Нинель Нуар – Дракон... и ее принц (страница 3)

— Что-то случилось?

— Можно и так сказать. Я скоро женюсь.

— Опять? — в голосе дворецкого ужас смешался с тоской и безнадежностью.

Я напряглась, перебирая призрачными лапами по потолку.

Это что, мой женишок уже не первый раз к алтарю собирается? А строил из себя страдальца-недотрогу!

— Ваше высочество, вы же зареклись пытаться найти супругу! Сами говорили, проклятие неумолимо!

— Она сестра Диди Фирс, — усмехнулся принц. — Полагаю, смертельные проклятия, да и прочие опасности ее не должны сильно страшить. Впрочем, я не собираюсь полагаться на ее удачу или случай. Удвойте патрули и приставьте охрану к будущей принцессе.

Он продиктовал адрес, по которому только что побывал.

Я слегка расслабила хватку, пока не пробила дыры в штукатурке.

Ничего, что он когда-то пытался жениться. Все мы грешны, и былые отношения не должны мешать нашему совместному светлому будущему. Временному, кстати. Я тоже далеко не образец чистой помыслами невесты, так что квиты. А с охраной он зря. Мне они скорее мешать будут, чем помогать, в случае опасности. Так бы я просто обратилась и подпалила нападающих, а теперь оглядываться придется, как бы кто не заметил и не донес.

Или сказать ему, кто я? Предупредить, что проклятие мне не страшно, а скорее наоборот?

Но могу ли я доверять фиктивному жениху, с которым вскоре расстанусь?

Дорн, советник короля, признался правителю в своей драконьей сути. Но ему можно, он уже несколько столетий при троне. Тут уж волей-неволей начнешь делиться сокровенным.

Пожалуй, сначала подожду и посмотрю. И пусть Диди его ауру и правда проверит. Последствия преступлений предков могут аукнуться самым непредсказуемым образом. Кому-то годы неудач, другому ранняя гибель, третьему — аллергия на шерсть. Рэю вот вынужденный обет безбрачия.

Кстати, надо бы спросить у Дорна, вдруг он в курсе, когда все началось? Тогда и триггер вычислить проще, и чары снять.

Попятившись, я отправилась на поиски приоткрытого окна, чтобы выбраться из усадьбы. Можно было бы остаться и посмотреть, как принц готовится ко сну, но это станет уже вопиющим нарушением его личного пространства. Я все-таки не извращенка.

Хотя мысль отозвалась в глубине души неожиданно приятной волной предвкушения.

Встряхнувшись всем призрачным телом, чтобы отогнать неуместное томление, я выбралась через неплотно прикрытую форточку в кабинете и полетела в сторону дворца.

Советник его величества уже лежал в постели и моему появлению не обрадовался.

— Ты вообще в курсе, что мои покои — одни из самых защищенных в столице? — проворчал он, накидывая халат.

Торс его меня интересовал мало. Вот на Рэя в таком виде я бы посмотрела…

Уже вторая за вечер нехарактерная мысль заставила меня замереть, свернувшись клубком в кресле.

Почему меня так тянет к фиктивному жениху? Только ли потому, что он хорош собой — или же он мне подходит, хотя бы чуточку? Конечно, совпадения, как с Лансом, я не жду, но если есть хотя бы призрачная вероятность…

— Ты пришла помолчать? Тогда я иду спать. Это можно и в одиночестве, — буркнул Дорн, вопреки собственной реплике устраиваясь напротив и наливая нам по чашке успокаивающего отвара.

Для того чтобы из нее пить, нужны руки, и я поневоле превратилась обратно в двуногую форму.

— Лориан Гимальди. Что он за человек? — выпалила я, отхлебнула из своей чашки и поперхнулась. Горячо! — И что на нем за проклятие?

— Человек неплохой. Но магии лишен напрочь, так что вдвойне уязвим, — по привычке отчитался Дорн и, спохватившись, уточнил: — А зачем тебе?

— Мы с ним поженимся через неделю! — с долей гордости за собственную предприимчивость сообщила я.

Теперь уже закашлялся советник.

— Зачем? То есть... Он же принц! А ты дракон! Нам нельзя высовываться!

— Сказал тот, чье имя на устах у половины королевства, — хмыкнула я, ничуть не убежденная доводом. — И потом, я не собираюсь высовываться. Церемония будет тихой: мы, свидетели и жрец. Кстати, хочешь прийти? Будешь запасным, если Диди окажется занята.

— Мне крайне лестно, и я, разумеется, не откажусь. Но меня все же терзают смутные сомнения. Зачем тебе лезть в политику?

— При чем тут политика?

Дорн подобрался, наклонился вперед и понизил голос, будто сквозь слой наших совместных щитов кто-то сумел бы подслушать:

— Поговаривают, что Лориан задумал переворот!

Я открыла рот для возражений и закрыла его обратно.

Восстание никак не вязалось с человеком, с которым я рассталась минуты назад. Взвешенный, рациональный, серьезный, но с чувством юмора. Такие не поднимают бунт против мудрого, справедливого короля просто потому, что им взбрендило посидеть на троне.

— Зачем?

