Нора Робертс – Расцвет магии (страница 33)

Она придумала отговорку и ускользнула прочь от праздничных гуляний, от горящих костров, от вырезанных лиц тыкв, от наряженных в костюмы детей и приготовленных для них угощений, от музыки в парке.

Фэллон говорила себе, что должна вернуться к картам и планам, должна обдумать тактические детали. Но в глубине души понимала, что обманывает саму себя. Настало время предпринять нечто большее, чем строить планы. Настало время сделать следующий шаг, увидеть все собственными глазами. Время действовать.

Это было опасно, но Фэллон решила, что риск оправдан. Прежде чем перемещаться, можно заглянуть в хрустальный шар и оценить, свободен ли путь.

Дома она зажгла преподнесенную Малликом еще в детстве свечу и положила ладонь на прозрачную поверхность второго подарка. Темноту разгоняло лишь трепетание слабого огонька, вокруг сгустилась тишина.

– Яви видение, дай узреть, что должно.

Внутри шара заклубился туман, а затем он расступился, точно под порывами ветра, и глазам предстали цвета, формы, образы.

– Еще, – настойчиво попросила Фэллон, проводя ладонью вправо и рассматривая, вглядываясь, затем скользнула ладонью влево, приблизила картину, внимательно изучила ее и отпустила, после чего принялась зарисовывать и записывать.

Так прошел почти час, прежде чем детальная карта легла на стол готовой. Удовлетворенная результатом, Фэллон отставила хрустальный шар и направилась к шкафу, где держала книгу заклинаний, снадобья, инструменты и обереги. Хотя все существующие чары жили в сознании Избранной, она сочла задуманное слишком важным и решила свериться с текстом.

Проведя ладонью над огромным томом, Фэллон раскрыла его на страницах с необходимым заклинанием, аккуратно и четко, как учили мать и Маллик, собрала нужные ингредиенты, магией притянула к столу небольшой котелок, разожгла под ним огонь, смешала все в указанных пропорциях и произнесла написанные в книге слова.

Обжигающие силы пробежали по венам и выплеснулись наружу, объединяясь с пульсирующим биением заклинания. Над котелком образовалась бледно-голубая башенка, тонкая и прямая, как игла.

Фэллон затушила огонь, остудила чугунок, поместила полученный предмет в мешочек, который повесила на ремень.

– Должно сработать.

Затем она снова вгляделась в хрустальный шар и сосредоточилась, чувствуя, что время наступило.

– Чтобы выполнить миссию и истребить зло, я иду сквозь тебя, внутрь тебя, за стекло. Сквозь тебя, внутрь тебя, за завесу света и тьмы, за закрытые крепко замки. Отнеси меня к тому месту! Да будет по слову моему!

Когда Фэллон произнесла последнюю фразу, вливая в заклинание магию, в комнату вошли Тоня с Ханной.

– Обал… – Выпущенные на свободу силы утянули за собой всех трех, и подруга закончила уже в другом месте: – деть! – И едва успела подхватить безвольно обмякшую сестру, опуская ее на пол.

– Черт! – досадливо выругалась Фэллон и велела Тоне: – Не привлекайте внимания, оставайтесь здесь. Я сейчас вернусь, – после чего растворилась в воздухе и появилась десять секунд спустя.

– Она не приходит в себя, – озабоченно сообщила подруга, хлопая Ханну по бледным щекам. – Нас же не во время перемещения в пространстве затянуло? Ощущения были другими.

– Нужно привести ее в чувство и дать выпить эликсир. Всю бутылочку. И быстро.

Фэллон сунула небольшую склянку в руку Тоне, а сама склонилась над потерявшей сознание девушкой, положила одну ладонь ей на сердце, другую – на лоб. И когда ресницы Ханны затрепетали, когда она начала приходить в себя, воскликнула:

– Эликсир!

Тоня влила содержимое бутылочки в рот сестры. Та рефлекторно проглотила снадобье и сначала закашлялась, но затем слабо прошептала:

– Что случилось?

– Вас подхватило заклинанием и перенесло вместе со мной через хрустальный шар. Такое перемещение оказывает воздействие сильнее, чем обычное, а ты еще и была не готова, – объяснила Фэллон и поняла, что Ханна до сих пор не до конца оправилась, заметив, как расширились ее зрачки, отчего глаза потемнели. – Не вставай пока. Мне пришлось воспользоваться хрустальным шаром, потому что обычную телепортацию заблокировали Темные Уникумы либо пленные маги. А я хотела перенестись сюда, не оставив следов и не подняв тревогу. Надеюсь, двух случайных попутчиц магия тоже защитит.

– Ничего себе, – присвистнула Тоня, оглядываясь по сторонам, после чего обхватила Ханну за плечи и помогла ей сесть. – Мы действительно находимся там, где мне кажется?

– В Белом доме, – кивнула Фэллон. – В овальном кабинете.

– В настоящем времени или в прошлом?

