Нора Ольвич – Влюблённая Королева (страница 5)
Взгляд скользит по стенам номера, ища выход.
Фокус буквально за секунду собрался в точку, увидев в простенке постер без рамы. Выцветшие краски натюрморта. Он всегда был плотной шторой закрыт и только из-за меня показался на свет божий, потому как я окна держала зашторенными день и ночь.
Нечто блёклое издали, хоть линзы одевай, будто прорисовываться стало в сюжет. Я уже не осознавала происходящего. Привлечённая новой идеей, сняла постер со стены. Величиной примерно в четыре альбомных листа, он не вызывал во мне интереса к содержанию.
Складным ножом со всякими дополнительными функциями, долго открепляла скобы, снимая холст с подрамника.
Я всегда этот нож беру в путешествия, в нём даже пилочка для ногтей имеется. На место холста с натюрмортом, посматривая на часы, взялась срочно пристраивать злополучных слонов, клея оборотную сторону
На улице стало темнее, как время бежит!
Соус кари из пластикового контейнера напитал атмосферу в номере съедобными ароматами, но хочется только пить. Еда вызывает отвращение. Сок мне в помощь, только сок.
— Что же вы ссуки решили со мной сделать? За что?! Как же домой хочется, мне пожить ещё надо лет пятьдесят. А то и все семьдесят.
Мысленно отвечала себе на вой интуиции, что, подписавшись один раз на провоз через границу контрабанды, я приговор для себя оформила собственными руками.
Решила подзаработать, оправдать поездку!
Вот оно — природное желание риска и азарта, когда мозг вырабатывает гормоны удовольствия в ответ на преодоление невозможного.
— Не для меня это больше! Не для меня. Вот только бы выбраться… Клянусь вредным характером отчима — мента. Завязала!
Смазав руки зелёным тайским бальзамом, пахучим и едким, отгоняющим любых насекомых своим запахом, я стала паковать новую картину, которую позаимствовала из гостиничных апартаментов отеля о четырёх звёздах. Хотя новой её можно было назвать с большой натяжкой. Может быть, техника такая в живописи? Не знаю.
Почему смазала руки? А вдруг псы что-то учуют?
«Слонов» занавесила портьерой, сдвинув одну из них в сторону простенка.
Картина в моих руках без слоя пыли была всё равно блёклой. Или нет уже? Вроде проявилось многое… Жаром обдало от всего…
— Как же давно она здесь висит? Река широкая и крепость из камня с башней, колоннада, старые лодки перевёрнутые, люди будто пером с тушью обводка. Краску пожалели. Как в Средневековье — ничего особого. На гравюру похожа. Издалека иной смотрелась. Просто пятном.
Мне показалось даже, что кто-то ответил у меня в мыслях на эту фразу усмешкой. Только я не разобрала, что сказали при этом. Я уже так себе на отвечала за прошедшие два часа, что тошно было.
Упаковка легла практически так же, как до того. Казалось, я и не вскрыла запретный груз. Ампулы, вытащив из пакетика, я все утопила в рисе с баклажанами, распределив вонючий соус так, что вовек не догадаешься, что там внутри.
Получившееся блюдо залила дополнительно соевой заливкой, которую покупала для того, чтобы домой забрать. Она тоже была с чесноком. Сдобрив таким образом свой несостоявшийся ужин всякой всячиной, контейнер крепко закрыла и замотала в пакет, а после всё сложила в мусорный объёмный бак.
Не было уже времени мыться и наводить лоск на внешность, переодела футболку, переплела кончик косы. Повязала маленькую косынку из натурального шёлка красного цвета на манер банданы. Посмотрев на часы ещё раз, выпила остатки сока с небольшим кексом из мини-упаковки, разделала манго на кусочки и сложила в стакан пластиковый, решив в автобусе доужинать десертом.
Буквально через семь минут я стояла на ресепшене, мило справляясь на английском языке, куда можно выбросить достаточно объёмный пакет с мусором. Тайки очень вежливые особы. Улыбчивые, особенно если они при исполнении должностных обязательств. Вот такая и подбежала ко мне, не подавая виду, что очень удивлена чистоплотностью мисс из России. Обычно туристы мусор оставляют в номерах.
Забрав большой пакет со всякими упаковками и обёрточной бумагой из моих рук, совершенно не подозревая «что» она несёт, девушка вышла из фойе в служебное помещение.
Видно было, что это выход на улицу во внутренний двор, в котором стоит огромный мусорный контейнер. Его, наверное, просто поставят на машину и увезут, оставив в замену пустой.
— Мисс Бурмистрова, вы сегодня отправляетесь намного раньше в аэропорт. Руководитель туристической группы, просил сообщение сделать. Я подходила к двери вашего номера, но вы отдыхали.
Английский язык девушки за стойкой был безупречен.