Настал черед Дорна задумчиво помолчать.

— Если я скажу, что поводы есть, ты поддержишь мятеж?

— Смотря какой повод. Если он окажется достаточно весомым — почему бы и нет?

— Он твоя пара?

— Нет, сам знаешь, — вздохнула я, отвлекаясь от воображаемой картины — Рэй в разорванной рубашке на баррикадах. Вышло весьма убедительно и сочно. Аж засмотрелась. — Я ткнула в первого попавшегося, чтобы отвязаться от Ланса. И это оказался принц. Случайно!

— Ты проверяла? — настойчиво переспросил Дорн.

— Нет, — нахмурилась я.

Сказать по правде, мне это в голову не пришло. Столько лет в поисках иного истинного, и постоянные неудачи. Только Ланс, он один был признан драконицей годным для размножения.

— А ты попробуй. Мне кажется, тебя к нему тянет. Иначе не стала бы рисковать собой и ввязываться в сомнительные авантюры.

— Брак — это не сомнительная авантюра! — возмутилась я. — Это единственный способ отделаться от Ланса и заодно успокоить маменьку. Выгадаю год-другой, а там, глядишь, и пара подходящая найдется.

Договаривала я уже автоматически, занятая интересной мыслью.

Что, если у нас с Рэем и правда есть какая-то доля совместимости? Пусть крошечная, но есть! Это же мой шанс завести детей, не привлекая к процессу мерзкого дракона!

Глава 3

От того, чтобы ринуться прямо сейчас проверять нашу гипотетическую парность, меня удержало лишь неудовлетворенное любопытство.

И осознание того, что если вдруг Рэй проснется и обнаружит меня в своей в постели, в защищенном особняке, у него неизбежно возникнут вопросы.

Потому я залпом допила отвар и устроилась в кресле надолго.

— Рассказывай. Что за заговор, почему, зачем, и какое такое проклятие не позволяет принцу жениться?

— Я тебе бабка-сплетница? — притворился оскорбленным советник.

Но я в его показное возмущение не поверила. Слишком уж Дорн любил собирать информацию. Знания были его главным сокровищем. Но, в отличие от золота и драгоценностей, ими приятно делиться.

— Ты лучше! — искренне заверила я. — У тебя данных больше, и они проверенные. Итак?

— Для начала, что касается проклятия — сомневаюсь. Следов магии в ауре Лориана не нашли, хотя проверяло несколько целителей в разное время. Скорее похоже на неприятное совпадение, ты же знаешь, как люди любят преувеличивать.

— Чаще всего более двух совпадений — это как раз закономерность, — покачала я головой. — И что же произошло?

— Самой первой пострадала невеста, с которой его высочество был помолвлен еще с пеленок. Юная мисс Вирен чуть не погибла в пожаре, получила страшные ожоги и теперь вынуждена прятаться в родовом поместье, не посещая светские мероприятия. Она жива, насколько мне известно, но ее жизни вряд ли можно позавидовать.

— И что, целители ничего не сумели сделать? — не скрывая сомнений, протянула я. — Среди людей попадаются неплохие маги.

— У нее богатая семья, старинный военный род. Если что-то можно было предпринять, уверен, они это попробовали. И еще немного сверх, — пожал плечами Дорн. — Видимо, ткани пострадали слишком сильно. Помолвка, разумеется, расстроилась, ведь будущая принцесса должна быть безупречна не только внутренне, но и внешне. Твой принц горевал недолго, что неудивительно. Нареченную он видел раза три, и чувствами к ней вряд ли проникся. Не прошло и года, как он завел отношения с молодой, полной сил вдовой Аттли. К сожалению, бедняжка однажды ночью неловко споткнулась на лестнице и сломала ногу. Общество сопоставило оба случая, сделало выводы о проклятии и распространило слух быстрее летнего пожара. Роман закончился, толком не начавшись. Жизнь миссис Аттли оказалась куда дороже эфемерного статуса. После была певица, у которой пропал голос, затем юная дебютантка на балу, не припомню фамилии — в ее семейной резиденции той же ночью случилось ограбление. Пока она танцевала второй вальс подряд с принцем, фамильные ценности выносили вместе с картинами. В общем, с тех пор его высочество решил ограничить контакты с прекрасным полом, чтобы не подвергать дам опасности.

— Логично. И совершенно абсурдно, — признала я. — Понятно вроде бы, что он не виноват, и в то же время постоянно оказывается в чем-то замешан. Неприятное ощущение.

— Принц тоже так решил. И вообще он на редкость рационален и сообразителен. Я его искренне уважаю. Потому слухи о мятеже считаю дурно пахнущим поклепом. Только источник определить пока не удалось. — Дорн раздосадовано поджал губы. — Невнятные намеки, шелест по богатым гостиным и захудалым трактирам — мол, кузен короля недоволен текущим положением вещей и собирается исправить его, сев на трон. И пресечь не удается, и опровергнуть сложно. Поди объясни всем, о чем именно думает его высочество! В голову ему публично не заглянешь, а результаты ментального обследования запросто признают фальсификацией. Нынче с бумагами обращаются вольно, подделать можно все, что угодно.