Ноэль Ихли – Спроси Андреа (страница 19)
Он увеличил изображение, желая рассмотреть номерной знак. «2C 3405». Я почувствовала прилив волнения, но, увидев, как замигал экран ноутбука, попыталась успокоиться.
На видео из «Фройо» номерного знака видно не было. Офицер разочарованно покачал головой.
– Я на девяносто процентов уверен, что это одна и та же машина. Но поскольку ни на одном из видео мы не можем распознать цвет, а на видеозаписи из «Дейли Гринд» водитель едва виден, я не могу сказать наверняка.
Я ждала, когда он озвучит плохие новости: что ничего не может сделать.
Но вместо этого он сказал:
– Мне кажется, у нас есть зацепки. Ваша дочь не имеет привычку неожиданно исчезать. И я почти уверен, что на записи мы видели одну и ту же машину. Я хочу, чтобы вы оба проехали со мной в участок, где мы письменно изложим все детали, которые могут иметь отношение к делу. Я изменю статус дела Скай: «пропавший человек, вероятна угроза жизни». Начнем с того, что проверим ее телефон и найдем ту машину.
Облегчение на лицах родителей было омрачено чувством страха. А мое волнение сменилось ужасом.
Я хотела, чтобы они нашли
Чтобы они разыскали меня.
Но понимала: даже выяснив, что случилось, они не смогут найти утешение.
Глава 19
Меган
Не веря своим глазам, я смотрела, как полицейская машина медленно едет по грунтовой дороге.
Мужчина в форме Лесной службы провел здесь мало времени, но сделал несколько снимков кеда, внес в планшет координаты места и вернулся к пыльному служебному белому внедорожнику. Он не осматривал местность. Не отправился по едва заметной развилке дороги через заросли шалфея и склонившиеся сосны. Он просто выполнял свою работу.
Тем не менее после его ухода я, как часовой, продолжала стоять у кеда. Я скучала по бабушке Рози. Хотела познакомиться с дядей, а также с прабабушкой и прадедушкой. Найти свою подругу Кайли, которая в четвертом классе погибла в автокатастрофе. Чтобы меня увидели те, кто мог видеть. Но я боялась предаваться воспоминаниям. Боялась, что не смогу вернуться назад, как предупреждала бабушка.
На данный момент я пожелала остаться здесь, потому что не была готова исчезнуть, не имея возможности вернуться. Я понимала, моя решимость не вечна. Я даже не знала, какие чувства ожидала испытать, когда кто-нибудь найдет меня. «Если
По прошествии четырех, а может, и пяти дней с отъезда сотрудника Лесной службы издалека послышались звуки полицейской машины.
Когда она остановилась перед моей обувью и тайником вороны, я приготовилась к беглой проверке.
Женщина-офицер, седеющая брюнетка с тугим пучком на затылке, натянула перчатки, взяла с переднего сиденья машины прозрачный пакет, а затем спокойно открыла дверь и пошла к обочине, внимательно осматривая местность до тех пор, пока не заметила выцветший кед.
Я внимательно следила за ее лицом. Она нагнулась, желая получше рассмотреть находку, а затем аккуратно сложила ее в пакет, после чего встала и огляделась. Некоторые листья уже начали менять цвет, окрашиваясь в коричневый и золотой. Теперь машины еще реже заезжали так далеко за холмы, а по утрам на верхушках кустарников и травы пробивался иней. Лето закончилось. Наступила осень, а значит, на этой высоте скоро все окажется накрыто снежным покрывалом.
Женщина – судя по жетону, ее звали офицер Доманска – положила упакованный кед в машину и сделала пометку в своем телефоне. Затем открыла приборную панель и что-то извлекла оттуда. Судя по всему, это был отчет Лесной службы.
«Бренда Максвелл, 28 лет. Сообщила о кеде и наличии чего-то, похожего на запекшуюся кровь. 38°01’18.5 «N 105°41’18.5 «W около каньона Офир, на обочине дороги. Считает, здесь могло что-то произойти. Из-за колейности необходимо использовать полный привод».
Я вспомнила о блондинке с неряшливым пучком и молча поблагодарила ее. А еще надеялась, что у нее не осталось причин для слез. Что она улыбается. Я почувствовала, как во мне поднимается нечто похожее на облегчение. Если бы у меня была такая возможность, я бы заплакала.
Детектив Доманска прочитала отчет, затем изучила обочину и дорогу в направлении каньона Офир.
– Это в другой стороне, – сказала я. – Пожалуйста, не уезжайте. – Я подошла так близко, что могла обнять ее. Потянулась к ее руке и ощутила искорку надежды, когда она рефлекторно положила руку на пистолет в кобуре. Воодушевленная такой реакцией, я подняла руку и коснулась ее плеча. – Пожалуйста, осмотрите местность. Здесь не опасно. Больше нет.
