвредить Темных Уникумов. Думала, что они являются главной угрозой, и в итоге не почувствовала приближения дракона.
– Петра не стала сражаться, – заметил Саймон. – Не стала рисковать собой. Спроси себя, почему она нанесла удар по Мику, а не по тебе, твоей матери, братьям или Дункану.
– Я не знаю.
– Так как ты сейчас не способна рассуждать здраво. Петра воспользовалась удобным моментом, когда риск был минимальным, и нанесла удар по цели рядом с тобой, чтобы заставить страдать, сомневаться в себе и винить себя. Не позволяй тьме получить желаемое.
– Я не знаю, что делать, и могу лишь думать, как отыскать Петру и отомстить ей.
– Именно этого она и добивалась. Ты должна быть умнее. Где находилась во время нападения Аллегра?
– Все мои мысли занимала двоюродная сестра, – Фэллон подняла на отца глаза, пораженная, что даже не задалась этим вопросом. – Я видела, как дракон пролетал над Нью-Йорком и тогда в Шотландии. Но не подумала об Аллегре.
– Она умерла? Или жива, но ослабла настолько, что не сумела присоединиться к нападению. Или, что более вероятно, жива, здорова и затеяла свою игру. Мы не можем знать наверняка, зато известно точно: Петра атаковала по собственному почину.
– Ты прав, это важно. Как и ответ на этот вопрос. Она сказала, что Нью-Йорк не имеет для нее значения, но скорее всего врала, – Фэллон принялась взволнованно мерить шагами комнату. – Конечно же врала.
– И к чему это нас приводит? – спросил Саймон, с удовлетворением отметив про себя перемену настроения дочери, которая наконец начала размышлять.
– Петра выжидала удобного момента. Она не воительница, а убийца, поэтому выжидала. И, вероятно, пришла в бешенство, когда мы согнали ее приспешников и лишили их сил. Не удивлюсь, если высокомерная тварь готовилась сделать круг почета на драконе, пожиная плоды победы, а вместо этого увидела, как ТУ терпят поражение. Ты правильно сказал, это нападение было не спланированным, а совершенным под влиянием момента. Момента слепой ярости. Мик мертв именно потому, что много значил для меня, как Дензел для Дункана. Потому, что Петра любит наносить удар исподтишка, как подлая убийца. Она наверняка находилась неподалеку в последние недели. Не настолько близко, чтобы рисковать собственной шкурой, но достаточно близко, чтобы подкараулить удобный момент.
– Петра боится тебя, несмотря на то что считает слабой.
– Ты так думаешь? – останавливаясь, поинтересовалась Фэллон.
– Что бы она сделала на твоем месте сегодня? Если бы загнала врагов в ловушку?
– Уничтожила бы их всех.
– Ты поступила иначе, и Петра считает это проявлением слабости. Как и любовь. Именно поэтому и нанесла удар по тому, кто тебе дорог, – чтобы сыграть на этом чувстве, сразить тебя.
– Что ж, она просчиталась.
– Я вижу.
– Я не могу думать ни о чем, пап, – призналась Фэллон и заслонила лицо руками, чувствуя себя сломленной. Что-то надломилось внутри нее. – Меня переполняют горе и ярость, обжигающие, ослепляющие. Я понимаю, что нужно сделать, но…
– Тебе нужно время, чтобы пережить потерю.
– Этого времени нет.
– Причиняют боль не только физические раны, но и душевные. Если ты не займешься своей, то отправишься в следующий бой неготовой. Дочка, отдохни пару недель, потому что любовь и горе – это не слабость. Каждый хороший командир видит, когда солдату требуется взять отпуск и восстановить силы. Это касается и тебя.
– Нужно продумать график патрулирования, организовать охрану захваченной территории, перенести сюда людей, которые помогут сопротивлению отстроить дома, снова разбить парки и начать выращивать урожай. На Курорте придется назначить нового командующего, достаточно опытного, чтобы затем выступить на юг. Еще потребуется…
– Список будет длинным, – прервал дочь Саймон. – Иди в душ, а делами пока займутся другие. Мы обсудим все вместе, когда ты отдохнешь и поешь. Но сначала… – Он многозначительно поднял бокал и выжидательно посмотрел на Фэллон.
– Ладно, – вздохнула она, собирая мужество в кулак. Затем тоже отсалютовала: – За Мика!
Дункан занимался организацией похорон павших воинов. Некоторых готовили к транспортировке домой, но большинство явились на базы из разрушенных поселений или присоединились к войску после освобождения из заключения.