Глава 3. Переезд. Таможня. Досмотр.
И вот мы уже в аэропорту.
Дорога по серпантину вечерней автострады в горной местности Пхукета, показалась мне дорогой в ад.
Я вовсе не замечала, что, петляя в который раз трасса открывала туристам прекрасные виды на живописные сопки, бухты, пляжи и, разумеется, море. Бессмысленно смотрела на местного худенького мальчишку, который, подняв руку, махал мне ею, на сложенные бананы в повозке и коров очень крупных на лужайке.
Солнце медленно садилось за горизонт, окрашивая небо в оранжево-золотистые тона. Загоревшие туристы прощались с этим раем на земле, обещая вернуться обязательно в следующем году. Ветер, дующий с моря, приносил своеобразные ароматы в салон автобуса через открытые местами окна.
Сознание будет помнить это вечно.
Два автобуса, едущие один за другим, а вокруг зажигающиеся огни живущего своей жизнью огромного островного района в Королевстве Таиланд. Я ощущала себя в буквальном смысле песчинкой, молекулой, которая по воле судьбы должна была раствориться. Исчезнуть, переместившись согласно квантовой теории хоть куда. В прошлое или будущее. Один только шанс! Нужно обязательно воспользоваться им!
С прошлым я, конечно, загнула.
А вот по мановению мысли оказаться вдруг дома в России было бы неплохо.
Проверенная мной на «сто раз» ручная кладь стояла сейчас у моего бедра рядом, на пустующем сидении в самом хвосте автобуса. Больше у меня ничего с собой не было, багаж не придётся сдавать. Путешествие изначально планировалось налегке. Деньги на счёт от Сакда ещё не поступали, это меня беспокоило больше всего, вселяя мысль, что мне не выбраться из этой страны.
Они изначально не планировали платить! Ведь если меня повяжут с наркотой, будут проверять буквально всё, в том числе я предполагаю, что сделают запросы в Россию по поступлению определённых сумм на мои счета.
Делая вид, что слушаю музыку, подключив наушники, затекала мышцами лица. Возникало ощущение, что я уже это когда-то проходила. Чувство неминуемой беды накатывало волной. Я в буквальном смысле слова растворялась в собственном бессилии.
Шея затекла. Мне кажется, мой собственный организм душил меня, наказывая за безрассудство.
Паника вытесняла возможность рассуждать здраво! Мне не выбраться! У них, наверное, есть на меня буквально всё. И даже то, как я передаю «посылку» из Таиланда в прошлый раз в руки очередному курьеру в России.
Хотелось буквально биться головой о пластиковую стенку автобуса.
Напряжённо вцепившись в тубус с картиной, пальцами, просчитывала все варианты своего поведения в аэропорту, понимая, что фальшью, паникой или чрезмерной суетой, выдам себя на раз-два- три.
Именно прижимая к себе злополучный свёрток с картиной, в определённый момент я ощутила потоки решительности. Они брались из ниоткуда. Словно серая река, изображённая на холсте, который я прижимала к себе, выйдя из берегов, заполняла сознание. Она проходила в глубины моего существа и была похожа на озарение. Она была и голосом, и тишиной.
Спокойствие.
Думай, Рита. Думай! Дыши глубже, слушай звуки вокруг. Взяв бутылку, о которой забыла во время панической атаки я отпила несколько глотков воды.
Приоткрыла окно, впуская шум улицы.
Пара, сидящая впереди о чём-то, спорила. А рыжеволосая девушка, с большими серьгами конго в ушах, представитель тур компании щебетала о том, что прибудем мы в аэропорт очень рано, и до вылета у нас будет примерно четыре часа.
Её взгляд скользнул по мне, достав меня в самом хвосте автобуса.
Что в нём? Или, мне кажется?
— Нужно сразу пройти регистрацию и досмотр, а после вы можете посетить магазин беспошлинной торговли, реализующий табачные изделия, разнообразные спиртные напитки, парфюмерию, косметику и одежду престижных мировых производителей. К вашим услугам будут представлены многочисленные кафе.
*****
И вот наступает неминуемое: — я в одноразовых тапочках, взятых из отеля, по очереди подхожу к ленте и складываю на неё короб с буквально всем, что имуществом, которое у меня есть. Тупо смотрю на пыльную подошву своих сандалий, замерших всё в том же коробе. Вдруг понимаю, насколько они выгоревшие и поношенные. Брала я их с собой только из-за того, что они лёгкие и удобные.
Сердце бьётся в висках толчками.
Боковым зрением осознаю блондинистую голову женщины, которая отоваривалась вместе со мной в арт-галерее. Она только что вошла в зал. Одна! Без супруга. Его нет нигде! Но Елена всё так же улыбчива и достойна. Я пытаюсь поймать её взгляд, повернув спокойно голову, но женщина отворачивается, делая вид, что не знает меня.