– В настоящем. Остатки правительства потеряли Капитолий, но сумели сохранить и укрепить позиции в Белом доме, поэтому именно отсюда теперь ведут все операции, согласно данным Чака.

– И где тогда этот вшивый ублюдок Харгроув?

– В резиденции президента. В здании и рядом с ним находятся около тысячи военных и гражданских охранников – это я видела в хрустальном шаре. Они разбили штаб в бывшем розовом саду. Все место огорожено магическими щитами. Снаружи.

– А мы находимся внутри? – уточнила Тоня, переводя восхищенный взгляд с обстановки кабинета на Фэллон.

– Верно.

– Ты собираешься захватить Харгроува?

– Не в этот раз. Нельзя оставлять следов, – напомнила она до того, как подруга успела возразить. – До того как взять в плен главу правительства и напасть на Вашингтон, нужно выяснить все их планы, точное количество людей, и если повезет, то и расположение карантинных центров. Я хочу установить магические подслушивающие устройства.

– Живых жучков? – усмехнулась Ханна, похло– пала сестру по руке и заверила: – Я уже пришла в себя. Немного кружится голова, а в остальном все в норме. Жучки… А разве помещение не обыскивают специально?

– Моих им не обнаружить, – улыбнулась Фэллон. – Я установлю устройства в самых ключевых точках, начиная с этого.

– Надо же, я в Овальном кабинете, – недоверчиво покачала головой Ханна. – Правда, он выглядит скорее похожим на тронный зал.

Даже под действием переноса она подметила верно: драпировки помещения хватило бы, чтобы сшить из роскошной раззолоченной ткани одежду и одеяла для дюжины человек. На ковре виднелся президентский герб для человека, которого никто не выбирал. Изысканную мебель из полированного дерева обтягивал богато выглядящий шелк. На стене висели картины в вычурных рамах.

Зрелище не слишком отличалось от той нарочитой демонстрации превосходства, которую Фэллон наблюдала в штаб-квартире Арлингтона. И все это так же служило раздутому эгоизму и амбициям одного человека.

Но ему недолго осталось наслаждаться награбленным богатством. После второго января роскошной жизни придет конец.

– Нужно двигаться дальше, но очень быстро и тихо. Если возникнет хоть малейшая причина для беспокойства, Тоня, ты перенесешь Ханну домой. Поняла?

– Мы не бросим тебя здесь одну, – обе сестры нахмурились.

– Я вернусь тем же способом, каким мы сюда попали, сквозь хрустальный шар. И захвачу вас обеих, если получится. Нельзя рисковать наступательной операцией.

– Вижу камеры, – указала Тоня. – Здесь установлена система видеонаблюдения.

– Я о ней позаботилась, – заверила Фэллон. – Но следует держаться всем вместе. Размещаем жучок и идем дальше. – Она открыла мешочек и вытащила длинный тонкий листок.

– Серьезно? – смерив подслушивающее устройство насмешливым взглядом, фыркнула Тоня. – Даже не настоящий жучок?

– По обеим сторонам от двери стоят горшки с растениями, видишь? – пояснила Фэллон, помещая среди листьев одного из цветков полученный магией предмет, который тут же прикрепился к стеблю.

– Отлично придумано. А на каком языке надпись?

– На древнеарамейском. Это же финиковая пальма. Мне кажется, это соответствует ситуации, плюс чары уберегут от обнаружения, а заклинание на давно забытом языке тяжелее снять.

– Ой, листочек настоящий! – удивилась Ханна, внимательнее разглядев устройство.

– И это послужит дополнительной защитой. Жучок подстраивается и может скопировать любой предмет. Если я ничего не напутала, то Чак сумеет получить сигнал, чтобы прослушивать запись.

– Он придет в полный восторг, – решила Тоня. – Куда дальше?

– В ситуационную комнату, которую Харгроув переименовал в зал для военных заседаний. – Фэллон достала из мешочка позолоченную щепку. – Там на задней стене висит огромный портрет самопровозглашенного президента.

– А здесь надпись на каком языке?

– Харгроув – это староанглийское название одного места, поэтому…

– Понятно, англосаксонское наречие времен Чосера.

– Да, идея именно такова. Если удастся поставить подслушивающие устройства в этих двух помещениях, это уже будет большой удачей. Еще я приготовила жучки для офиса главы администрации, резиденции президента и кухни.

– Кухни?

– Сотрудники многое слышат и потом делятся сплетнями, – пояснила Фэллон и поморщилась, понимая, что они втроем уже потратили слишком много времени. – Вы возвращайтесь домой, а я завершу начатое.

– Во-первых, мы уже сказали, что не бросим тебя одну, а во‐вторых, почему все веселье должно достаться только тебе? – заявила Тоня. – Ханна, ты как считаешь?

– Я в деле! – возбужденно откликнулась та. Эликсир подействовал: ее глаза блестели, на щеках появился румянец. – Еще как в деле!

– Не будем тратить время на споры. Идем, но придерживаемся того порядка, который я упомянула, – сдалась Фэллон.