Продолжая держать руку на пистолете, детектив Доманска сделала несколько шагов в направлении каньона Офир. Искра надежды угасла в тусклом разочаровании, когда я увидела, как она идет дальше по дороге и, используя длинную ветку, внимательно осматривает кустарник и обочину.
Оцепенение сменилось отчаянием, когда она дошла до поворота дороги, остановилась и направилась обратно к машине. Если она не смогла обнаружить меня, то кто тогда сможет? Я вспомнила эпизоды из сериала «Детектив Раш», где тела находили спустя годы или десятилетия. По чистой случайности. А иногда и не находили вовсе. «Так будет и со мной, – сказала я себе. – Меня не найдут».
Я позволила обиде и печали захлестнуть меня. Если детектив уйдет с находкой, проверит ли она ее? Знала ли она мое имя? Было ли ей вообще известно о моем исчезновении? Ведь я была совершеннолетней. Никого, кроме родителей и друзей, не волновало, что я не вернулась домой. Думала ли детектив Доманска обо мне и предполагала ли, что этот кед принадлежит мне? А может, это своего рода зловещая история о Золушке? Или мое имя станет лишь еще одним среди множества других имен людей, которые не вернулись домой? Насколько я понимала, она была младшим детективом, которому поручили непростое задание – проделать весь этот путь, чтобы найти обувь.
Отчаяние превратилось в нечто неприятное и зловещее, когда детектив Доманска села в свою машину и достала из кармана ключи.
Несколько секунд я смотрела на лежащий на сиденье кед, испытывая печаль от чувства потери. Он стал моим Уилсоном. Он бог знает сколько времени составлял мне компанию здесь, вдали от всех. Я и сама удивилась, насколько сильно меня расстроила его потеря.
Единственное, что теперь оставалось здесь со мной, – это мои кости.
Когда детектив Доманска вставила ключи в замок зажигания и закрыла дверь, я направилась к скрытой развилке на грунтовой дороге.
Я намеревалась попрощаться со своими костями. Тем последним, что связывало меня с этим местом. С этой жизнью.
А затем отправиться искать бабушку Рози и остальных.
Отчаяние отступало, ему на смену пришла грусть. Позади я услышала звук двигателя автомобиля.
Я изучила тонкие деревья, тянущиеся к затянутому облаками небу над головой. Они были не очень красивыми. Не такие густые, как я помнила, когда ходила в поход, будучи подростком. Тем не менее это были последние деревья, которые я видела по эту сторону сознания. Я старалась запомнить все, мимо чего проходила в последний раз. Проникающие сквозь ветви лучи солнца – пусть они не грели меня, я знала, что все равно буду скучать по ним. Скрытые в тумане вершины вдали – Скалистые горы. Звук легкого ветерка в листьях осины.
Позади меня раздался приглушенный хруст, кто-то шагал по ковру из сухих сосновых иголок.
Я застыла на месте и обернулась.
К моему удивлению, на развилке дорог я увидел детектива Доманска. Она вглядывалась в заросли кустарников, которые почти скрывали от глаз грунтовую дорогу. Затем выпрямилась, повернула голову в сторону заросшей дороги и посмотрела прямо на меня.
Если бы она продолжила идти, то наткнулась бы на мое тело. Или на то, что от него осталось. Я уже несколько недель не навещала свои останки.
Желая увидеть то, что обнаружит она, я побежала. А когда приблизилась к месту, где все случилось, к тому самому, от которого отъехала синяя «Киа», пока я, покинув свое тело, бежала к оврагу, меня охватила паника. Следы крови, которые были заметны, пока животные раздирали мое тело, исчезли. А некогда лежавшие на каменистой почве кости теперь покрывал тонкий слой сосновых иголок. Среди разбросанных грязных останков росли сорняки. Часть моей грудной клетки торчала из сосновых зарослей, а тускло-серый череп казался необычайно гладким камнем, – островком среди сосновых иголок и мусора.
Если не знать,
Я ждала, когда она снова развернется. Пойдет к своей машине и доложит, что нашла обувь. Вместо этого она двинулась в мою сторону, вглядываясь в заросли полыни, а в какой-то момент опустилась на колени возле большой сосны, чтобы изучить редкую группу растущих в тени грибов.
– Меган, ты здесь? – спросила она так тихо, что я решила, мне показалось.
На меня словно вылили ведро ледяной воды. Она не смотрела на меня. Или на мои останки. На самом деле она смотрела в противоположном направлении, в сторону оврага, который спускался к высохшему руслу ручья.
Но это не имело значения. Она искала меня. Думала, что кед может быть моим. Кто-то знал, что случилось что-то плохое. А значит, впервые я была не одна.
– Я здесь! – закричала я. Затем встала на колени рядом с лежащими в пыли черепом и грудной клеткой, как будто могла выкопать их или показать, где искать.