Нора Робертс – Расцвет магии (страница 51)

– Я видел, как ты исчезла. И вас с Дунканом, когда решил подышать воздухом на крыльце.

– А… – начала было Фэллон и тут до нее дошло. – А… – повторила она. – Папа…

– Подожди, дай мне закончить, – отец засунул руки в карманы и принялся мерить шагами помещение, как Дункан – в точности как Дункан, с изумлением заметила она – затем продолжил: – Ты уже взрослая. – В таких знакомых, изменчивых зелено-карих глазах явственно отражалась внутренняя борьба. – Не просто взрослая, но и воительница, предводительница. Избранная. И далеко не идиотка, никогда ею не была. Как не была и безрассудной, легкомысленной, не знаю как еще сказать… – Саймон замер и посмотрел на дочь. На его серьезном лице читалось раздражение. – Но ты все равно остаешься моей малышкой, черт возьми! И мне есть что тебе сказать!

– Ты не одобряешь наших отношений? – Это ранило до глубины души, потому что именно мнение отца она считала самым важным.

– Нет! Да! Проклятье! Одобряю в широком смысле, потому что желаю счастья своей малышке. Но конкретно Дункана? Нет. Я же не идиот.

– Пап, но это же нелогично.

– С какой стати я должен придерживаться логики? – Саймон раздраженно всплеснул руками. – Да провались она, эта логика! Когда я вышел на крыльцо и увидел… И понял…

– Я думала, что мама… Ну, подготовила тебя, что ли.

– Да, да, – вздохнул он, снова убирая руки в карманы и принимаясь метаться из угла в угол. – Она напомнила мне, но я не особенно… В общем, мне казалось, это детская влюбленность. Конечно, в глубине души я всегда знал, но увидеть собственными глазами вас двоих… Как он тебя лапает… Мою малышку. Это просто вынесло мне мозг. – Отец остановился и изобразил жестом взрыв. – Отчасти я понимаю, почему ты рассказала маме, а не мне, но все равно обидно. И это обрушилось на меня так внезапно, что уже через минуту я стоял и допрашивал Дункана, не успев даже прийти в себя.

– Ты… Ты… допрашивал Дункана?

– В этом и заключается работа отцов – наводить ужас на парней. Это и есть моя работа, Фэллон.

– Ты прав, – эти слова ее тронули, позабавили и немного испугали. – Все верно. И как он справился? – Она достала яблоко из ящика, разрезала ровно пополам и скормила Леоху и Грейс.

– Неплохо, – проворчал Саймон. – Оказалось, он не полнейший кретин.

– Приятно знать.

– Пожалуй, на каком-то глубинном уровне я чувствовал, что все к этому идет, так как замечал взгляды Дункана, когда он смотрел на тебя, пока ты не видела. Таким же точно взглядом я смотрел на твою мать, когда она не видела. Но…

– Серьезно?

– Я не собираюсь углубляться в подробности и добавлять, что у тебя в глазах тоже разве что сердечки не всплывали. Не жди от меня невозможного. Знаю, что Дункан отличный воин. Знаю, что он хороший сын и достойный человек. Знаю, когда он говорит, что любит тебя, то сам в это верит.

– Я тоже его люблю. Эти чувства не давали мне покоя с тех самых пор, как я впервые увидела его во сне. В реальности все оказалось намного ярче. Мне известно, что Дункан безгранично предан Избранной и делу света. В этом нет никаких сомнений. Но кроме того, он видит меня, пап. Фэллон Свифт. И любит меня такой, какая я есть. – Она подошла к отцу. – Ты был первым, кто взял меня на руки. И первым мужчиной, кто отдал свое сердце не спасительнице мира, а обычной девочке. Ты демонстрировал всю мою жизнь, что значит быть не просто человеком, но отважным, добрым и сильным. Я бы не смогла полюбить того, кто оказался бы ниже установленной тобой планки. Могла бы захотеть, но не полюбить. И поэтому точно понимаю, насколько мне повезло, несмотря на все испытания, несмотря на тяжкое бремя ответственности. Ты – свет моей жизни, пап. И теперь судьба меня благословила второй большой любовью. – Фэллон обняла отца и положила голову ему на плечо. – Две настоящие огромные любви.

– Ты навсегда останешься моей малышкой, – проговорил он и крепко сжал дочь в ответ.

– Я родилась во время грозы, в сверкании молний, как и было предсказано. И именно твои руки подхватили меня и помогли появиться на свет. – Саймон отстранился, заглянул в глаза Фэллон и понял, что та находится под влиянием видения. – Ты помогал матери, помогал ребенку и любил обеих безгранично, не требуя ничего взамен. Это и есть настоящая, чистая любовь. Это и есть свет, что превыше всего. И с рассветом первого дня, когда миновала гроза, пока ты прижимал меня к своему сердцу, я узнала тебя. Отца, данного мне богами. – Она очнулась, глубоко вздохнула и улыбнулась. – Папочка.

Вместо ответа Саймон молча прижался лбом к ее лбу – как Дункан, в точности как Дункан.