Для захоронения таких солдат отвели часть парка, где земля переходила в возвышение, а деревья росли особенно густо.
Задание было скорбным, трагическим, выворачивающим душу наизнанку, поэтому на него Дункан взял добровольцев, не желая назначать в приказном порядке. Желающих помочь вызвалось даже больше, чем изначально требовалось, что невероятно тронуло парня. Он разделил их на группы и отправил одну переносить вражеские тела к погребальному костру, другую – изготавливать памятники, а третью – копать могилы.
Заметив среди последних Тоню, Дункан пробрался к ней.
– Лучше иди отдыхать после битвы.
– Сразу после тебя, – парировала сестра и продолжила махать лопатой.
– Есть гораздо более легкие способы выкопать могилу.
– Некоторые вещи нужно делать по старинке. Мы потеряли Кларенса.
– Черт, – Дункан почувствовал, как упало сердце, когда он вспомнил парнишку, освобожденного из секты, и подумал о его приемных родителях.
– А еще Кишу, Морриса, Лею. И Мика, – Тоня ненадолго прервала свое занятие, оперлась на черенок лопаты и вытерла пот со лба. – Ты видел Фэллон?
– С тех пор как… Нет. Колин сказал, что она держится. А сейчас проводит совещание, чтобы обсудить восстановление города, усиление охраны и все такое.
– И почему ты не там?
– Должен был организовать похороны.
– Я тоже.
Дункан кивнул, взял себе еще одну лопату и помог сестре копать.
А после того как друзья и соратники упокоились, он проследил за сожжением вражеских трупов и очищением места погребальных костров. И уже в сгущавшихся сумерках вернулся к могилам, желая завершить одно дело самостоятельно.
Призвав силы всех стихий, Дункан заставил проклюнуться ростки сквозь землю, которую считал священной. На следующее утро состоится поминальная церемония. Тоня уже занималась организацией, спрашивала, кто хочет произнести речь. Завтра в честь павших товарищей прозвучат торжественные слова, прольются слезы. Но сегодня Дункану хотелось отдать погибшим собственную дань уважения.
Он специально выбрал для погребения это место, где скалы высоко выступали из земли, образуя зубцы и пороги. В голове уже сложилась идея, оставалось лишь призвать силы, чтобы воплотить ее.
Дункан магией сгладил самые острые выступы и принялся за работу, немного переживая, что скульптор из него выйдет хуже, чем художник, и что он не сумеет создать достойный памятник, но все равно продолжил подтачивать, срезать лишнее, высекать, полировать. Позволил идее из сознания вылиться в камень.
Вскоре в скале начали проступать черты феи с распахнутыми крыльями и распростертыми руками к тем, кто навек упокоился внизу. Дункан выбрал этот образ, чтобы показать грацию и хрупкость жизни. Оставалась последняя деталь.
Юноша снова призвал магию, притянул к себе стихию, и из скалы по каменным ступеням потекла вода, собираясь внизу в озерцо. Над ним Дункан высек пятикратный символ баланса, пересекающиеся круги, символ Избранной.
Затем отошел назад, чтобы оценить свою работу.
– Лучшее, на что я способен.
Обернулся и увидел Фэллон. Единорог и волк стояли рядом, филин сидел на сгибе руки.
– Как красиво.
– Не смог придумать подходящих слов.
– Они и не требуются. Смотри, маленькие феи подсвечивают памятник, – когда Дункан оглянулся, чтобы полюбоваться танцующими огоньками, Фэллон добавила: – Ты изобразил Фред.
– И правда, – он и сам теперь это видел. – Даже не заметил, как это вышло.
– Как красиво, – повторила она и снова почувствовала подступавшие слезы. – Все именно так, как должно быть. Тоня сказала, где тебя искать, как и то, что она готовит поминальную церемонию на завтрашнее утро. Прогуляешься со мной?
– Конечно, – Дункан зашагал рядом с Фэллон, но даже не попытался прикоснуться к ней, ощущая возникший между ними барьер так же явно, как каменную статую, которую только что вырезал в скале.
– Ты не пришел на совещание.
– Хотел закончить памятник.
– Я поняла. Флинн возьмет на себя руководство Курортом, а потом выдвинется вместе с группой воинов в южном направлении.
– Лучшего командира и не придумать.
– Пожалуй. Он будет отсутствовать несколько недель, может, месяцев. Я едва не решила попросить тебя занять этот пост, но… Не была уверена, что сумею пережить те несколько недель или месяцев, если ты снова уйдешь.