Лана стояла бок о бок с мужем на холоде, позволяя первым снежинкам опускаться на волосы, пока Фэллон призывала Таише и Фаол Бана.

– Ты уверена, что вы справитесь? Мы могли бы пойти с вами и помочь.

– Эта задача предназначена именно для нас троих. Вернее, шестерых, – она положила ладонь на шею Леоха, на локоть второй руки опустился огромный филин, а в ногах устроился волк.

– Вы могли бы позвать в гости маму и Ханну, – предложила Тоня. – Кажется, они немного переживают за успех нашей сегодняшней миссии. Учитывая, куда мы направляемся.

– Конечно, – кивнула Лана, откидывая за спину рассыпавшиеся по плечам волосы, и вспомнила, как подруга всегда волновалась за детей. – Я и сама должна была об этом подумать. Вы достаточно тепло оделись? Там будет намного холоднее из-за высокой влажности.

– Мы все учли, – заверила Фэллон, поправляя вязаные шапку и шарф, которые нацепила по настоянию матери. – Это всего лишь разведывательная операция.

– Включающая черного дракона, – прокомментировал Саймон.

– Только если нам повезет. Мы вернемся так быстро, как только получится. Постарайтесь не волноваться больше необходимого. Готовы?

Фэллон заметила взгляд отца, брошенный на Дункана, и едва не рассмеялась. Затем вся группа переместилась в пространстве. И оказалась в глубоком мраке.

Порывы ветра вонзались, точно сотни кинжалов, завывая между деревьями, которые клонились и стонали, и бросая в лицо пригоршни снега, толстыми сугробами укутывавшего поля.

В здешней ночной тьме прятались существа. Они наблюдали. И выжидали.

Рядом виднелся круг камней с центром выжженным и скользким, как пролитая нефть.

– Во имя всех святых, – пробормотала Тоня. – Чувствуете? Словно бьется черное сердце.

– Мне бы хотелось сказать, что мы можем очистить это место, можем попытаться… – Дункан уставился на оскверненную землю и покачал головой. Волосы его трепал завывающий ветер. – Но…

– Нам бы это не удалось. Не могу сказать, почему сейчас неподходящее время для ритуала, просто знаю. Как знаю и то, что мы потерпим неудачу, если попытаемся провести его сейчас. – Фэллон бросила настороженный взгляд на притаившийся лес. – А если оплошаем, то второго шанса уже не получим.

– Зло обитает здесь. Видите следы животных? – махнула рукой Тоня и натянула на голову шапку. – Но совсем не так много, как можно было бы ожидать. И ни единого признака присутствия человека.

В небе кружила стая ворон, издавая хриплое карканье. Таише беспокойно завозился на руке Фэллон, в больших золотых глазах полыхало нетерпение.

– Пока не время, – сказала она филину. – Их день обязательно наступит, но не сейчас.

– Вон там, – тихо произнес Дункан.

– Тогда предлагаю пойти туда и поприветствовать врага лично, – прокомментировала Тоня, проследив за направлением взгляда брата.

– Ага, – Фэллон встряхнула рукой, наколдовав яркий шар света, который заставил снег вспыхнуть мириадами искр, и швырнула в самую гущу леса. – Посмотрим, как ему это понравится. Держитесь вместе, – предупредила она, пока все трое пробирались через высокие, по колено, сугробы. – Если врагу удастся разделить нас, он победит.

– Только через мой труп! – возмутился Дункан и достал меч, когда они приблизились к границе света и тьмы.

В следующее мгновение температура воздуха упала, и стало не просто холодно, а пробирало до самых костей. Стволы деревьев покрыла корка льда, которая напоминала скользкую чешую ящерицы и трескалась со звуком, похожим на выстрелы в оглушительной тишине.

– Никаких следов, – наползавший густой туман приглушил голос Тони до едва слышного бормотания.

– Искры жизни тоже не чувствую, – откликнулась Фэллон.

Она прижала ладонь к стволу ближайшего дерева и потянулась внутрь магией, но не обнаружила привычного биения и жестом подозвала Дункана. Тот пронзил кору мечом. Наружу потекла густая черная жидкость, которая тут же начала пузыриться. В воздухе запахло серой.

– Лес принадлежит врагу, – мрачно проговорил парень и протер лезвие клинка снегом. – Кто бы ни забрел в эти места, обратно уже не выберется.

– Нужно решить, куда идти, – объявила Фэллон, – а затем…

За них все решил волк, потрусив налево. Она пересадила филина на спину Леоха, чтобы достать меч. После чего троица разведчиков направилась по следам Фаол Бана через лес мертвых деревьев, которые вздрагивали под чешуйчатым слоем льда. Через заросли ежевики, шипы которой скрывали шапки снега и наползавший туман. Через тишину, которая звенела от дыхания тьмы.

– Вижу что-то, – Фэллон указала на багровое пятно и разбросанные внутренности, чувствуя, как волосы становятся дыбом. – Все проморожено, но вряд ли это находится здесь давно. Снег еще не успел засыпать кровь.